Да хранит Вас "грядый на вольную страсть" Христос!
Любящий Вас С.Б.
433. М.К.Морозова — Е.Н.Трубецкому[1355] <1913.Москва>
<… /> Мы говеем с Микой и Марусей в церкви Рождества. Так хорошо, тепло на душе, около Христа, так светло и радостно! Так больно, что люди Его хотят соединить с мраком и смертью и страданием! Все это так не свойственно моей душе! Я так люблю мир Божий, так люблю жизнь, все, что нам дано Богом, так благодарю Его за то, что Он создал нас и все нам дал на радость и творчество! Вот в чем моя душа! И только радостной и жизненной любовью ее можно победить, а не отдалением, отчуждением и отворачиванием! Прости меня, что это говорю, но ведь можно же сказать правду. Вот видишь, какие мы разные! Уверяю тебя, что это не значит, что я всей душой не мучусь, что так я грешна перед Богом! Все хотелось бы отдать,чтобы была моя жизнь светла и вся залита солнцем! Ах, как мне горько и больно, что я так сделала, что я не ушла от тебя! Это мой большой грех и искупить его я должна, я это знаю! Но, чтобы я примирилась на том, чтобы делить тебя с ней, то есть, чтобы обе были какими-то подругами — нет, нет, нет — никогда! На это я не чувствую себя в силах. Я отравлю свою душу ужасом и ревностью. Тогда я должна умереть. Так я покачувствую, может быть Бог будет ко мне милостив и даст силы вырвать из сердца эту мою святую, светлую любовь, которая приносит столько страдания, горя и мрака, что ты даже отвертываешься от меня в дни обения с Богом, как от греха! Ах как мне больно! Пиши.
434. С.Н.Булгаков — А.С.Глинке[1356] <13.04.1913. Москва — Симбирск>
Великая Суббота
13 апреля 1913
Христос воскресе!
Дорогой Александр Сергеевич!
Приветствую Вас с радостью пасхальной, да пошлет Вам на сердце Воскресший Свою радость совершенную, Серафимскую радость! Надеюсь, что Вам дано было пережить Страстную неделю без внешних помех. Мне Бог послал это счастье. Страстная пролетела, как мгновение, пережилась как бы вне времени и пространства. Благодатные дни! Я говел со старшими детьми, и это совместное говенье доставило мне особую еще радость, которую Вы знаете. Все: и погода, и настроение, и обстоятельства сединились. чтобы дать праздник душе. Благодарение Богу!
А Вы все-таки так и не написали мне, в чем же состоит Ваша болезнь сердца. Напишите. Когда и как намечается переезд Ваш в Нижний? Мы остаемся в Москве числа до 20-го мая, когда кончаются экзамены Муночки. О поездке по Волге пока не думали, да трудно и загадывать при склонности к простудам детей.
Авва чувствует себя удовлетворительно, но лишь в санаторном режиме. На днях он выбрался из своей квартиры в квартиру своего брата на первом этаже, чтобы не подниматься, а затем выедет из Москвы совсем. Вообще же инвалидность или полуинвалидность его остается не устранена, не знаю устранима ли. Получили ли Вы книжку о С.Щукина, я просил послать. Знаете ли Вы, что спор "об имени Божием"[1357], естественно, очень волнующий авву[1358], который снова выступил здесь как ревнитель православия, имеет такое практически-жгучее (а догматически и тем более) значение? Интересна и своеобразна личность о. Антония Булатовича. Книжку прочтите, да и "На горах Кавказа"[1359] тоже. Непременно.
Теперь о лике преп. Серафима. Я не имел возможности говорить в "Пути" по поводу Вашего предложения — о фотографической репродукции старого, прижизненного еще изображения, но мне самому представляется, что, если может идти речь об иллюстрации, то именно такого рода, думаю, насколько знаю настроение, что и "художественная кислота" "Пути" (отрицательного отношения к которой, впрочем, я совершенно у Вас не разделяю) это примет. Важно узнать точнее, действительно ли это так. Насчет ускорения денег похлопочу и надеюсь иметь успех. А относительно выпуска брошюры весной нельзя поднимать и разговора: весь наш опыт говорит против этого, не забывайте, что нам ведь и без того приходится иметь дело с враждебностью и равнодушием. До осени задерживается уже напечатанная брошюра Дурылина о Китеже, книга Флоренского (впрочем, еще не готовая) и пр.
