Выбрать главу

133.     А.В.Ельчанинов. Дневник[662] <22.09.1909. Сeргиeв Посад>

IХ/22

Я не знаю еще, всегда ли он <Флоренский> такой, но я его вижу каждый раз очень изменившимся по сравнению с прошлым годом. Нет той ясности в глазах, живости и веселости; вместо этого какая-то тусклость, тяжесть, как с похмелья (хотя П<авел> и уверяет, что именно на другой день после пьянства особенно хорошо чувствует себя, "наступает какой-то катарсис, сначала острое раскаяние, а потом смирение, ясность и радость"). Вчера, как обычно, он вздыхал о том, что слишком много дел, что он не успевает всего делать, что нет времени, а потом вздохнул, что у него нет секретаря. Я вызвался помочь ему в одной из его работ (рецензия на сочинение Наумова о Дионисе[663]), он согласился. Мы работали вчера весь вечер и сегодня до обеда, и много разговаривали.

134.     А.В.Ельчанинов. Дневник[664] <24.09.1909. Сeргиeв Посад>

IХ/24

Я запишу только одну часть разговора, особенно для меня важную, хотя мысли эти я слышал от него полтора года назад, прошлой весной.

Мне не трудно многое убить в себе, но что из этого выйдет. Я мог бы убить в себе все, что связано с полом, но тогда бы во мне умерло всякое научное творчество прежде всего. Ты говоришь, что так и надо, что через такую смерть проходили все подвижники, я знаю это, но ведь меня не пускают в монастырь, мне велят читать лекции. Почему от многих сочинений, учебников и т.д., семинарских особенно пахнет мертвечиной; как будто бы все на месте, есть большая ученость, приличный язык, даже мысли, но читать невозможно? Потому что их писали скопцы. И я бы мог так записать, но кому нужны такие труды? Вот теперь мы с тобою пишем о Дионисе; ведь я должен же пережить все это, перечувствовать, сегодня я не спал всю ночь, от какого-то общего возбуждения, как будто я сам участвовал в оргиях. И так все. Так и с лекциями. Я знаю, что в последующих лекциях я дам христианский синтез, но пока я излагаю, я не могу не проникаться симпатическим отношением к своему предмету.

135.     А.Р.Минцлова[665] — Вяч.Иванову[666] <9.10.1909. о. Рюгeн — СПб>

Любимый мой, дорогой…

Я Вам пишу у окна, из которого видно море Арконы[667]. Сегодня оно спокойное, тихое, цвета зеленой бирюзы — позеленевшей…

Эти два дня дивная погода, и я могла совершить все должное, все что указал мне Голос. И странно — мне было удивительно легко все сделать. Я обошла (пешком, здесь нет извозчиков совсем, да я и не могла бы ими воспользоваться, т.к. сама не знала, куда я должна идти) — я обошла, вчера и сегодня, почти всеместа, отмеченные Роком — все ущелья, где были перерезаны, коварно и предательски, Славяне, погибшие здесь все до одного, кто жили на острове, кто охраняли мистерию Славян… Мне было совсем легко и свободно ориентироваться здесь, как нигдеш шеще — даже в Париже… Я молилась на этих местах, совершила все обряды, предписанные мне, и поцеловала землю эту, которую гореть я взяла с собой.

Посылаю Вам сегодня, дорогой брат, три очень плохих изображения этих мест (открытки). Мне важно, чтобы они у Вас были. И для "сосредоточения" — очень нужно это, для прочтения этого периода в Акасча[668]. Когда я буду с Вами, это будет нам нужно для урока… В одном ущелье здесь — Вы сами должны увидеть, в котором, — были перерезаны все жрецы Арконы Германцами…

О том, что я узнала здесь… О том, что открылось здесь и даровано мне — писать нельзя. Этому нет слов. Я чувствую себя измененной до самых глубоких корней существа моего. Я еще останусь здесь сегодня весь день до отъезда в Берлин, в 3 часа дня — я должна здесь пробыть 3 дня и ночи…

