Иногда старик колдун отвечал: «Ты не послушал меня, ночью спал с женщиной, вот хекура и ушли. И хорошо сделали». Тут уж юноша начинал плакать. Потом приходили еще два-три старых колдуна, брали эпену, вдыхали ее юноше в ноздри и говорили: «Зови их громче. А мы тоже будем звать хекура, чтобы они вернулись к тебе». Они пели: «Хапо хе, хапо хе, хапо хе». Хекура отвечали: «Нет, мы не вернемся, он грязный, никчемный человек». Тогда старики говорили: «Больше звать бесполезно. Хекура навсегда ушли от тебя».
ЯГУАР
Тем временем патаманибуэтери, которые вместе с саматари пошли войной на хекураветари, чтобы похитить их женщин, решили вернуться в свое шапуно. Возвращались они недовольные, потому что им удалось захватить всего одну женщину. После их ухода Рохариве сказал: «Лучше и нам уйти, часть шапуно опустела. А когда так бывает, приходят болезни и горе, налетают хекура и уносят детей»[20].
На следующий день Погекомематери, отец Рохариве, который распоряжался всем в отсутствие сына, спросил у него: «Слышал я, будто ты хочешь уйти из шапуно. Куда же ты держишь путь?» «На свою маленькую плантацию,— отвечал Рохариве.— Хочу выжечь лес, чтобы она стала больше». «Я не пойду с тобой,— сказал старик.— Хочу сходить за муму[21]. Мне сказали, что его много и что плоды почти созрели. Когда они начнут падать с веток, я тебя извещу. А ты не уходи далеко от плантации».
Вместе с Рохариве, его братом Сибарариве (сибара означает «нож»), с другими четырьмя мужчинами и множеством женщин я отправилась на плантацию. У вождя Рохариве было четыре жены: первая — саматари, вторая — арамамисетери, третья — караветари, захваченная в походе, и, наконец, красивая караветари, которую Рохариве увел вместе со мной во время последнего набега. Отправилась и Хохотами, у мужа которой была плантация неподалеку от плантации тушауа. Я была вместе с дядей тушауа, его женой, младшей дочерью, тремя его малышами и двумя старшими дочками. Мы шли весь день, подымались в гору, спускались. Плантация тушауа была на противоположном берегу реки. Там росло много бананов четырех различных видов. Жена тушауа сказала: «Длинных бананов еще нет, соберем пока те, которые почти созрели». Она собрала большую связку и половину бананов дала нести мне, а другую половину — одной из дочерей. Еще на плантации росло много ухины — растения с широкими мясистыми листьями. Индейцы варят на огне корни ухины, похожие на большие картофелины. Жена тушауа рассказала мне: «Прежде ухину ели юрупури (черви), которые в те времена были людьми. Это юрупури научили яноама сажать ухину и срезать корни. Теперь, когда черви поедают корни ухины, индейцы говорят, что это прежние хозяева пришли полакомиться своей любимой едой».
Мы пробыли на поле несколько дней. «Верно, Большая река очень далеко отсюда»,— подумала я. Нас окружали одни лишь скалы. В лесу пели какие-то диковинные птицы. Ночью со всех сторон доносился свист маленьких тезирорума. Это были не птицы, а лесные духи. Индейцы не боятся птиц, но свист тезирорума нагоняет на них страх.
Несколько дней спустя отец тушауа Рохариве прислал гонца. Тот передал, что муму созрела и что река стала красной от плодов. Одна из жен тушауа сказала: «Я пойду, я очень люблю есть муму вместе с мясом броненосца». Вернулся Рохариве и сказал жене: «Ты иди, а я останусь. Я еще не посадил всех бананов и к тому же должен выжечь еще один участок леса». Я тоже осталась. Когда другие отправлялись работать в поле, я присматривала за детьми. Детей было шестеро.
Три дня спустя мы тоже отправились за муму. Когда индейцы хотят сохранить надолго плоды муму, они сначала высушивают их над костром, а потом хранят в сухих пещерах на деревянных решетках. Когда же они хотят съесть муму сразу, то кладут плоды в воду. Но перед этим, чтобы выгнать из плодов яд, их недолго кипятят в горячей воде. Муму едят с мясом броненосца, крокодила и птиц. Каждый плод нарезают на мелкие дольки примитивным ножом, сделанным из нижней части панциря черепахи. Те индейцы, у которых нет глиняных горшков, используют кору деревьев. В ней они готовят на больших праздниках банановую кашу. Обычно плоды муму варят мужчины, потому что женщины часто отвлекаются и болтают, и кора может сгореть. А мужчины внимательны и молчаливы. Перед тем как варить плоды муму, с них счищают твердую кожу. Когда вода закипает, мужчина-повар палочкой начинает перемешивать муму, чтобы верхние плоды тоже стали мягкими. Мягкие плоды индейцы вымачивают в проточной воде, чтобы из них вышел остаток яда. Во время праздников индейцы едят банановую кашу — мингау, приготовленную в глиняных горшках. Вдовы, у которых нет таких горшков, используют для готовки маленькие куски коры.
20
Поре — дух — хозяин луны, которая представляется яноама в виде большой круглой малоки, куда уходят души людей после их смерти