Фрэн вытаскивает из машины газету, «Санди Эйдж», и вручает ее Мартину. Кричащий заголовок на главной странице бросается в глаза сразу: «Копы проигнорировали предупреждение об убийстве». Историю сопровождает цветная фотография двух красивых девушек. Сидя за столиком в кафе, они с широкими улыбками чокаются перед камерой. Две немецкие туристки. Подзаголовок словно удар под дых. «От Бетанни Гласс, старшего репортера отдела криминальной хроники, и Мартина Скарсдена из Риверсенда».
Проклятье! На этот раз красный штамп «эксклюзивно» вызывает лишь отвращение, а не гордость.
«Полиция Нового Южного Уэллса проигнорировала информацию, полученную примерно в то время, когда пропали две немецкие туристки. В ней говорилось, что их убили и сбросили в запруду на одной из ферм Риверайны.
Анонимная наводка была получена «Блюстителями порядка»[30] и передана местной полиции в городе Беллингтон на реке Муррей, однако поиски у запруды не проводились.
Источник, близкий к «Блюстителям порядка», подтвердил, что они получили наводку через три дня после того, как Хейди Шмайкль и Анну Брюн видели последний раз в синем седане в Суон-Хилл, и за два дня до того, как Байрон Свифт, священник из Риверсенда, устроил кровавую бойню, застрелив пять местных жителей.
Служащий беллингтонской полиции сержант Герберт Джозеф Уокер никак не прокомментировал вопрос о…»
И это еще не все. Отнюдь не все. Мартин не в силах читать дальше. «Герберт Джозеф Уокер». Ничего себе! Полное имя полицейского – не промашка какого-нибудь помощника редактора. Беттани воспользовалась им нарочно, зная, что именно так обычно говорят о преступниках, отданных под суд. Уокер тоже уловит намек.
Мартин поворачивается к Фрэн Ландерс, которая с любопытством наблюдает за его реакцией.
– Фрэн, можно воспользоваться вашим телефоном? Очень нужно.
Вероятно, почувствовав его отчаяние, та кивает и, вынув ключи из замка зажигания, отпирает дверь магазина.
Мартин тут же бросается к телефону на прилавке.
– Спасибо, что помогли нам. – Фрэн вносит газеты и раскладывает их по низкой плоской поверхности перед подставкой.
Однако Мартин пропускает сарказм мимо ушей. Он берет записную книжку и звонит Уокеру в офис, но попадает на автоответчик.
– Херб, это Мартин Скарсден. Прошу прощения за статью в сегодняшней газете. Клянусь, я был не в курсе. Это моя коллега, Беттани Гласс. Узнала из своих источников в Сиднее. Попробую поймать вас по мобильному. Надеюсь, скоро поговорим.
– Черт, черт, черт! – бормочет он, набирая номер сотового.
Звонок перенаправляется на голосовую почту. Мартину приходится повторить свои неловкие извинения.
– Проклятье! – ворчит он под нос, нажимая отбой, и поворачивается к владелице магазина, которая тянет очередную охапку товара. – Спасибо, Фрэн, за разрешение позвонить. Мне надо бежать. Еще поговорим. Я как-нибудь заглажу вину перед вами. Обещаю.
– Ну да, конечно, – бросает она ему вслед.
Мартин распахивает дверь «Оазиса». Дуг Танклтон и его съемочная группа развалились на старых креслах внутри, потягивая кофе и читая газеты. Один оператор вынул Лиама из манежа и качает на колене, строя забавные рожи, от которых мальчик заходится смехом.
– А вот и наш герой! – восторженно объявляет Дуг.
– Привет, Дуг, – равнодушно отвечает Мартин. – Где добыли газеты?
– В Беллингтоне. Мы поселились в «Риверсайд ресорт энд спа». Бассейн, бар, вай-фай. Сотовая связь. А еще там есть несколько неплохих ресторанов. Тебе стоит к нам приехать. Всего каких-то сорок минут на машине.
– Я подумаю. Спасибо за подсказку. Мэнди, хозяйка, здесь?
– Сзади, в подсобке. Делает тосты. Ты только что разминулся с копами. Заходили недавно за кофе.
– Черт! Они что-нибудь говорили? Еще одно заявление для прессы предвидится?
– Нет, особо не говорили. Не очень-то им твоя статья понравилась.
– Догадываюсь.
– Да ладно, плюнь ты на них, – излучая журналистскую солидарность, утешает Дуг. – Мы здесь не для помощи. Сюжет высший класс! Жаль, что не я на него вышел. Моих он попросту взбудоражил.
– Легко себе представляю. Уокер что-нибудь говорил?
– Тот беллингтонский коп? Нет. Я попросил его об интервью. Дал, понимаешь ли, возможность высказать свой взгляд на события. А он посмотрел на меня так, будто перед ним кучка дерьма. История стара как мир: если копы хотят публичности, они скармливают нам инсайдерскую информацию, а стоит им сесть в лужу – знать нас не хотят.
– Как обычно, – отвечает Мартин, колеблясь, подождать ли Мэнди или зайти к ней в подсобку.
30
«Блюстители порядка» (