Весь остров теперь молчаливый и опустелый. И так легко и свободно и радостно это одиночество и запустение. Я брожу день и ночь — теперь новолуние — и никто не обращает внимания, все дороги открыты, все леса буковые, устланные алым ковром осенних опавших листьев — зовут и ждут, ждут давно… И вот… И вот я пришла — меня послали к ним, хотя до сих пор яникогда не знала ничего, не думала о Рюгене и Арконе — и к туманным, слабым, недостаточным словам Нины Гернет[669] относилась всегда с улыбкой недоверия, т.к. они не были ею серьезно и строго обоснованы… А теперь… теперь, когда я сразу, немедленно нашла старый дуб — "Herta's Eiche" — со знаками человеческих жертвоприношений — это было первое, что я должна была найти, эти "письмена смерти" — и любви (жертвы здесь были лишь добровольные, лишь последние невозможности имели доступ к принятию, здесь <?>)[670].

вернуться

662

Ранее опубликовано с комментариями Н.А.Струве //Вестник РХД. № 142. Париж. 1982.

вернуться

663

Опубл. //Богословский Вестник. 1910, т. 1, с. 257—272, паг 3-я.

вернуться

664

Ранее опубликовано с комментариями Н.А.Струве //Вестник РХД. № 142. Париж. 1982.

вернуться

665

Минцлова Анна Рудольфовна († 1910?) — теософка, влиятельная в кругах религиозной интеллигенции обеих столиц. После смерти Л.Зиновьевой, утверждая свое "посланничество", занималась мистическим просвещением Вяч. Иванова. После женитьбы последнего на В.К.Шварсалон исчезла и, как предполагают, умерла.

вернуться

666

ОР РГБ ф.109, письма Минцловой, лл. 8—10об.

вернуться

667

Аркона — город балтийских славян (Х—ХII вв.) на самом северном мысу (высота 45 м) острова Рюген (слав. Руяна) в Балтийском море (в настоящее время принадлежит ФРГ). С западной стороны город окружен валом высотою 10—13 м. Аркона была религиозным центром, объединявшим ряд славянских племен. Островом управлял верховный жрец бога Святовита. Храм этого бога в Арконе описан датским средневековым автором Саксоном Грамматиком. Его данные были подтверждены в 1920 г. раскопками немецкого археолога К.Шуххарда и др. Был вскрыт квадрат стен храма (20х20 м) покрытого некогда пурпурной крыей, внутри него отрыты фундаменты четырех столбов святилища (между ними висели ковровые завесы) и каменное основание деревянной статуи четырехголового бога. Рядом вскрыта площадь народных собраний. В западной части находились жилища, расположенные вдоль вала.В 1168 г. датский король Вальдемар I разрушил город и храм. Статуя Святовита была сожжена, а храмовые сокровища перевезены в Данию. См. Сцчуцччардт С.Аркона Ретчра / Винета, Берлин. 1926. //шСИЭ, т.1, кол. 737.

вернуться

668

"Акаша хроники" — теософский трактат о духовной эволюции мира и человека. "Акаша , Астральный Свет, может быть определена в нескольких словах; это есть Всемирная Душа, Утроба Вселенной, Мыстерум Магнумш, из которой рождается все сущее через разъединение или дифференциацию. Это есть причина существования; она наполняет бесконечное Пространство, она, в одном смысле, есть само пространство, или же его шестой, также седьмой, принцип одновременно." Е.П.Блаватская. Тайная доктрина. т. 2, Антропогенезис. Адьяр, 1991, с. 642.

вернуться

669

Гернет Нина Николаевна — теософ, речь идет, вероятно о ее статье, посвященной славянскому языческому святилищу на о. Рюген: Гернет Н.Н. В святом святых славян //Вестник теософии, 1908, № 5—6.