Всего восемь часов вечера, но я скоро попытаюсь заснуть. Не только потому, что устала, но и потому, что нечем заняться. Я уже прочитала все, что привезла с собой. Я заметила, что книги Александры на ее книжной полке из Голландии. Я не смогу их читать.
Прошло два с половиной часа с того времени, как я написала то, что выше. Теперь я собираюсь готовиться ко сну.
Мы с Александрой провели время, разговаривая обо всем, даже об опасных ситуациях, в которых она оказывалась из-за своей работы.
Спать в одежде и ботинках, готовой бежать.
Друг Александры был одним из убитых (зарезанных), работавших на УВКБ.
Мы также обсудили, чего сейчас в особенности не хватает и почему нет мыла для беженцев.
С этого времени пайки будут сокращены на 20 %.
Всемирная продовольственная программа (еще одно агентство ООН, ответственное за распределение продовольствия) тоже сокращает поставки.
В этом нет чьей-то вины, но это срывает планы, и трудно объяснить людям, которые и так обходятся самым необходимым: получают самые основные питательные вещества, чтобы оставаться здоровыми, и нужное число калорий, чтобы оставаться живыми. Теперь это будет около 80 % от этого количества, но им повезло иметь хотя бы это.
Мы также говорили о женщинах, у которых нет гигиенических прокладок и каково это – обходиться без них.
И Александра сказала мне, что в здешних тюрьмах еще хуже. Что запертые там люди живут как звери и даже не могут помыться.
Четверг, 8 марта
Проснулась под дождь – сырой, холодный день.
Дороги, распределение продовольствия – что происходит в лагерях, когда идет дождь?
В субботу за мной должен был прилететь студийный самолет, потому что дома я должна пообщаться с прессой и присутствовать на премьере. Я только что узнала, что самолет не прилетит, потому что премьеру отменили.
Как тут не полюбить Голливуд.
Это должно было быть моей дорогой домой.
У меня почти не остается припасов: совсем мало лекарств, наличных и чистой одежды.
У меня нет ни малейшего представления о том, как вернуться в Лос-Анджелес.
Есть только восьмиместные самолеты, которые летают отсюда каждые несколько дней, но они делают длительные остановки в пути. Даже если рейсы на небольшие расстояния, то, что запланировано как одна часовая остановка, часто растягивается на день. Для меня пытались найти место на завтрашний рейс, но самолет был полон. Я должна лететь в Цюрих или Амстердам, чтобы оттуда добраться до Лос-Анджелеса.
УВКБ продолжит пытаться помочь мне из своего офиса в Дар-эс-Салам, но они очень заняты намного более важными делами.
Отсутствие необходимости быть на премьере вдруг превратилось в «сама добирайся домой».
Здесь 95 000 беженцев (в основном бурундийцы).
УВКБ привез меня в центр питания и медицины, который находится на территории лагеря и принадлежит Красному Кресту.
Мое первое задание на сегодня: отмерять лекарственный порошок на оздоровительной кухне.
Детям до пяти лет – питательная добавка.
Беременным – тоже.
Я старалась отмерять аккуратно, чтобы в ложке было не слишком мало.
Они должны наблюдать детей, чтобы убедиться, что те растут и не теряют вес. Новорожденных измеряют, взвешивают и делают прививки. Один младенец испугался и обмочил стол для обследования. Мать вытерла его своим платьем. Мыла нет. Всем очень трудно поддерживать безопасность и чистоту.
В кухне была очень маленькая комната с тремя большими глиняными горшками на дровяных печах.
Было трудно видеть. Дым в комнате разъедал глаза.
Я помогала готовить молоко для матерей. Его поставляют сухим в больших тюках. Небольшим пластиковым кувшином я брала два литра кипящей воды из горшка (стараясь отмерять как можно более точно) и наливала ее в старое побитое зеленое пластмассовое ведро. Сложно не обжечь этой горячей водой руки.
Ты оставляешь ее в ведре, пока она не остынет (чтобы она не разрушила молочный протеин), затем насыпаешь молоко и перемешиваешь.
Вдоль каждой стены комнаты стояло около пятнадцати маленьких деревянных кроватей. Каждая кровать была закрыта москитной сеткой – насекомые могут переносить малярию. В большинстве сеток были дыры. Малярия очень распространена в этом районе, ее практически невозможно избежать. Еще одна большая проблема – диарея. Для младенцев и маленьких детей потеря жидкости смертельна.
Я все время пользуюсь спреем с ДЭТА[1], и все равно меня кусают москиты. И не только ночью. Мне также повезло, что у меня есть таблетки от малярии. Таблетки не предотвратят заражение малярией, но помогут переболеть ею в легкой форме, если заразишься.