Тихие невнятные голоса мягко прокрались с мою голову, чуть потеснили душевную боль. Я раскрыла ладонь. Тонкие чернильные ленты ласково обвились вокруг пальцев. Я открылась, полностью убирая щиты. Оказывается, держала их подспудно, неосознанно. Научилась.
Моя магия снова со мной. Мой дар.
Многозвучная симфония вечной жизни захлестнула громадной волной, наполнила до краёв торжествующими голосами птиц и зверей. Их радостью от того, что существуют. Яростью от того, что голодны. Азартом охоты, страхом, осторожностью, робостью и силой. Всем, что замыкает бесконечный круг жизни. Как бы трудно и больно ни было.
Я раскинула руки и захохотала. Я жива. Жива! И пока существую, буду бороться за жизнь. Свою и чужую. Я сильная! Я справлюсь!
Никто и не думал за мной гнаться. Теперь в этом полностью уверена. Себо нужно было избавиться от меня, иначе непременно поймали. Если даже Мраю не удалось с ними справиться. Но если глава деревни отпустил, значит, боится. Боится меня. И не так велика его власть.
А значит, ещё повоюем!
Я быстро переоделась, выпутала жемчуг из косы. Проинспектировала содержимое походной сумки. Всё необходимое оказалось на месте. В плотной промасленной ткани нашлись пластины сушёного мяса. В грубой бумаге — несколько постных лепёшек. Чуть глубже нашарила флягу с водой. Отлично!
Смеркалось. Сколько же я плутала? Покрутила головой по сторонам. Ориентироваться умела. Мрай успел объяснить, в какую сторону необходимо идти. Только лучше дождаться утра, чтобы точно не ошибиться.
Недалеко высилась скальная гряда. Нужно поспешить до неё добраться. Пока не настала ночь, отыскать подходящее место для сна, надёжное и безопасное.
Подхватив вещи, двинулась вперёд.
Стало совсем темно, когда я нашла небольшой грот, в котором смогла укрыться. Это оказалось непросто. Скалы кишели жизнью. А мне необходим был хороший отдых, чтобы не тревожить недовольных «соседей» и не вскакивать от близости голодных хищников.
Страшная усталость валила с ног. Я не стала разводить огонь: активированный кай’ол берёг от холода. Разжевала лепёшку, запила водой. Подложила сумку под голову, завернулась в плащ и провалилась в сон.
Страх. Голод. Отчаяние. Боль. Казалось, прошло всего несколько минут, как закрылись мои глаза. Я подскочила на месте от тихих шаркающих шажков и хриплого писка. Рядом мелькнули два жёлтых огонька.
Зелёный пульсар выхватил из непроглядной тьмы силуэт кота. Кота? На Дошхоре нет котов.
Бедняга припадал на заднюю лапу, был ранен, испуган и очень-очень голоден. Настолько, что запах сушёного мяса поборол страх перед человеком. Кот опустился на брюхо и, прижав к голове уши, пополз к сумке, огибая меня по дуге.
Я застыла на месте, присмотрелась. Вдоль хребта у зверька росли острые шипы, а на оскаленной плюшевой морде явно выделялись две пары верхних и нижних клыков.
Это не кот. Рашар! Я видела их изображения в книгах. Вернее, детёныш рашара. Совсем маленький. Мать, очевидно, отбилась от прайда и погибла, поэтому малыш остался один.
— Иди, ко мне, маленький, — я опустилась на колени, нашарила в недрах сумки мясо и протянула котёнку кусочек. Рашар снова оскалился, смешно зашипел и лупанул когтистой лапой воздух. Ого! А ментальная защита у малявки, что надо! Теперь понимаю, почему этих животных никому не удалось приручить.
Мне пришлось основательно повозиться, прежде чем трясущийся от голода зверёк позволил себя накормить, осмотреть и обработать повреждённую лапу. Я кота не «ломала», действовала с его сознанием осторожно. Ему нужно вернуться к своим, с собой я его не заберу. Переночуем вместе, а утром попробую отыскать его сородичей и вернуть пропажу. Рашары своих детёнышей никогда не бросают.
Я ещё раз «прослушала» окрестности. Нет, скальных котов по близости точно не было. Погладила развалившуюся на моих коленях сыто мурчащую «кису», натянула капюшон поглубже, запахнула полы плаща и спокойно уснула.
