Явления

[76] Величиною своей и тем блеском, с которым сияет,
140 Сходна она со звездой, что в хвосте у Медведицы Большей.
Там и другая видна и другие виднеются рядом
звезды еще, но, увидев, едва ли их выделишь вместе.
Сколь велика из них, столь же красива звезда, что несется
спереди лап ее, сбоку у бедер еще, у предплечий другая,
145 третья у голеней задних — их ниже. Все вместе, однако,
движутся врозь, по одной, безымянными в небе оставшись.[77]
Под головой же ее — Близнецы, а под грудью поодаль —
Рак, еще дальше, под задними лапами — Лев ярко светит.
Здесь-то во Льве каждым летом стезей своей следует Солнце,[78]
150 Опустевают поля от колосьев, зерном отягченных, —[79]
сразу же, только лишь Солнце с созвездием Львиным сойдется.[80]
После того ежегодные ветры шуметь начинают,[81]
море штурмуя все разом. Не благоприятствует веслам
эта пора. Предпочел бы тогда я корабль покрепче
155 и чтобы кормчий держал рулевое весло лишь по ветру!
Если Возничего хочешь найти и Возничего звезды
видеть угодно тебе, если слышал уже о Козе ты
и о Козлятах ее — ведь во мраке над морем зыбучим
часто взирают они на людей, что по волнам носимы, —
160 в полном величье его ты найдешь, наклоненного слева
от Близнецов. А напротив — главою к Возничему кружит
Гелика. Сверху на левом плече у Возничего мчится,
чтимая нами священной, Коза, воскормившая Зевса:
Зевсовой воли жрецы называют ее Оленийской.[82]
165 Сильно и чисто сияет она, но Козлята заметны
Плохо нам, светятся тускло они у него на ладони.
Рядом с Возничим, у ног, по рогатой главе различаем
в яром порыве Тельца. Обозначен он очень похоже,
лучше ж всего узнается его голова: даже вряд ли
170 можно добавить еще хоть звезду, чтобы голову бычью
выразит четче тех звезд, что кружатся в ее очертаньях.
Упоминают их часто, поэтому не неизвестно
также и имя Гиад — эти звезды разбросаны рядом[83]
между глазами Тельца. В острие его левого рога
175 та же звезда, что на правой ступне у Возничего светит,
сразу к созвездиям двум относясь — те ведь вместе несутся.
Впрочем, Телец постоянно Возничего опережает,
раньше его заходя, хотя всходят они неразлучно.
Так же и род злополучный Кефея, Иасова сына,[84]
180 непозабытым пребудет, останется он во языцах:
на небе их имена, ибо были близки они Зевсу.
Сам же Кефей позади за Медведицей Меньшей кружится —
за Киносурою. Будто он обе руки простирает.
От окончанья хвоста Киносуры к ногам двум Кефея,
185 как меж стопами его — одинаковое расстоянье.[85]
А от Кефея поодаль, у пояса, сможешь увидеть,
как, повернувшись главою, огромный Дракон изогнулся.
Светит с другой стороны от Кефея, неясно виднеясь
ночью при полной Луне, богоравная Кассиопея:
190 ибо созвездие не велико и не многие звезды,
попеременно блестя, выявляют ее очертанья.[86]
Как бы две створки двери, что закрытыми были вовнутрь,
скинув запоры ключом, от себя оттолкнув, открывают —
располагаются звезды, одна от другой в отдаленьи
195 видные взору.[87] Так руки от слабых плечей своих тянет
Кассиопея, что скажешь: горюет она о ребенке.
Здесь же и кружит под ней Андромеды несчастной созвездье.
Больших размеров оно. Так что, думаю, лишь оглядевшись,
ночью любой его сразу узнаешь ты на небосклоне:
200 сколь голова Андромеды означена ярка, настолько ж
плечи — одно и другое, и стопы ее, и одежда.
Между тем руки ее распростерты, прикованы крепко
обе к небесному своду они — даже там Андромеде
в узах распятой вседневно кружить уготована участь.
205 А головы Андромеды касается Конь небывалый[88]
поверху брюхом своим. И сверкает звезда, единя их,
на животе у Коня и на темени у Андромеды.[89]
Кружат еще три звезды на боку у Коня и в предплечье,
и между ними лежит расстояние в плетры длиною,[90] —
210 ярки и крупны они.[91] Но глава нам не видится ясно.
Шея, хотя и длинна, незаметна почти. А вот с краю
челюсти светит звезда, что могла бы поспорить и с теми
звездами, кои Коня своим блеском явили на небе.
Всех его ног мы не видим — передние две лишь, поскольку
215 до середины означенный движется Конь тот священный.[92]
Именно он, говорят, и открыл в высоте Геликона
чистой воды животворный родник, называемый Конским.

