– А берите все, – сказал Бульба, – все, сколько ни есть, берите, что у кого есть: ковш, или черпак, которым поит коня, или рукавицу, или шапку, а коли что, то и просто подставляй обе горсти.
И козаки все, сколько ни было их, брали, у кого был ковш, у кого черпак, которым поил коня, у кого рукавица, у кого шапка, а кто подставлял и так обе горсти. Всем им слуги Тарасовы, расхаживая промеж рядами, наливали из баклаг и бочонков. Но не приказал Тарас пить, пока не даст знаку, чтобы выпить им всем разом.
– Я угощаю вас, паны-братья, – так сказал Бульба, – не в честь того, что вы сделали меня своим атаманом, как ни велика подобная честь, не в честь также прощанья с нашими товарищами: нет, в другое время прилично то и другое; не такая теперь перед нами минута. Перед нами дела великого поту, великой козацкой доблести! Итак, выпьем, товарищи, разом выпьем поперед всего за святую православную веру: тобы пришло наконец такое время, чтобы по всему свету разошлась и везде была бы одна святая вера, и все, сколько ни есть бусурменов, все бы сделались христианами! Да за одним уже разом выпьем и за Сечь, чтобы долго она стояла на погибель всему бусурменству, чтобы с каждым годом выходили из нее молодцы один одного лучше, один одного краше. Да уже вместе выпьем и за нашу собственную славу, чтобы сказали внуки и сыны тех внуков, что были когда-то такие, которые не постыдили товарищества и не выдали своих. Так за веру, пане-братове, за веру!»[171] [Курсив везде мой. – Д.К.]
Чем не гимн – перед началом священной оргии? Достаточно представить себе, что под «святой верой» подразумевается культ безумного Диониса. И разве не схоже поведение Тарасова воинства с поведением «людей-волков», не могущих вернуться в мир обычных людей, пока не отведают человеческого мяса?
Культ Диониса – это еще и культ умирающего и воскресающего бога. Ну, вот, пожалуйста:
«Все закружилось и перевернулось в глазах его. На миг смешанно сверкнули пред ним головы, копья, дым, блески огня, сучья с древесными листьями, мелькнувшие ему в самые очи. И грохнулся он, как подрубленный дуб, на землю. И туман покрыл его очи.
– Долго же я спал! – сказал Тарас, очнувшись, как после трудного хмельного сна, и стараясь распознать окружавшие его предметы. Страшная слабость одолевала его члены. Едва метались пред ним стены и углы незнакомой светлицы. Наконец заметил он, что пред ним сидел Товкач, и, казалось, прислушивался ко всякому его дыханию.
«Да, – подумал про себя Товкач, – заснул бы ты, может быть, и навеки!»[172]
Н-да-а…
«Серый волк спрыснул Ивана-царевича мертвою водой – его тело срослося, спрыснул живою водою – Иван-царевич встал и промолвил: “Ах, куды как я долго спал!” На то сказал ему серый волк: “Да, Иван-царевич, спать бы тебе вечно, кабы не я…”»[173].
То ли эпос, то ли сказка, то ли миф…
То ли ни то, ни другое.
«Я тебя породил…»
«В обеих редакциях текста в Андрие удерживается и христианский образ жертвенного агнца: “Как молодой барашек, почуявший <...> смертельное железо, повис он головою”»[174].
Тут я, пожалуй, осмелюсь возразить и предположить, что речь идет не о христианском образе жертвенном агнце, а об «акеде» – жертвоприношении Исаака. Всевышний потребовал от Авраама, чтобы тот принес ему в жертву единственного сына – Исаака-Ицхака. И Авраам уже готов был это сделать:
«Бог искушал Авраама и сказал ему: <…> возьми сына твоего, и <…> принеси его во всесожжение на одной из гор, о которой Я скажу тебе.
<…>
И Исаак <…> сказал: <…> где же агнец для всесожжения?
Авраам сказал: Бог усмотрит Себе агнца для всесожжения, сын мой. <…> И простер Авраам руку свою и взял нож, чтобы заколоть сына своего. <…> И возвел Авраам очи свои <…>: и вот, позади овен, запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо сына своего…»[175]
171
Н.В. Гоголь. Тарас Бульба / Гоголь Н. В. Собрание сочинений в 5 томах. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1960. – Т. 2. – С. 154–155.
172
Н.В. Гоголь. Тарас Бульба / Гоголь Н. В. Собрание сочинений в 5 томах. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1960. – Т. 2. – С. 175.
173
Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и Сером Волке / Народные русские сказки А.Н. Афанасьева. В трех томах. – М.: Гослитиздат, 1957. – Т. 1. – С. 423.
174
Михаил Вайскопф. Сюжет Гоголя: Морфология. Идеология. Контекст. – М.: РГГУ, 2002. – С. 610.