— Лекс, у нас гости, — Аро появился точно перед завтраком, чтобы переполошить новостями весь лагерь.
— Кто? Сколько? — эльфы схватились за оружие.
— О, не так всё страшно, — с глумливой улыбочкой развёл в стороны руки татуированный паяц. — Один. Черномазый тощий мелкий мальчишка. Я обнаружил его ещё ночью. Дурачок поймал детёныша рашара. Поблизости появился прайд. Сейчас сопляку устроят трёпку.
Алексей спокойно сел на место и принялся есть. Что он, малолетних идиотов не встречал? Его головорезы, скалясь, повскакивали с мест. Что поделать? Любили его оболтусы кровавые зрелища. Пусть тешатся.
— Лекс, ты идёшь? — Лей чуть затормозил, пропуская вперёд самых любопытных.
Маг махнул рукой и отвернулся. Будет что-то стоящее, мелкого и так к нему приведут. А не будет… Одним дроу больше, одним меньше — какая разница?
Время шло — остроухие не возвращались. Может, ловушка?
Белый Воин поднялся и, без труда различая следы своих досужих остолопов, отправился на поиски отряда.
Рычание и вой разъярённых рашаров маг услышал издалека. Он тут же перешёл на бег. Неужели и его недоумкам прилетело?
Резко затормозил на подходе к небольшому гроту, когда заметил ошарашенных, застывших столбами эльфов.
— Что слу…
— Ш-ш-ш-ш-ш..! — Лей сделал страшные глаза и поднёс палец к губам. Повёл подбородком в сторону и отошёл, открывая Алексею обзор.
Внушительная группа саблезубых котов — особей двадцать — прижала к стене закутанного с головы до ног в просторный походный плащ дроу. Невысокого, действительно, слишком худого и, скорее всего, совсем сопливого мальчишку. Чуть прихрамывающий детёныш рашара переминался с лапы на лапу у ног пацана, заискивающе заглядывал под нахлобученный до подбородка капюшон и грозно шипел на сородичей.
Но даже не это было самым странным. Рашары не нападали! От сопляка не должно было уже и кровавых ошмётков остаться. А он, похоже, даже не боялся! Стоял расслабленно и спокойно, чуть склонив голову набок. Что за?!
Разозлённые зверюги рычали и скалились, угрожающе припадали на лапы, клацали здоровенными клыками. Но близко к пацанёнку не подходили.
Наконец, паренёк наклонился, погладил маленькой детской ладошкой котёнка и подтолкнул его под мягкое место ближе к «родне».
Мелкий «кошак» мрякнул, прошёл по инерции несколько шажков и тут же был схвачен за шиворот крупной холёной самкой. Быстро, цепко, но бережно.
Получив желаемое, рашары «поворчали» для острастки и медленно разошлись, растворившись в скалах.
Разошлись!!!
Нет, такой умелец точно достоин получить покровительство Белого Воина!
Алексей молча дал знак: брать быстро и осторожно! Хотя парень и так никуда не торопился. Скорее всего, уже заметил «зрителей».
Он отпихнул ближе к стене объёмный походный баул. Одним слитным движением сорвал плащ, одновременно призывая теневые клинки, и перетёк в боевую стойку.
— Соня?! — сердце оглушительно грохнуло и сорвалось куда-то вниз.
Глава 15
Церемония подходила к концу. Связать широкой лентой запястья, где после поцелуя жениха и невесты проступят парные узоры, — и союз станет нерасторжимым. Покровительницу Ишттах шаи мало кто чтил, но узы, скреплённые её именем, никто и нигде оспаривать не осмеливался.
Алт Илиндит свёл несколько пар, и сейчас они с нетерпением ждали, когда смогут подтвердить свои отношения. Но глава не спешил.
Он смотрел в горящие торжеством глаза собственной дочери, старался не замечать пустого и безразличного взгляда своего друга. Разумеется, уже бывшего друга. И пытался убедить себя в том, что поступает правильно.
Яркая лента обвилась петлёй вокруг мужского и женского запястий, затянулась, сдвигая ближе руки будущих супругов. Крепкий узел — и они до конца вместе. В горе и радости, нищете и достатке, в ненависти и, даст Богиня, хоть каком-то подобии любви.
Пронзительный крик лесной птицы заставил пальцы нервно дрогнуть. Гладкая материя ядовитой лье́укой[60] скользнула по коже, расплетая незакреплённые концы, и медленно легла под ноги.