Старец обошел полумертвого генерала, плававшего в луже крови, и поднял его клинок.
– Впрочем, ты старался, пока был моим адептом, – проговорил он, вновь возвращаясь на прежнее место, – и заслужил награду. Герой должен умереть как герой. Поэтому ты умрешь от древнего меча воина династии Цинь.
Увидев гримасу на лице умирающего, он поспешно добавил:
– Можешь не сомневаться, меч настоящий, у меня здесь все подлинное. Я же ученый муж и в состоянии отделить истинную работу мастера от подделки. Так что ты должен быть мне благодарен. Это будет почетная смерть.
И старец поднял руку, чтобы пронзить израненное тело генерала Зихао.
– Остановись! – раздалось вдруг у него за спиной.
Гризову показалось, что раскаты грома прокатились эхом по подземелью. Светящиеся фигуры приблизились. Теперь даже спутанный взор Зихао мог различить ближайшую из них.
Это был военачальник в дорогих доспехах, с широким лицом и близко посаженными глазами. Густая борода полностью укрывала его подбородок и шею. А глаза сверкали из-под древнего шлема так, что, казалось, своим орлиным взором он проникал в самую душу. От этого пронзительного взгляда у Гризова все похолодело и ему захотелось немедленно покинуть бренное тело генерала, но он сдержался. Любопытство взяло верх. Очень уж хотелось посмотреть, ради кого Ливей убил столько народа и лишил энергии половину Поднебесной. Фигура показалась Гризову немного странной, она выглядела какой-то размытой, полупрозрачной и как будто окруженной сиянием. Он никогда еще не видел воскрешенных с помощью магии и атомной энергии императоров, хотя все еще сомневался, что это именно Цинь Шихуанди.
– Не убивай его, – объявила фигура грозным голосом, в котором чувствовалась привычка повелевать, – он мне еще нужен. Я хочу поговорить с ним.
Учитель вдруг поник и упал на колени перед сияющей фигурой, отбросив клинок в сторону.
– Я повинуюсь, мой император!
– Значит, получилось… – пробормотал Зихао.
Цинь Шихуанди обвел взглядом заваленное мертвецами помещение и вопросил у склонившегося Ливея:
– Ты обещал нам новые тела для этой жизни. Мне, моему верному Мэн Тяню и еще трем моим генералам. Их зовут: Веймин, Пенгфей и Лонгвей[8]. Чтобы действовать в этом мире, мы должны пребывать не только в виде чистой энергии.
Четыре светящиеся фигуры военачальников приблизились и тоже стали видны истекавшему кровью Зихао, в котором Гризов поддерживал жизнь из последних сил.
– Вот тело одного из ваших далеких потомков, господин, – указал старец одному из «призраков» на мертвого генерала Мэн Тяня, – оно почти не пострадало. Чтобы сохранить его, я дал ему парализующий яд, и он умер еще до вашего перехода в этот мир.
– Моего потомка? – спросила энергетическая оболочка древнего генерала.
Затем светящаяся фигура приблизилась к мертвецу, который лежал в углу, раскинув руки, некоторое время постояла возле него, словно изучая, и вдруг исчезла. Ее свет погас. А мертвый Мэн Тянь зашевелился, затем осторожно встал и подвигал руками, словно привыкая к своему телу.
– Ну что же, – заявил генерал из прошлого, получивший новый облик, – меня устраивает. Пусть мой потомок продолжит службу своему императору через двенадцать тысяч лет хотя бы своим телом.
– Для достойнейших генералов Веймина и Пенгфея, – пробормотал заплетающимся словно от страха языком Ливей, а Гризов ощутил, до какой степени тот боится императора, – есть тела двух великих военачальников, также прославившихся в этой жизни. Это генералы Боджинг и Юнксу. Они тоже выпили парализующий яд и ожидают вас абсолютно целыми.
Еще две светящиеся фигуры погасли, приблизившись к мертвецам, а Боджинг и Юнксу тут же ожили как ни в чем не бывало. В помещении, и без того тёмном, стало еще мрачнее. Оставалось лишь двое пришельцев из прошлого, еще не получивших свое окончательное воплощение в этом мире.
– Для господина Лонгвея… – старец встал с колен и заметался, оглядываясь по сторонам, в поисках подходящего тела, – предназначалось тело генерала Зихао… но оно пострадало при взрыве во время вашего воплощения, господин… и теперь ни на что не годно. Скоро оно издохнет.
Передвигаясь среди обломков и мертвецов, Ливей, наконец, нашел подходящего покойника, чудом уцелевшего при взрыве в подземной лаборатории.
– Зато хорошо сохранился командующий флотом Китая адмирал Кианфан.
– Я тоже командовал флотом, – усмехнулся последний генерал, еще остававшийся без своего тела. Он приблизился к умершему флотоводцу и внимательно осмотрел его.
8
Имена означают соответственно: Веймин – приносящий величие (людям); Пенгфей – полет птицы; Лонгвей – величие дракона; Кианфан – тысяча парусов.