Читать онлайн "Взыскующие града" - RuLit

Целую Вас.

Христос с Вами!

Ваш С.Б.

118. П.А.Флоренский — А.С.Глинке[607] <9.06.1909.Сeргиeв Посад — Симбирск>

Многоуважаемый Александр Сергеевич!

Простите, что до сих пор не мог повидаться с С.И.Смирновым[608] и спросить у него насчет Русской Церковной истории. Сегодня видел С<ергея> Н<иколаеви>ча. Он говорит, что для экзамена[609] достаточно учебника Знаменского[610] или, лучше, — Доброклонского[611]. Но настоятельно рекомендует почитать "Историю Русской Церкви" Е.Е.Голубинского, конечно не всю, а частями[612].

Вы можете выбрать 2 (или больше) любых вопроса и по ним подчитать у Голубинского. Желаю Вам успеха в занятиях и экзаменах. На всякий случай сообщаю свой адрес (до 1-го августа): Тифлис, Николаевская, 61, мне.

Уважающий Вас

Павел Флоренский

Сергиевский Посад

Приготовил для Вас книжку об о. Исидоре[613], но не знаю, как ее Вам доставить. Ну, — до осени.

119. Е.Н.Трубецкой — М.К.Морозовой[614] <11.06.1909. Бeгичeво — Ст.-Бласиен>

11 июня 1909 г.

Дорогая Маргарита Кирилловна,

с большой радостью получил открытку с необыкновенно симпатичным видом на Пчилосопченщег[615], а также письмо от 6 Июня. Пчилосопченщег приводит к дому, где читаются сочинения Соловьева; так оно и исторически произошло — именно немецкая "филосфская дорога" к нему привела. Значит, это — путь верный. Странным образом последнее Ваше письмо пришло ко мне через Москву, а потому шло 5 дней!

Я также теперь только одолел "Теократию"[616] и читаю "Ла Руссие ет л’Еглисе Универселле"[617] — необходимое к ней дополнение, вероятно, можно заказать какому-нибудь немецкому книгопродавцу. Много нового выясняется мне в этой теократии. Соловьев не то, чтобы отказался от нее, но оставил эту мечту в конце своей жизни ("Три разговора"). Теперь нужно, чтобы эта теократия стало окончательно "юберщунденер Стандтпункт"[618].

Ни в какие рамки человеческой теократии "Божеское царство" никогда не вместится. Это, в сущности, — попытка Петра построить три кущи для Иисуса, Моисея, Ильи и удержать на земле преображенное Божество[619]. — Нельзя! И мы хотели сделать то же с нашим освободительным движением, но последние годы доказали, что Христа земля не принимает и, во всяком случае,— в себе не удерживает. Земля не готова еще, а когда она будет готова, — будет сразу само Царствие Божие, а не промежуточная ступень теократии. В сущности уже в "Трех разговорах" Соловьева это промежуточное звено выпадает: вместо теократии — соединение церквей где-то в пустыне в лице немногих верных, а потом — сразу кончина мира.

Вы не подумайте, что этот мой ход мысли похож на монашеский аскетический пессимизм. Нет! Я все-таки вижу здесь, на земле, огромную задачу — готовить эту землю к преображению. Только все-таки это не будет боговластие, потому что внешним образом до конца мира Бог еще не будет царствовать. Внешнимобразом будет скорее торжествовать зло; Апостол не даром говорит, что если бы мы только в этой жизни надеялись на Христа, мы были бы несчастнее всех человеков[620].

Мне удается доказать, что теократическая мечта Соловьева — не что иное, как последний остаток славянофильства (Россия — народ-богоносец). Она и есть "богоносец" — это правда, в идее, умопостигаемом характере; но эта идея осуществится в чем угодно, только не в политическом могуществе. А Соловьев мечтает именно о могущественной русской теократической Империи[621]. Возможно, что в будущем нам придется пройти через целую серию внешних неудач и бед, чтобы возгорелся в нас небесный огонь: удачи чаще всего заставляют народы забывать о религии. Я боюсь, что русский народ только тогда сможет исполнить свое религиозное назначение, когда ему на земле станет уж очень плохо.

Ну прощайте, крепко целую Вашу руку. Жена Вас целует. У нас после потопов два дня чудной погоды; только к ночи дождь.