Алая пелена перед глазами рассеялась. Я уставилась на свои руки в крови и багровых ошмётках плоти. Непропорционально крупные ладони медленно возвращались к своему привычному виду. Звериные когти стали короткими человеческими ногтями. Бред какой-то…
Проморгалась. Мотнула головой. С лица сорвались горячие капли. От свежей крови и вони вывороченных кишок затошнило.
Мутный взгляд мазнул по ощерившейся сталью толпе. Только теперь в их глазах решимость и злоба щедро мешалась со страхом.
Затянутая в доспехи стена дрогнула, расступилась, и вперёд медленно вышел довольно странный субъект. Высокий, очень худой, даже тощий дроу с коротко стриженными ярко-рыжими волосами. Он сделал пару осторожных шагов, держа перед собой руки с раскрытыми ладонями: показывал, что безоружен. Уронил взгляд вниз и опустился на колени:
— Пусть досточтимая не примет мои слова за дерзость…
Меня передёрнуло. В толпе послышался недовольный ропот.
— Ош! — басовито загудел косматый бугай, что тыкал в меня мечом. Теперь его ошалевшую физиономию украшали четыре рваные длинные раны. — Что творишь, придурок? Она тебя сейчас на ремни пустит!
Я ухмыльнулась, не сводя глаз с рыжего. Верзила заметно взбледнул.
— Да не примет досточтимая мои слова за дерзость, — упрямо повторил самоназначенный парламентёр, игнорируя зверские рожи тех, кто уже попал под раздачу, — но вашей собственности нанесён серьёзный ущерб. И если не принять срочные меры, ближний круг ноамат постигнет утрата.
— Лекарь, — выдавила я хрипло. — Мне срочно нужен лекарь.
— Если досточтимая позволит, — лились витиеватые политесы, — нижайше прошу рассмотреть мою кандидатуру. Я успел с лучшей стороны показать себя в лекарском деле и с трепетом и благодарностью окажу посильную помощь досточтимой, — длинная чёлка подмела мостовую.
— Не мне… ему, — повела подбородком за свою спину.
Я боялась смотреть на Мрая, иначе сил не хватит изображать отмороженную психопатку. Волнами накатывала слабость, сознание мутилось. В голову лезли абсурдные мысли.
Я превращалась в животное? И в облике зверя всё это сотворила? Опустила взгляд на бурые пятна крови под ногами, отметила ещё раз потрёпанный вид «зрителей».
Мы точно в Сшамате, судя по тому, как на меня набросилось это отважное воинство. Но почему тот, кто назвался лекарем, так странно себя ведёт?
Быстрый взгляд из-под рыжих ресниц убедил окончательно, что балаган разыгран ради единственной цели — добраться до Мрая.
— Поторопись, — рыкнула в сторону стриженного затылка.
Лекарь, низко поклонившись, приступил к своим обязанностям и, мельком осмотрев моего дроу, послал куда-то в сторону короткий кивок, сопроводив его нечитаемым взглядом. Я напряглась, готовая обороняться и защищать того, кто мне дорог. Крутанула кистями, призывая теневые клинки.
— Не нужно, досточтимая, — мягко накрыли моё запястье узловатые пальцы. — Здесь вам никто больше не причинит вреда.
— Доставьте гхик’арда в его покои, — заставив стихнуть малейший шум, раздался спокойный, полный достоинства голос. Все повернули головы в его сторону. — Брахт, проследи. С этого момента уважаемая гостья под моим личным покровительством и защитой. Добро пожаловать в Вольный Город, маала[64].
Я успела заметить жемчужно-серый плащ, отороченный светлым мехом, и боевое плетение белой косы с длинными шипами в ней, прежде чем высокая фигура Владыки Сшамата скрылась за массивными дверями замка. Без сомнения, это был именно он, повелитель Города.
Намного позже я выяснила, что стараниями Лорда В Маске мы оказались во внутреннем дворе Цитадели — дворца Владыки и основного убежища всех жителей, кто однажды решил найти своё место среди иноверцев, преступников и прочего сброда, рискнувшего нарушить веками устоявшиеся порядки.
А пока я, в попытках не свалиться от страшной усталости, печатала нетвёрдый шаг за четвёркой воинов с нечёсаным громилой Брахтом во главе. С превеликой осторожностью на растянутом за углы полотне они тащили бессознательного Мрая в его покои.
