— Почву рекомендуют обессоливать люцерной, — осторожно вставила дочь. — Также хорошо действует гипс, он связывает вредоносные примеси в доброй земле.
— Девочка моя, — покровительственно, на грани оскорбления, вымолвил герцог. — Ты думаешь, я не обращался к лучшим аграриям Ойкумены?
— Простите, чтимый отец…
— Наберутся в университетах всякой зауми, — буркнул герцог. — Люцерна, гипс, падун-трава, все это, научно говоря, паллиативы, сиречь половинчатые решения. На самом деле очистить почвы от соли могут лишь дожди или обильный полив. И пока магия не вернется в прежнем изобилии, позволяя выжимать облака досуха, наши урожаи останутся нищенскими.
Флесса склонила голову, постаравшись принять как можно более покаянный вид. Она сделала большую промашку, показав ученость не к месту и не ко времени, да еще в свете презрения патриарха Вартенслебенов к классическому образованию. Но, кажется, обошлось.
— Ну да ладно, — старик дал понять, что время перейти от пустых слов к делам. — Итак?..
Флесса с готовностью шагнула к отцу, открывая папку новомодного стиля, что пришел из Города. Дощечки, столь тонкие, что сквозь них можно было различать свет и тьму, снаружи были обтянуты тисненой кожей, а внутри покрыты специальным составом, который не пачкал содержимое и одновременно позволял делать записи стилосом, как на обычной восковой цере.
— Излагай, — повелел герцог.
— Во исполнение вашей воли, чтимый отец, я проверила бухгалтерию купеческих сообществ за этот год. Кроме того я провела ревизию всех действующих фуэров и арветтов[3] подвластных земель. Вот их перечень.
На каменный пюпитр опустился большой, сложенный вдвое пергаментный лист, исписанный очень мелким почерком от края до края, почти без полей. Похоже, фуэров и арветтов оказалось немало.
— Надо сказать, дела наши весьма запутаны. Слишком много правил, которые вводились в разное время и бессистемно, по текущим надобностям. Поэтому… — Флесса набрала воздух, решаясь. — Я взяла на себя смелость предложить реорганизацию системы торговых пошлин…
Герцог приподнял седую бровь.
— … И решить вопрос постоянного обеспечения города провиантом. Перейти от побуждающих норм к запретительным и наказующим.
— Так… — протянул герцог, щелкнув ногтем по хрусталю перечницы. Благородный материал отозвался прозрачным, исчезающе-тонким звоном. — А вот этого я тебе не поручал.
— Таков мой долг, — Флесса скромно потупилась, изобразила неглубокий поклон. — Почтительный ребенок должен стремиться угождать родителям и находить себе занятие, избегая праздности, матери всех пороков.
— Красиво сказано, — кисло улыбнулся герцог и, после короткой паузы, смилостивился. — Что ж, давай посмотрим.
— Итак… — Флесса достала уже два пергаментных листа. — Я оценила все товары, которые проходят через нашу гавань… — она сбилась на едва заметную долю мгновения, поняв, что сказала глупость и это «нашу» может ей дорого обойтись. Но в любом случае исправлять было уже поздно.
— … а также рынки и ярмарки Малэрсида. Из них достойными упоминания следует считать сто пятьдесят девять. Все их я разделила на шесть частей. Первая — ремесленные товары готовые к употреблению. Вторая — сырье. Третья — положение между сырьем и готовым продуктом.
— Как это?
— Кожа, меха, ткани, пух. Все остальное, что уже подверглось обработке, но само по себе к использованию пока непригодно.
— Продолжай.
— Четвертый список — ремесленные товары, которые уже самоценны, но закупаются оптом для мануфактур. Обувные ремни, части упряжи и так далее. Пятое — орудия труда, точильные и гончарные круги, косы, мотыги, прочее. Шестое — продовольствие и скот. Соответственно вот мои предложения относительно пошлин.
— Так… — герцог взял тонкими сильными пальцами пергамент. — И в чем суть? — старик определенно заинтересовался.
— Действующий свод чрезмерно запутан, громоздок. Много старых привилегий, слишком много отдельных фуэров и соответственно разных толкований. Приведя все к простой и понятной системе мы, почти не меняя основных ставок, сделаем бухгалтерию проще и намного удобнее для проверки. Иными словами…
— Проще собирать, труднее красть, — сформулировал герцог.
— Да.
Флесса хотела добавить еще несколько фраз, но благоразумно решила, что сейчас это не слишком уместно.
3
В данном случае фуэр — норма права, устав городского и цехового уровня. Арветт — распоряжение господина на подвластных ему землях, как правило, регулирующее финансовые вопросы.