План брошюр переворачиваю в голове, но пока малоуспешно: нет людей! Как в пустыне! Однако кое-что все-таки наметил и буду еще намечать, главным образом из оригинальных, о переводах не думал, ибо здесь важно выработать общий план. Пишет ли Андрей Белый[1189]? О Н<иколае> А<лександровиче> нет известий*. <сноска С.Б.>: Только что получил от него письмо, — у него умерла мать.
Какую несимпатичную статью о Когене написал Яковенко[1190], он действительно для нас невозможен.Что происходит в "Мусагете"?
Передала ли Вам С<усанна> М<ихайловна> мою просьбу одолжить рукопись Шмидт[1191] по прочтении Вами для о. Флоренского? Пожалуйста, если можно.
Я думал и думаю и о судьбе этих рукописей, мы будем об этом еще говорить. Когда Вы будете в Москве и когда Гр<игорий> Ал<ексеевич>? Здоров ли он? Желаю Вам отдыха на лето и восстановления сил для работы будущего года. Крепко жму Вашу руку.
Ваш С. Булгаков.
Получил письмо от Эрна, он благодушен.
388. С.Н.Булгаков — А.С.Глинке[1192] <6.07.1912. Кореиз — Симбирск>
6 июля 1912 г. Кореиз
Дорогой Александр Сергеевич!
Вот и опять долго не писал Вам. На этот раз это происходило не от недосуга, а от каникулярной лени. Лето у меня проходит пока, слава Богу, благоприятно для отдыха и силы мои восстанавливаются, — Вы знаете мою живучесть.
В истории Николая Александровича сплелись в одно и случайные причины: обиды личные, моя требовательность в делах при его либеральности с глубоким иррациональным кризисом его души, потребностью бунта во имя индивидуальности, рыцарской его смелости и безудержности и рокового его дилетантизма, который решительно застилает ему глаза. Пафос его — "творчество", которого, как Вы сами знаете, у него нет в настоящем смысле, но в то же время он способен пройти этот путь до конца, как будто бы был настоящим творцом. Думаю о нем с тревогой и болью, но увы! — каждый из нас в своем неисправим и влеком фатумом своей судьбы. Я говорил о похоронном настроении с "путейской" точки зрения (Там ведь я один в рабочем смысле остаюсь!), но не о душе Николая Александровича, который может погибнуть, но не умереть. Помоги ему, Господи!
Очень бы я настаивал, чтобы Вы стряхнули свою нерешительность и стали писать о Достоевском. Хотя я и "пугал" Вас в письме, но ведь Вы знаете, что я вообще стараюсь преувеличено быть строгим, знаете и то, что в конце концов, можно преодолеть наши условия, и даже без существенных жертв. Главное, мне хотелось бы, чтобы Вы почувствовали, что нам очень хочется Вас и Вашей монографии. Еще мысль (это пишу пока от себя лично). Думаем издавать серию брошюр, 1—2 листа по 40000 букв, по возможности на бойкие и общеинтересные темы, хотя и в круге наших тем. Не приходит ли Вам в голову подобная тема, на которую Вы могли бы написать брошюру? И вообще, м<ожет> б<ыть> выскажете свои соображения о такой серии.
1189
Анрей Белый в это время путешествовал с женой по Палестине, Египту и Европе на аванс, полученный от М.Морозовой.
1190
Яковенко Б. О теоретической философии Когена. Логос, вып. 1, Москва, Мусагет, 1910, с. 199—249.
1191
Шмидт Анна Николаевна (1851 — 1905) — нижегородская журналистка, визионер, мистик, создательница собственной гностической теории, где личности Вл. Соловьева отводилась мессианская роль. Булгаков стал ее душеприказчиком и впоследствии опубликовал ее рукописи.