— Ты держишь меч как прялку! — подзадоривала Флесса сквозь маску, так что было неясно, как у нее хватает на все дыхания. — А щит как поднос!
Елена молчала, дожидаясь нужной секунды, надеясь на промашку оппонента. За десятки боев с Флессой, она поняла, что даже неплохо поставленной Чертежником техники не хватает для боя на равных. Хотя герцогиня кое в чем и уступала, но чаще все же била партнершу за счет большей практики.
Удар, еще удар. Паркет под ногами тихонько поскрипывал, отдавая дань традиции — деревянные полы в богатых домах специально делали «поющими», двухслойными. Сначала выкладывался основной настил, затем в него вбивались медные гвозди, а уже поверх, в свою очередь, стелились узорные дощечки. Получившийся массив мелодично гудел на каждом шаге, не давая подкрасться убийце.
Полуденное солнце било в окна, заставляя принять поправку на маневрирование, чтобы не встать лицом к слепящему свету. Противницы вновь обменялись выпадами, Елена отразила горизонтальный удар в шею и несколько мгновений поединщицы дрались по-рапирному, нанося удары верхней четвертью клинков с хорошей дистанции. Затем Флесса пошла с козырей, стараясь пробить Елену грубой силой, вертикальными ударами в голову со всей силы в предельно быстром темпе, так, чтобы партнерша успевала только парировать. Лекарка вздрогнула, все это до безумия напомнило страшный абордаж, последнюю самоубийственную атаку Шены и град ударов, которыми она осыпала колдовскую противницу.
Елена выдохнула, чувствуя, как волна слепящей ярости застилает глаза — Чертежник не преминул бы хорошенько взгреть ученицу палкой, читая нотацию о холодном рассудке в бою. Но его здесь не было, и ученица фехтмейстера шагнула прямо под замах, ударив щитом в щит. Флесса пошатнулась, ей пришлось отступить назад и широко раскинуть руки, ловя равновесие. Елена с силой ударила короткой гардой в нагрудный щиток, опрокинув соперницу. Наступила на щит, не дав Флессе подняться, замахнулась опять, готовясь добить. Герцогиня торопливо отбросила меч, поднимая вверх пустую ладонь в толстой перчатке.
Злобная жестокость отхлынула. Пару мгновений спустя Елене уже было стыдно за вспышку. Победительница разжала пальцы, выпуская учебный клинок, протянула Флессе руку, помогая встать. Герцогиня поднялась тяжело, похоже, она устала не меньше своей визави, движения казались тягуче-медленными. Когда Флесса, наконец, утвердилась вертикально, синие глаза за прутьями полыхнули внезапной свирепостью. Елена поняла, что попалась, но было поздно. Флесса скользнула к ней, прижимаясь вплотную, выхватывая из ножен с левого предплечья маленький кинжал. Настоящий, ни разу не учебный. Граненое острие кольнуло чуть ниже ребер, указывая, что подбитая ватой куртка оружию не преграда.
Елена замерла, боясь вздохнуть.
«Черт возьми…»
Флесса убрала кинжал, сняла щит. Обеими руками расшнуровала крепление и стянула шлем-маску. Качнула головой, хватая воздух ртом. Капли пота покрывали белое лицо, прихваченные шнурком волосы растрепались.
«Черт тебя дери, это же учебный поединок!»
— Никогда не давай пощады, — строго наставила герцогиня, все еще тяжело дыша. — Никогда! Получишь удар в спину, и никто не оценит твое благородство. Все скажут, вот человек, что не сумел распорядиться даром Пантократора![38]
Елена склонила голову, признавая ошибку.
— Но было хорошо! — Флесса выровняла дыхание. — Два поединка из пяти твои.
— Я думала, мы тренируем тебя, но кажется, учусь, скорее, я, — заметила Елена.
— И это славно! — герцогиня пребывала в хорошем настроении. — Я сделала верный выбор. Ты достаточно сильна, наши схватки заставляют меня напрягаться, оттачивать мастерство. И ты развиваешься, а значит, мне тоже приходится следить, чтобы счет оставался три к двум, а не два к трем. В следующий раз попробуем сабли. Или что-то более короткое… без щитов.
38
Как и было в действительности. История дуэлей богата примерами того как боец, которого пощадили, отвечал на благородство предательским ударом. Что интересно, обычно это не порицалось обществом. Дуэли воспринимались как продолжение практики божьего суда, поэтому милосердие означало пренебрежение господней волей.