У нас это время прошло благополучно в смысле внешнем и внутреннем. Очень отрадным фактом является исключительный внешний успех кнги о. Павла, — все почти издание (2000) уже разошлось! К сожалению, можно опасаться, будет ли она иметь такой же успех и как диссертация.
Повидимому, мне удастся получить на осенний семестр отпуск, которым я предполагаю воспользоваться и для своей работы, и для поездки в Италию[1504]. Во всяком случае из Москвы буду отсутствовать <нрзб>.
Кн. Е.Н.Трубецкой тоже уедет на год за границу, так что бедный Григорий Алексеевич временами впадает во вполне законное уныние о том, как будет он нести бремя Религиозно-философского общества и "Пути". Но для облегчения его, на счастье, есть в Москве Вяч. Иванов, так что кое-как протянут, а к январю и я на подмогу поспею.
Про людей московских ничего особенного, чего бы Вы уже не знали, не могу сообщить, — живем как жили.
<конец письма отсутствует>
495. В.Ф.Эрн — Е.Д.Эрн[1505] <9.05.1914. Москва — Тифлис>
<…> О себе пока не пишу. напишу подробно завтра. Дом Гриневич рассыпается[1506]. Завтра переезжаю к Ивановым[1507], у которых за отъездом Веры[1508] и Димы[1509]. в деревню будут свободными целых две комнаты. Мои дела с диссертацией идут туго, но все же идут. "Пищит да лезет". <…>
496. В.Ф.Эрн — Е.Д.Эрн <10.05.1914. Москва — Тифлис>
10 мая 1914 г.
<…> Мне у Ивановых очень хорошо. Имею отдельную комнату, ухожу к себе, когда есть работа, с полной свободой. У них стало совсем по-иному, чем было в Риме. Спокойно, уравновешенно, просто и семейно. Вяч<еслав> встает в 11 ч. и ложится в три. К Вяч<еславу> ходит много людей и все его любят по настоящему, не то, что в Петербурге. Очень привязаны к нему Булгаков и Рачинский. Вообще кругом Вячеслава мистически чисто. О Голубкиной[1510] расскажу в другой раз <…>
497. В.Ф.Эрн — Е.Д.Эрн <11.05.1914. Москва — Тифлис>
Москва, 11 мая 1914 г.
<…> У Ивановых я встретился с Голубкиной — скульптором гениальным и изумительно вдохновенным, хотя и молчаливым человеком. Она сделала бюст Вячеслава — силы Бетховенской — титанический размах, Вяч<еслав> взят не в эмпирии, а в каком-то умопостигаемом пределе. Вячеслав гордится и говорит, смеясь, что чувствует себя "китайским императором". Представь мою радость, когда вчера Голубкина нарочно пришла к Ивановым, чтобы сказать, что хочет с меня лепить бюст. Я счастлив, что смогу смотреть на нее в процессе ее творчества. Она высокая худая, атлетически сильная, грубая на словах, прямая, из крестьянской среды, живет иногда впроголодь и раздает по 500 р. — страшно добрая, с лицом некрасивым и гениальным, не говорит, а бормочет и то смотрит так серьезно и глубоко, что жутко делается, а то улыбается прекрасной кроткой улыбкой. С Вяч<еславом> она познакомилась всего месяц назад на его лекции и сейчас же захотела лепить. Мне кажется лепка для нее метод особого художнического узнавания людей. <…>
498. Е.Н.Трубецкой — В.Ф.Эрну[1511] <б.д., весна 1914?]
Дорогой Владимир Францевич,
Получил Ваше письмо и имел еще разговор с Г.И.Челпановым. от него узнал довольно неприятную вещь. Именно, Правление Университета в целях экономии требует, чтобы авторы печатаемых трудов представляли целиком рукописи, дабы типография заранее определяла сколько листов приблизительно, выйдет в печати. На такое число листов и дается разрешение каждому автору. Что же выйдет сверх сего, то он печатает уже за свой счет или получает новое разрешение. Повидимому, для печатания требуется кроме того и благоприятное заключение профессоров-специалистов данной кафедры в факультете.
Словом, есть затруднения не для Вас лично, а для всех авторов. Мой совет — не обращать на это внимания и пытаться войти в соглашение. Челпанов мне говорил, что в типографию (если профессор-специалист на это согласен) можно представить и неполную рукопись. Допустим даже, что Вам дано разрешение напечатать часть: если труд выйдет больше, возможна приплата со стороны "Пути". Обо всем этом я доложил "Пути" вместе с Вашей просьбой. Мы все присоединяемся к ней, тем более единодушно, что мы должны считаться с возможностью отказа напечатать за счет Университета Ваш труд[1512].
1507
По возвращении из Рима семья Ивановых поселилась в москве по адресу: Зубовский бульвар, 25, кв.9, В.Эрн прожил в их квартире до конца своей жизни.
1508
Шварсалон Вера Константиновна (1890 - 1920) — дочь Лидии Дмитриевны Зиновьевой-Аннибал от ее первого брака; после смерти матери, с 1911 г. она становится женой Вячеслава Ивановича Иванова.
1509
Иванов Димитрий Вячеславович (род. 1912) — сын В.К.Шварсалон и Вяч. И. Иванова, впоследствии журналист, издатель Собрания сочинений своего отца, историк русской культуры "серебряного века".
1510
Голубкина Анна Семеновна (1864—1927) — скульптор, для работ которой характерны черты импрессионизма. Участница революционного движения 1905—07 гг.
1512
Речь идет о магистерской диссертации В.Эрна, опубликованной под названием "Росмини и его теория знания", Путь. М. 1914.