Выбрать главу

Э хине э хоки маи ра

Ка мате ахау,

Ай те арона э.

Мне очень понравилась и мелодия, и слова чужого языка, но я не понимала, что они значат. Мисс Пратт объяснила, что это песня про любовь.

Они неспокойны,

Воды Вайапу,

Но когда ты перейдешь их, девочка,

Они успокоятся.

О девочка, вернись ко мне,

Я умираю от любви к тебе.

Эти слова отлично подходили к танцу пои. Две планеты движутся навстречу друг другу, хотят быть вместе. Зовут вернуться. Обещают мир и любовь.

Внизу на листе приписано синей шариковой ручкой:

Учительница поставила мне за эту работу D и сказала, что я должна была написать свою автобиографию, а не сочинять. А я сказала, что это все правда. И тогда она переправила оценку на E[7] – за вранье. А я не врала.

Кладу листы на стол. Руки дрожат. Не знаю, что и думать. В одном я уверена: это Либби, уходя, протолкнула письмо сквозь почтовый ящик. Да, может, она сама его и написала, откуда мне знать? Хотя дописано внизу детской рукой. Может, продиктовала это Эсме для большей достоверности?

Волнует меня не столько вопрос, кто из них двоих это писал, сколько само содержание. Это мешанина из двух жизней, сложенных в одну. Все подробности об Эми верны. Откуда хоть Либби, хоть Эсме могли узнать о морской свинке, о том, как звали дочкину учительницу, о ее воскресных прогулках с отцом в парк Далвич? А про песню маори я и сама забыла.

То, что им известно имя Даны, еще можно объяснить – оно упоминалось во всех газетах. Но все остальное? Просто невозможно, она не могла этого знать. Если только… Если только…

Нет. Не может быть, чтобы Эсме говорила правду, что она и правда Эми. Должен быть ответ. Логичное, однозначное объяснение. Должно быть. Пытаюсь – и не могу представить какое же.

4

Просыпаюсь я в кровати Эми. В спину упирается какой-то комок. Отодвигаюсь – и достаю Багпусса.

Он теплый, помятый, когда-то умильная мордочка выражает теперь скорее изумление. Или недоумение: как я могла поверить рассказу Эми? – а может, возмущение: как это я могу не верить?

Стискиваю его крепче и прижимаю к лицу. От игрушки пахнет синтетическим волокном и пылью. Интересно, узнал ли он прикосновение Эми, когда его трогали пальцы Эсме? А я сама узнала? От этой мысли пробирает дрожь.

Поворачиваюсь на другой бок, и на пол падает сочинение Эсме. Оно смято – я на нем лежала, – уголки страниц загнуты и захватаны моими нетерпеливыми дрожащими пальцами. Я уже потеряла счет и не знаю, сколько раз перечитывала его, вглядываясь в каждую строчку, в каждое слово, пока они не начали представляться мне просто бессмысленными закорючками, которые, однако, притягивали и дразнили, словно шифр, что можно разгадать. Шифр так и не поддался, и меня сморил сон.

Снилась мне морская свинка, падающие звезды, недобро следящий за мной взглядом Багпусс, разлагающиеся куклы – и все это сквозь туман, то розовый, как жевательная резинка, то синий, как полицейские мигалки. Эми танцевала, держа в руке щетку для волос вместо микрофона, и вдруг превратилась в Эсме, а та – в Либби, которая протягивала ко мне руки и спрашивала, чего я хочу.

Я хочу, чтобы моя дочь вернулась. Хочу чувствовать, как ее руки обнимают меня. Хочу снова слышать ее смех. Не у себя в голове, а здесь, в доме. В жизни. По-настоящему. Хочу дурачиться с ней, обсыпая друг друга мукой, когда мы вместе печем кексы дождливым субботним днем. Хочу видеть, как плавно двигаются ее безупречные руки и ноги, когда она делает упражнения для танцевальной школы. Хочу гладить ее скаутскую форму, возить ее к подружкам на чаепития со сладостями, препираться с Брайаном по поводу того, что нужно купить ей для школы, и чтобы он целовал меня в знак примирения и смотрел на меня жалобными щенячьими глазами, перед которыми я никогда не могла устоять. Хочу снова почувствовать силу нашей любви вместо вспышек ссор и мучительной тишины.

Я хочу наставлять Эми, чтобы она не вздумала пить и курить, хочу купить ей первый лифчик, ругать ее за то, что не хочет садиться за уроки, что выбирает не тех парней, что поздно приходит домой или устраивает вечеринки без разрешения, когда нас с Брайаном нет дома.

Я хочу хвастаться ее отличными отметками, помогать ей укладывать чемодан, когда она соберется уезжать в какой-нибудь Оксбридж, толкаться локтями на ее выпускном вечере, чтобы сделать приличное фото, утешать ее, когда ее не возьмут на работу, вносить залог за ее первый дом, успокаивать, когда она будет волноваться перед свадьбой, и ворковать над снимком УЗИ, на котором будет ее ребенок. А потом начать все сначала – уже с ее детьми.

вернуться

7

Имеется в виду восьмибалльная система оценок, практикующаяся в некоторых учебных заведениях Великобритании: A, B, C, D, E, F, G и U («неуд», от англ. Unclassified) по нисходящей.