Мы расстались на тротуаре. Погода стояла хорошая (ну, насколько это возможно).
Я обернулась посмотреть, как его сгорбленный силуэт выпрямится и широкими шагами удалится прочь.
Я знала, куда он идёт.
Я же сбежала к Джамалю.
И пришла раньше.
Дверь открыла его тётя. У неё изо рта торчал мундштук, а одежда была настолько блестящей, что тётя вполне могла бы войти в актёрский состав «Ослиной шкуры»[7] в роли принцессы в платье цвета солнца. Также на ней была бриллиантовая диадема.
— Добрый вечер, дорогуша! — произнесла она, поймав на себе мой недоуменный взгляд. — Диадему мне одолжил один друг-ювелир, ему нравится, когда я красивая.
У меня пропал дар речи.
— Привет, Дебо!
Джамаль показался в коридоре, и я сразу догадалась по его довольной роже, что он только что покормил Гертруду и её подружек. Он-то был в дырявых джинсах и жёлтой футболке — тоже солнечной.
Джамаль потащил меня в гостиную.
— Адель собиралась приехать на эти выходные, — прошептал он, наклонившись ко мне.
Я побледнела.
— Но ей родители не разрешили. Слишком много поездок.
— Бедняжка…
Джамаль прикусил губу, чтобы не рассмеяться от моего сарказма, — когда он так делает, под натянутой кожей проступают огромные клыки.
— Кстати, на прошлых выходных я привёз шоколад!
Он ездил в Женеву с тётей.
Открыв килограммовую коробку, мы быстро её приговорили, облизывая пальцы. Джамаль рассказывал мне о походах к швейцарским антикварам.
— И знаешь что? Чёрная икра — это мерзко. Похожа на крупную соль.
— Я ушла, дарлинг, хорошего вечера! — послышался из прихожей низкий голос Лейлы.
— Ага!
Джамаль закатил глаза.
— Окей, дарлинг, это всё интересно, но от шоко лада у меня разыгрался аппетит. Что будем есть? — прозаично поинтересовалась я.
— Пиццу?
Виктор пришёл через полчаса и…
— У тебя снег в волосах! Там снег идёт?
Я подбежала к окну.
— СНЕГ ИДЁТ!
Широко распахнув окно, я высунула голову наружу.
— Мва-ха-ха-ха-ха! Снег идёт!
— Она больная, — заметил Джамаль тоном учёного, который наблюдает за подопытным.
— Безнадёжно, — согласился Виктор.
— Вы ослепли или что? Снег идёт!
— Так, иди сюда, ты в одном свитере!
Джамаль обвил меня руками и затащил внутрь.
Я отбивалась.
— Нет! Дай мне посмотреть на снег! Я-то не провела две недели на лыжном курорте, для меня это первый снег в году!
— Ты подхватишь смерть!
— Смерть нельзя подхватить! Она сама приходит.
Виктор тоже подскочил к нам, схватил меня и потащил: я чувствовала его мускулы, давящие мне на плечи, его парфюм.
— Вы просто старпёры.
Мне хотелось уткнуться носом в его шею.
Джамаль отпустил меня.
Но не Виктор.
Он перевернул меня, я вскрикнула и оказалась у него на руках: он нёс меня, как принцессу.
Я смеялась, отбивалась — конечно, слабо, но как могла, — а он прижимал меня всё сильнее. Я уже не знала, куда смотреть, стараясь избегать его глаз, но в то же время мне хотелось воспользоваться моментом, обвить руками его шею, дотянуться до его губ…
Приди в себя, Дебора, иди на свет!
Виктор положил меня на диван, и я принялась изображать, что поправляю свитер — тупейший жест.
— Ты плохо побрился, смотри, у тебя пушистый катышек на подбородке.
Вот тебе за помаду на зубах.
Нахмурившись, он пощупал лицо.
— Ну у него хотя бы борода растёт! — воскликнул Джамаль.
— Ты другого поля ягода! — ответила я.
— Это ещё что значит?
— Что у тебя на щеках три волосинки бьются за место под солнцем.
В дверь позвонили.
— Пицца! Сразу предупреждаю: я не заказал тирамису. Пришлось сменить службу доставки. Прошлая отказалась ко мне ездить. Думаю, побег Гертруды предали огласке.
К пицце шло пиво.
Слушая электронную музыку, я в общих чертах рассказала об уроке с Думаком, и мы разработали план, как разоблачить историю с париком.
— Нам понадобится удочка, — предложил Джамаль.
— Ты собираешься выловить его парик прямо посреди класса, как рыбу в море?
— Конечно, нет! Я же не дурак! Но если подучит ся забросить крючок во двор…
— Не очень-то вежливо.
Они оба повернулись ко мне.
— У него изо рта воняет протухшим мясом, кожа блестит от пота, щёки в пятнах, плохо сделанный парик, который за километр видно, но Думак помогает мне. Он жертвует час в месяц, чтобы я не облажалась. Мне не хочется его унижать.
Тишина.
7
«Ослиная шкура» (1970) — популярный французский фильм по мотивам сказок Шарля Перро, известный своей карнавальной атмосферой. —