76

ст. 138. Этот стих, как считает большинство издателей текста поэмы, не принадлежит Арату и является поздней вставкой в текст. Главный аргумент в пользу этого мнения — отсутствие этой строки во всех латинских переводах. В настоящее время «Виноградарь» — ε-Девы.

77

ст. 146. Схолиаст отождествляет эти безымянные звезды с созвездием «Волосы Береники», что представляется неверным: расположение их иное, к тому же Волосы Береники — созвездие очень слабых звезд (а — звезда пятой величины). Катулл, описывая вослед Каллимаху открытое в 247 г. до н. э. астрономом Кононом созвездие «Волосы Береники» (66), располагает его между созвездием Льва и созвездием Девы (ст. 65: «Ныне свирепого Льва сияньем касаюсь и Девы», пер. С. В. Шервинского). Описанные Аратом звезды в большей степени соответствуют расположению выделенного в конце XVII в. Яном Гевелием созвездия «Гончие псы» (Canes Venatici), кульминирующего в начале мая. Ярчайшая звезда этого созвездия — «Сердце Карла», названная в память казненного английского короля Карла I.

78

ст. 149. См., например, у Марциала (Эпиграммы. IV: 60).

79

ст. 150. Ср.: Вергилий, Георгики. I. 297-298.

80

ст. 151. Солнце входит в зодиакальный знак Льва 23 июля. Для современников Арата это время — пора жатвы.

81

ст. 152. «Ежегодные» (έτησίαι) — пассатные ветры, дующие с северо-востока.

82

ст. 164. Имеется в виду коза Амальфея. Оленийская означает либо «ручная» (ώλένη), т. е. находящаяся у руки Возницы, либо «происходящая из Олении» в Ахайе (Страбон. VIII, 7, 5), либо «дочь Оления» — сына Калидонского царя Ойнея (Аполлодор. Миф. библ. I, 8, 5). Ср.: Овидий. Фасты V. 113; Метаморфозы. III, 594. «Зевсовой воли жрецы», возможно, это — селлы, о которых сообщает Гомер (Илиада. XVI, 234-235): «пророки <...>, кои не моют ног и спят на земле обнаженной» (пер. Н. И. Гнедича).

83

ст. 172—173. В античности существовало несколько мнений относительно названия Гиад, которое этимологически связывали либо 1) с глаголом ύειν — «дождить» (объясняя его тем, что с восхождением Гиад начинаются дожди), либо 2) с существ. ύίδιον — поросенок (латинское название Гиад тоже «поросята» — suculae. Цицерон считал этот перевод результатом необразованности: О природе богов. II. 111), либо 3) с именем Гиаса (сына Атланта и океаниды Плейоны), которому Гиады приходились то ли сестрами, то ли дочерьми (Гигин. Астр. II. 21. 2-3). Артемидор пишет, что имя Гиадам дал Зевс, назвав так нимф, вскормивших Диониса (Миф. III. 4. 3).

