Кейт разворачивается, обводит нас взглядом и, подбоченясь, театрально заявляет:
— Да, конечно! Определенно они мне мешают и что-то замышляют.
— Вы делаете заявление? — спрашивает один из полицейских, доставая блокнот.
— Несомненно. — Кейт быстро подходит к роялю и облокачивается на него. В этом доме инструмент лишь создает антураж, на нем никто не играет. Однажды в детстве я слышала, как Кейт колотила по клавишам, пытаясь исполнить «Вальс-минутку». Тогда мне показалось, что она играла его целый час.
Берни подходит к стражам порядка и кладет руку на плечо самого невысокого из них.
— Дорогой, это всего лишь семейная распря, — говорит она. — Мы обо всем позаботимся. — И искусно разворачивает его к выходу — двое других следуют за ними не оглядываясь. От этих парней не больше пользы, чем от «полицейского» Пита. И он, кстати, гораздо симпатичнее. Мне вдруг хочется, чтобы сработал детектор дыма. Пожарные всегда такие милые!
— Я хочу пить, — говорит Эрика, едва полицейские уходят.
— Кофе? Чай? Молоко? — предлагает Кейт. Ей гораздо больше нравится исполнять роль хозяйки дома, чем заложницы собственных гостей.
— Я не отказалась бы от бокала хорошего шардонне, — заявляет Эрика.
В семь пятнадцать утра? Похоже, мы выбрали неправильный объект для вмешательства.
Кейт возвращается с открытой бутылкой белого вина и четырьмя бокалами для сока — ведь сейчас все же утро. Она наполняет каждый бокал до краев и протягивает их нам. Когда она садится, мы придвигаем стулья и собираемся вокруг нее.
— Мы здесь потому, что любим тебя, — говорит Берни, приступая к делу.
— Беспокоимся о тебе и хотим помочь, — добавляю я с важным видом.
— Итак, давай начнем с того, что ты встречаешься с женатым мужчиной, — говорит Берни.
— Правда? — удивляется Эрика, до сих пор не знавшая всех подробностей. Внезапно ей становится интересно. Она садится, отпивает вина и многозначительно улыбается: — А разве женатые мужчины не самые лучшие? У меня был один. Они такие страстные. Такие внимательные. Заваливают тебя подарками. — Эрика удобнее устраивается на стуле и погружается в воспоминания.
— Мам, и ты? — резко встревает Берни. — Я считала, что у тебя не было никого, кроме отца.
— Это было до того, как я его встретила, — говорит Эрика. — Зачем мне было тебе рассказывать?
— А сейчас зачем сказала?
Я откашливаюсь и предлагаю:
— Мы могли бы обсудить это позже. Но все равно, Эрика, спасибо, что ты поделилась с нами.
— С удовольствием. Я рада, что ты ценишь это, — говорит она, хлопая меня по колену. — Мы можем помочь Кейт, только если будем честны.
Кейт допивает вино и снова наполняет бокал.
— Хорошо, я скажу честно. — Снова повернувшись к хозяйке дома, Берни ухватывает самую суть. — Ты ведешь себя как дура. Оуэн — дерьмо. Я видеть его не могу.
— Но ты никогда не встречалась с ним, — парирует Кейт.
— Никто из твоих друзей не может увидеть его, — говорю я. — Да и ты сама редко его видишь. Оуэн общается с тобой только тогда, когда находит время в своем графике.
— Это замечательно, потому что я сама очень занята, — говорит Кейт.
— Конечно, — продолжаю я, — занята тем, что сидишь и ждешь его на острове Тортола. Ждешь его звонка. Ждешь, пока он представит тебя Билли Кристалу. И в этом доме ты тоже ждешь, когда он заскочит, чтобы по-быстрому заняться сексом.
Берни говорила, что, если мы хотим образумить Кейт, нужно проводить наступательную политику, но, похоже, я зашла слишком далеко. В комнате воцаряется тишина. И Эрика решает заполнить паузу.
— В этом нет ничего плохого, — весело говорит она. — Иногда по утрам, когда Дуг хочет, а я нет, я просто прошу его продолжать. И знаете что? После этого мы оба целый день лучше себя чувствуем.
Берни с ужасом смотрит на мать.
— Дуг? — спрашивает она.
Эрика улыбается:
— Дорогая, я очень любила твоего отца. Но его уже пять лет нет с нами. Он хотел бы, чтобы я была счастлива, как считаешь?
— Нет, — говорит Берни.
— Ты ошибаешься. Секс был очень важен для нас обоих. И я узнала, что быстрый секс сегодня поможет мужчине быть терпеливым и любящим завтра.
Мы все смотрим на Эрику. Приятно знать, что и в шестьдесят четыре у нее все в порядке с сексуальной жизнью. Решаю пригласить ее на ленч на следующей неделе. Кто знал, что храбрая Эрика Дэвис — настоящая доктор Рут[16]?
— Хорошо. — Берни снова обращается к Кейт. — Мы остановились на том, что Оуэн — дерьмо. И портит твою жизнь. Ты проводишь слишком много времени в ожидании. А моя мать — распутная женщина.
16
Вестхаймер, Рут — доктор гуманитарных наук, популярный сексопатолог, ведущая теле- и радиопередач, автор множества книг.