— Да, Том. Вы уже видели?
— Видел, — подтвердил Том Констебл.
Билл не знал, где в тот момент находится Том: в Вайоминге, Атланте или даже в Китае; Том не мог усидеть на месте. Черт побери, может, он вообще на «Бернинг-три», у десятой или двенадцатой лунки?
— Вы довольны?
— Сама информация мне понравилась. Но вот в ее подаче оказалось больше сочувствия, чем я полагал.
— Судя по всему, Банджакс лично познакомился с Мемфисом и тот ему понравился. Мемфис вообще всем нравится. Даже мне.
— Не сомневаюсь, мне бы он тоже понравился, — проворчал Констебл. — Дело не в этом. Дело в том, что Мемфис стоит на дороге и его необходимо убрать. Все остальное не важно. Скажи мне то, что я хочу услышать. Мемфиса больше нет. Его место занял какой-то послушный заместитель, который в самое ближайшее время выдаст отчет. Я просто не представляю, как после всего этого дерьма Мемфиса могут оставить в команде.
— Ни о каких перестановках речи пока не идет, но еще слишком рано. Обязательно последует период, когда видимость сократится до нуля. Все станет непроницаемым. Со стороны будет казаться, что ничего не происходит. На самом деле сейчас все пытаются осмыслить тот факт, что игра стала другой, разобраться в ситуации, понять, где теперь сила, у кого импульс. На это требуется время. Только потом настанет пора действовать.
— Ты прав. Но если бы я так вел свои дела, то сейчас был бы нищим.
— Вот почему, Том, я всегда советовал вам держаться подальше от Вашингтона. У вас слишком бурный темперамент, и здесь вы лишь заработаете себе язву. Вы платите мне за то, чтобы вместо вас язву зарабатывал я.
— И если не ошибаюсь, Билл, плачу я тебе чертовски щедро. Итак, материал вышел, Бюро отсиживается за запертыми дверями, давление со стороны средств массовой информации нарастает, все застыли в напряжении. Белый дом пока молчит?
— Молчит, но Джек Райдингс прессует председателя Конгресса, чтобы тот пригрозил устроить слушания. Поверьте, ФБР не хочет отправляться на Капитолийский холм и ворошить свое грязное белье. Оно мечтает поскорее обо всем забыть.
— Неужели никто не понимает, что нужно сделать? Вышвырнуть Мемфиса, выдать отчет, объявить о закрытии дела, и все будет в полном порядке. И больше никаких книг о бедной Джоан, никакого дерьма обо мне в Интернете. Ты видел последнюю утку? Якобы у Джоан имелись фотографии, на которых я в боа из перьев плясал с Дж. Эдгаром. На них мы напоминаем Алису Токлас и Гертруду Стайн.[39] И я убил Джоан с целью получить негативы.
— Том, вас многие ненавидят. И вам это известно. Нет смысла обращать внимание на существование этих людей. Они будут только рады, если вы подадите на них в суд.
— Ну хорошо, хорошо. Просто следи, Билл, чтобы ситуацию не спустили на тормозах. Жми на Джека, жми на Бюро и держи меня в курсе. Я хочу знать, что у вас происходит. Это проклятое дело должно быть закрыто.
— Я все понял, Том.
— Да, кстати, — добавил Том, — что касается седьмой лунки, ты напрасно пытался загнать мяч с хода.
Глава 23
Надо отдать должное чикагской полиции: дело свое она знала. За четыре часа, прошедшие с момента обнаружения тел Стронга и Рейли до появления на сцене ФБР, не как советника, а как головного ведомства, убежденного, что наемный убийца пересек границы штатов (хотя впоследствии и выяснилось, что это не так), и до образования оперативной группы «Снайпер», шло своим чередом обычное расследование. Поскольку Стронг и Рейли были известными личностями и обстоятельства их гибели представлялись достаточно странными, дело было первоочередным, и две бригады следователей целый день опрашивали свидетелей и знакомых, проверяя стандартную теорию о том, что причины убийства нужно искать в поведении жертвы, а не в каком-то общенациональном заговоре.
Следователи общались с соседями, коллегами по работе, журналистами (а Джек пользовался у прессы любовью, всегда готовый выдать острую фразу, от которой у читателей вскипает кровь) и так далее. Эту кампанию официально прекратили около трех часов дня, и следователи доложили о своих результатах ФБР. Однако Бюро не заинтересовалось их находками и поручило заниматься описанием места преступления и другими бюрократическими задачами, обязательными при федеральном расследовании. У ФБР уже имелся подозреваемый, хотя и чисто теоретический, и в местных следователях не было никакой нужды.
39
Стайн Гертруда (1874–1946) — американская писательница, поэтесса, драматург, виднейший теоретик модернизма. Алиса Токлас — ее подруга и сожительница, выведенная в одном из ее произведений.