84

ст. 179. Созвездие Цефея связано с мифом о Кефее, царе Эфиопии, муже Кассиопеи и отце Андромеды, спасенной Персеем. Схолиаст полагал, что, называя Кефея Иасовым сыном, Арат имеет в виду род, восходящий к Ио. Некоторые античные авторы называют ее отцом Иаса — сына Аргоса и Исмены (Аполлодор. Миф. библ. II. 1. 3; Павсаний. II. 16. 1; схолии к Еврип. Орестее. 932). «Злополучие» Кефея связано с историями Кассиопеи и Андромеды (развитие темы в ст.: 195-196, 203, 658, 704).

85

ст. 185. Гиппарх говорит (I. 2. 12), что это утверждение Евдокса, повторенное Аратом, неверно, так как расстояние между стопами Цефея меньше, чем расстояние от любой из них до хвоста Киносуры.

86

ст. 191. Блеск ряда звезд Кассиопеи подвержен неправильным и иногда резким изменениям. Бывают периоды, когда γ-Кассиопея становится звездой 1^m, 6, и в периоды минимума блеска она не ярче звезд 3^m. У р-Кассиопеи (блеск ~ 4^m) иногда наступают не вспышки, а, наоборот, спады блеска до 6^m, 2 и тогда р-Кассиопея становится недоступной для невооруженного глаза (Зигель Ф. Ю. Сокровища звездного неба. Μ., 1987. С. 80).

87

ст. 192—195. Очертания созвездия Кассиопеи напоминает W. Необычное описание Аратом конфигурации созвездия предполагает ее сравнение с устройством замка в античных дверях. Описание таких дверей есть у Гомера (Илиада. XII. 454-456). Изнутри двери запирались щеколдой с двумя поперечными крюками, которые при открытии отталкивались в две противоположные стороны, образуя в этом положении фигуру, сравниваемую Аратом с созвездием. Возможно, впрочем, что речь идет просто о «виде сверху» на открываемые двустворчатые двери (W). Во всяком случае, не очень, по-видимому, удовлетворенный своим сравнением, Арат дублирует его образом раскинувшей руки Кассиопеи. Далее Арат сравнит заходящую Кассиопею с ныряльщиком (ст. 656).

88

ст. 205. Конь — созвездие Пегаса (Pegasus).

89

ст. 206—207. Звезда а Андромеды ныне в созвездии Пегаса не включается, но до сих пор называется Альферац (араб.: Аль Суррат аль Фарас), т. е. «пуп коня».

90

ст. 209. Плетр — мера длины, равная ¹/₆ стадия (1 стадий — 174,6 м). У Арата — в неопределенном значении большого расстояния.

91

ст. 210. Вышеупомянутая «общая» звезда плюс эти три звезды получили у астрономов название «Большой квадрат».

92

ст. 215. Арат связывает название созвездия Коня (впоследствии — Пегаса) с мифом о происхождении источника Геликон (букв. «Конский источник») в Беотии. Тот же миф упоминает Павсаний (IX. 31. 3). У Гесиода (Теог. 272-285) излагается другая версия мифа, объясняющего происхождение созвездия Пегаса. Это крылатый конь, родившийся из убитой Персеем Медузы Горгоны и получивший имя Пегас из-за места рождения — у истока Океана (πηγή — исток). Этой же версии придерживается Пиндар (Олимп. 13), контаминирующий ее с гомеровским сюжетом о Беллерофонте (Илиада VI. 155-266). Укротив Коня, Беллерофонт сражается на нем против амазонок, ликийских дикарей Солимов и чудовищной Химеры. Гигин, комментирующий Арата, дополняет последний сюжет экзотическими подробностями: победив Химеру, Беллерофонт устремляется на Пегасе на небо, но, почти уже достигнув цели, посмотрел вниз и упал на землю. Конь же продолжил полет ввысь и стал созвездием (Гигин. Астр. II. 18. 1). Пастухи, которые «первыми прославили Конский источник», упоминаются Аратом, может быть, не случайно — дидактика «Явлений» в общем виде сориентирована на поэтический образ морехода и земледельца.