Дверь открылась и в комнату вошёл слуга.
— Господин… — поклонился он, — Госпожа… — второй поклон был адресован Ольге Владимировне, — Эдгард Соколов просил передать, что если его сейчас же не пустят к Екатерине, то он разнесёт весь дворец, но к ней пройдёт.
— Помяни черта, — процедила женщина.
— Пригласи его сюда, — отдал распоряжение князь, — Посмотрим, что он скажет.
Конец фразы предназначался сестре. Слуга поклонился ещё раз и вышел.
— Что он забыл у Кати? — недовольно спросила Ольга.
— Он показал столько удивительных и нестандартных способностей, что кто знает, может сможет помочь с её здоровьем.
— А если навредит? Я и так себе места не нахожу.
— Послушаем, что скажет, а дальше решим.
— Хорошо, — нехотя согласилась Ольга.
Она отдавала себе отчёт, что не всегда была адекватной, когда дело касалось дочери. Сейчас же, после случившегося, градус адекватности уменьшился ещё сильнее. Женщина чувствовала себя подавленной, разбитой и оголённой, как обнаженный нерв.
— У нас есть время закончить разговор. Что скажешь о том неизвестном?
— Если Канис побежал к нему… То скорее всего на доклад или под защиту. Но в последнем не вижу смысла. Он ведь озаботился о том, чтобы сбросить след?
— Не знаю. Соколов ничего про это не говорил. Он выдал нам конечную точку.
— Он опасен.
— Не то слово.
Князь вспомнил, что случилось с тем мужчиной. Он просто развеялся.
Сильнейший бес. Просто. Развеялся.
Осыпался черным прахом.
Перед этим Соколов кинул в него молнию, которая его не убила. Зато убило то, что было дальше. И это что-то Анастас не мог осознать в полной мере.
— Исходя из силы незнакомца, скорее всего это руководитель или хозяин Каниса, — заключила Ольга. — Род наверняка древний. Как ты говорил выглядело его проявление способностей? Корона и крылья? Я про это что-то в легендах читала. Уровень ярко выраженных даров семей, с парой тысяч лет истории за спиной.
— И Эдгард смог уничтожить это существо. Знаешь, я теперь не уверен, кто кого охраняет. Мы его или он нас.
— Да и угроза разнести дворец не такая уж смешная… — задумалась Ольга.
— А он беспокоится о твоей дочери.
— Не сейчас, — отрезала Ольга.
Дверь снова отворилась и внутрь, не иначе, ворвался Эдгард.
— Мне нужны образцы крови того рыцаря и его броня, — с ходу потребовал он, — Но это потом. Через пару часов. Будут проблемы, зовите.
— Стой! — крикнула Ольга, но парень и на секунду не остановился, проскочив приёмную комнату и уйдя в лечебную зону.
— Он точно знает, где она находится, — обратил внимание Анастас на очередное проявление ещё одной способности Эдгарда.
Ольга его не услышала. Она отправилась за Эдгардом.
Не сомневаюсь, что Анастас Владимирович, во многих смыслах замечательный и талантливый человек. Жаль, что это не уменьшает моей злости по поводу бесцеремонного перемещения. Причем сам сглупил. Не взял блокираторы из мастерской и не поставил защиту от перемещения на себя, уповая на то, что и так вокруг пространство перекрыто.
Также выдающиеся качества Анастаса не означали, что он переместит меня в комнату с душем. Закинул в хорошо знакомую приёмную, где ровным счётом не было ничего, чтобы привести себя в порядок.
Я посмотрел на свои грязные ноги, на окровавленные руки и рассмеялся. Смеялся с минуту, а потом резко успокоился. Шалят нервы, ох шалят.
Навалилась слабость, тошнота и много других неприятных ощущений. Я знал, что так бывает, когда начинается отходняк. Близкие спасены, я в безопасности, враги повержены и месть свершилась.
Стоило подумать об этом, как вспомнил Коршунова. Да гори он в пламени! Надо же, вылетел из головы!
В тот момент я думал только о спасение женщин и забыл про второго ходока, который зачем-то отправился в первую камеру, откуда всё и началось. А потом он куда-то делся. По идее его должны были перехватить люди князя, иначе я не представляю, как он мог сбежать. Надеюсь, поймали. Не хотелось бы, чтобы он оставался на свободе.
О том, насколько он замешан в этой истории, думать не хотелось. Вообще думать не хотелось. Но я думал. Прокручивал в голове события и следующие шаги. Ничего ведь по большому счёту не закончилось. Прошло одно сражение и не факт, что генеральное.
Ещё когда смех накатил, ноги подкосились и я на диван плюхнулся, в очередной раз запачкав мебель в этой комнате. Пришлось заставить себя встать и доковылять до двери. Не успел дойти. Дверь сама открылась и вошёл сурового вида дядька в гвардейской амуниции.