Тут эстафетную палочку обработки несговорчивого Джерри Квота подхватил Бастер Рот:
– Можете мне поверить: я еще никогда так не гордился ни одним из своих парней, как в тот раз, когда Джоджо пришел ко мне и сказал, что хочет записаться на этот курс – «Век Сократа». – Бастер Рот улыбнулся и покивал головой, словно на него действительно нахлынули столь трогательные и дорогие его сердцу воспоминания. – Я хотел было даже его отговорить… нет, мне хотелось убедиться, что парень понимает, в какое… во что… в общем, осознает ли он всю серьезность принятого решения. Я так и спросил: «Джоджо, а ты хоть один курс из трехсотых прослушал?» Он сказал, что нет, тогда я и говорю: «Ты учти, это ведь продвинутый курс, так что дело серьезное. Там никто не будет ждать, пока ты въедешь». И знаете, что Джоджо мне ответил? Никогда этого не забуду. «Видите ли, – говорит, – я понимаю, что рискую – может быть, я даже не смогу сдать этот курс. Но мне давно пора взяться за ум и начать учиться по-настоящему. Мне самому пора рискнуть выйти на более высокий уровень. Наше понимание окружающего мира, – как-то так он выразился, – все основано на античной философии, на трудах Сократа, Платона и Аристотеля, и вот почему я хочу начать именно с этого». А потом мой парень выдал мне целую лекцию про Пифагора: тот, мол, не только в математике хорошо шарил, но и в философию въезжал – дай Бог каждому. В общем, не последний был человек из античных мыслителей. Я стою, слушаю и ушам своим не верю. В жизни бы не подумал, что этот парень вообще слышал про Пифагора, а не то чтобы интересоваться его вкладом в мировую философию. Как я тогда им гордился. Вот тот студент, о котором преподаватель может только мечтать. Я знаю, что народ всегда требует panem et circenses,[31] ему нужны соревнования и все такое…
Panem et circenses? Ректор не верил собственным ушам. Вот это да! Бастер Рот цитирует латинские афоризмы! Интересно, это экспромт или заранее продуманный ход?
– …Но я все же считаю себя в первую очередь преподавателем, а тренером по баскетболу – только во вторую. Понимаете? Я хочу воспитать гармонично развитых людей. Я сам руководствуюсь изречением Сократа: «Mens sana in corpore sano» – в здоровом теле здоровый дух, но ведь многие, увы, забывают…
«Твою мать, Бастер, – подумал ректор, – ну кто тебя за язык-то тянет? Сократ по-латыни, как выражаются твои «гармонично развитые», нихт ферштейн. Надо же – сам зарубил свой же успех. Замолчал бы вовремя – глядишь, сошел бы за умного. И потом, не надо было для Джерри Квота переводить выражение «mens sana in corpore sano».
– …Что это и есть тот идеал, к которому нужно стремиться. Для любого педагога большая удача, если сможешь хоть немного приблизиться к этой заветной цели. Можете себе представить, как я был счастлив, когда ко мне пришел Джоджо – парень, которого, прямо скажем, я считал простоватым и недалеким, ну, из тех, кого за глаза даже называют болванами, – и вот он приходит ко мне и говорит, что раз уж судьба дала ему шанс оказаться в таком великом университете, как Дьюпонт, то было бы непростительной глупостью упустить шанс стать действительно гармонично развитой личностью.
Ректор внимательно следил за выражением лица Джерри Квота, пытаясь угадать, какова будет его реакция на экзерсисы Бастера Рота в области античной философии. По правде говоря, он ожидал худшего, но, судя по всему, Квот, по крайней мере, заинтересовался Бастером Ротом и смотрел на того изучающе. Нет, он не выглядел человеком, которого удалось в чем-то убедить, но и не смотрел типичным саркастическим взглядом Джерри Квота мимо собеседника, куда-то в потолок или в окно, и не пытался дать окружающим понять, что просто смиренно ждет, пока сам собой иссякнет и заткнется этот фонтан глупости, которую ему приходится выслушивать. Похоже, профессор решал для себя (ректору оставалось только надеяться), есть ли в этом куске мяса, наряженном в лиловый блейзер с золотым дьюпонтским гербом, то самое серое вещество, которое делает человека человеком.
– Я в жизни еще никогда так не гордился никем из моих ребят, – не унимался Бастер Рот. – И ведь Джоджо все решил для себя сам. Одно дело – рискнуть на площадке. К этому Джоджо давно привык. Он из тех, кто в критической ситуации ведет себя совершенно непредсказуемо, и это одно из лучших его качеств. Но баскетбол – совсем другое дело, на площадке Джоджо чувствует себя как рыба в воде. А рискнуть окунуться совсем в другой мир, где ты заведомо не будешь в числе лучших, – это достойно всяческого уважения.