Вашу тревогу относительно Василия Васильевича Зеньковского я понимаю и, насколько она касается всего происшествия, разделяю, но в частности, Вы здесь находитесь в заблуждении или недоразумении. Ведь работу взял обратно сам В <асилий /> В <асильевич /> и, притом, к моему искреннему и глубокому сожалению, взял по разным сложным личным соображениям, из которых некоторые и не относятся к Гоголю. Работу он взял для переделки после личных переговоров, при которых я допустил неосторожность — предложил Григорию Алексеевичу высказать все откровенно. Тот был по-моему на высоте призвания, но, конечно, сделал В <асилию /> В <асильеви /> чу больнее, чем можно было.
1357
Речь идет о полемике вокруг имяславия, мистического движения в среде русского монашества, продолжавшего традицию афонских последователей исихазиа ХII—ХI вв., возглавленного иеромонахом Антонием (Булатовичем), утверждавшим, что "Имя Бога есть Бог". Движение возникло под влиянием изданной впервые в 1907 г. книги иеросхимонаха Илариона "На горах Кавказа". В начале книга была принята в монашеской среде с большим сочувствием, но впоследствии многим показалось соблазнительной та смелость, с которой Иларион говорит о божественном присутствии в молитве и называет Имя Иисусово "Самим Богом". Для Илариона это было по-видимому не столько богословским утверждением, сколько описанием его ичного молитвенного опыта. Но и сам молитвенный реализм показался слишком смелым. Психологизм в истолковании молитвы многим представлялся более безопасным, смиренным и благочестивым. Началась полемика в печати, начало которой положил журнал "Русский инок", где против Илариона весьма резко выступил архп. Антоний Храповицкий. На Афоне спор принял весьма резкий характер с обеих сторон, дело доходило до рукоприкладства между монахами. Обе стороны видели в борьбе "за" или "против" книги Илариона — борьбу за Православие. Сторонники Илариона называли себя "имяславцами" (имеславцами), а своих противников — "имяборцами" (имеборцами). Синод пытался запретительными и силовыми средствами ликвидировать "опасную ересь". Для вразумления имеславцев на Афон был послан архп. Вологодский и Тотемский Никон (Н.И.Рождественский, 1851—1918)). который прибыл туда на военном корабле в сопровождении команды матросов. После резкого отказа имеславцев "оставить заблуждения" матросы перешли к безжалостному избиению монахов, в результате которых некоторые поплатились жизнью (по поводу этих жертв в Государственной Думе был сделан запрос. См.: Владимир Рожков, прот. "Церковные вопросы в Государственной Думе". Рома. ПИО, сс. 344—354). Около 200 имеславцев были официально объявлены еретиками под именем "имябожников", они были насильно вывезены в Россию и разосланы под надзор по отдаленным монастырям (Определение Синода от 29.08.1913). О. Иларион был запрещен в служении и до конца жизни забытый всеми проживал в своем имении. Библиография "Спора об Имени Божием" содержится в комментариях к публикации переписки В.А.Кожевникова с П.А.Флоренским //Вопросы философии, 1991, №6, с. 136; подробнее см. комментарии игум. Андроника Трубачева к статье о. П.Флоренского "Имеславие" //Сочинения, т. 2., М., 1990, с. 332—338.
1358
М.А.Новоселов и участники его кружка (кроме Ф.Д.Самарина) были на строне имеславцев. Понимая богсловскую беспомощность книги о. Илариона, они тем не менее считали затронутую в ней проблему весьма важной для уточнения и развития православного богословия. На эту тему в печати в поддержку гонимых выступили о. П.А.Флоренский, С.Н.Булгаков, В.Ф.Эрн, Н.А.Бердяев.