Ош — так звали рыжее недоразумение — коршуном кружил над ними. Лекарь тихо и страшно чертыхался, когда ему казалось, что больного несут не так ласково, как требовалось, и кидал на меня беспокойные взгляды, словно боялся, что психованная ноамат нашинкует всех соломкой за небрежное обращение со своей собственностью.
«Странно, почему нельзя было воспользоваться левитацией», — посетила мою отяжелевшую голову последняя связная мысль сразу после того, как двери за исполнившими свой долг носильщиками закрылись, и я медленно сползла по стене, с досадой отмечая, что проваливаюсь в банальный обморок.
Глава 5
— Очнись, девочка, ты нужна мне.
Пара хлопков по щекам. Не больно, но ощутимо.
Я поморщилась, разлепила веки.
Из-под длинной рыжей чёлки на меня внимательно смотрели бледно-голубые, как у большинства обитателей Подземья, глаза.
— Выпейте, досточтимая, это придаст вам сил, — в губы ткнулся прохладный край глиняной чашки.
Я скривилась, но послушно разомкнула челюсти. В рот полилась горьковатая жидкость, знакомая со времён махтэри. Сейчас, действительно, станет лучше…
Слабость потихоньку отступала, и, опираясь на стену, мне удалось подняться на ноги. Лекарь всё это время стоял на почтительном расстоянии, но, стоило покачнуться, ловко подставил плечо:
— Я помогу, не спешите. Не нужно резких движений. Теневой кокон вытягивает слишком много энергии.
Какой кокон? Ничего не понимаю…
— Где Мрай? — я поспешила отодвинуться: внезапная забота напрягала.
Мельком осмотрела просторную комнату. Лаконичная, но дорогая без вычурности обстановка. Камень, искусно обработанное дерево, шкуры убитых животных, оружие. И конечно, вездесущий синий мох. Не заметила кардинальных различий с традиционными гостиными в замке Нийдав’илла, кроме огромного окна. Оно почти не дарило света, но открывало потрясающий вид на город. Оказывается, мы забрались довольно высоко.
— Не волнуйтесь, стекло зачаровано. Снаружи никто ничего не видит, — пояснил рыжий врачеватель. — Территория гхик`арда неприкосновенна даже для Владыки.
— Но мы здесь.
— Это исключительный случай, — лукавая улыбка и поклон.
Дроу предупредительно распахнул двери в смежное помещение. Им оказалась большая спальня. Увидев того, кто лежал на широкой кровати, я позабыла обо всём.
— Почему вы до сих пор о нём не позаботились?
Бледный, окровавленный, в обрывках походного плаща и повреждённом доспехе, Мрай оставался на том же самом куске грубой ткани, которую использовали, чтобы доставить его сюда.
— Без вашей помощи, досточтимая, это сделать невозможно.
— Послушайте, — поняла, что снова «закипаю», — мне не требуется ваша угодливость. Хватит притворяться! Я наслышана о нравах Вольного Города, — выпалила в хитрую физиономию. — Оставьте свои расшаркивания! Что нужно сделать, чтобы лекарь начал лечить?
Раболепная гримаса пропала, бледно-голубой взгляд оттаял.
— Надеюсь, он понимал, кого за собой тащит, — пробубнил целитель себе под нос и в несколько шагов оказался у постели больного. — Смотрите, — поднёс руку к груди Мрая, и тут же под его ладонью проявилась густая сеть чернильных жгутов, плотно оплетающих фигуру моего далхарта с головы до ног. Мелкие ячейки прошил зеленоватый всполох. Рыжий, болезненно скривившись, отдёрнул кисть и выругался сквозь зубы. — Если во дворе Цитадели нам удалось поднять гхик’арда на руки, чтобы перенести, то сейчас я и дотронуться до него не могу.
— Я… — ошарашенная, подошла ближе, — я не знаю, что это.
Только под моими ладонями нити чистой мглы рассеивались чёрным туманом, ластились к рукам. Но, стоило убрать ладонь, принимали свой прежний вид. Я снова почувствовала слабость.
— Найлих ксукулл, — произнёс лекарь, задумчиво меня разглядывая. — Ведь я не ошибаюсь?