Константин развернул газету и прочитал заголовок.
— «Маленькая газета» — ежедневная газета честных и трудовых людей. Прием: шляйся, кому не лень, с 6 часов вечера до 11 ночи…». Что это за бред? — в недоумении пожал плечами Константин. — Это ж какая-то галиматья?.. Вы, поручик, говорите про эту вот заметку «Зверь — и то на большевиков?»…
— Да-да, именно, — подтвердил француз. — Прочитайте.
Константин начал громко читать:
«Чиновник Министерства финансов Азербайджанского правительства рассказывает в кубанской газете «Свободная речь», что он лично видел при английском отряде в Баку обезьян-пулеметчиков*.
Все обезьяны из породы орангутангов. Они прекрасные воины, отлично справляются со своим делом, исполнительны и точны. Совершенно свободно разгуливают они изредка по улицам города, одетые в коротенькие черные юбочки и маленькие черные шапочки. Ни обуви, ни каких-либо принадлежностей туалета эти волосатые воины не признают, зато очень большие лакомки и особенно любят орехи. Иногда около уличных лавочек прохожие развлекаются оригинальной сценкой — покупки обезьяной лакомства.
Четырехногий покупатель запускает одну из своих рук (переднюю или заднюю) в корзину с орехами и захватывает полную пригоршню. Перс-торговец набрасывается на него с бранью, угрожающе замахиваясь палкой. Тогда орангутанг вытаскивает из кармана юбочки серебряную монету, которую и бросает лавочнику.
Иногда такая процедура проделывается несколько раз подряд, пока карманы волосатого пулеметчика не наполнятся.
Когда будет потеплее, их повезут в Астрахань, а может быть, и на наш фронт»[10].
— Хе-хе! — добродушно рассмеялся старик Крупянников. — Газетная шутка. Сказочка.
На столе стояло несколько бутылок вина. Константин частенько наливал себе и пил.
Видя, как жена его преуспевает в обществе, заводит широкие знакомства с видными лицами, Константин немало дивился таким ее способностям. Это льстило его самолюбию. Но в то же время червь ревности точил его сердце.
Разве можно оставаться равнодушным, видя, как фамильярно они ведут себя с его женой, лобызают беспрестанно ее руки, шепчут ей что-то, видимо, непристойности.
«Сволочи! — с озлоблением глядя на гостей, думал Константин. — Как ужи увиваются. И этот старый хрен туда же, — глянул он на Крупянникова, с увлечением что-то рассказывающего Вере. — Дряни! Вот только один, кажется, порядочный человек, — обратил он внимание на скромно сидевшего в углу молодого английского лейтенанта Гулдена. — Один он, пожалуй, не обращает внимания на Веру…»
Константин, почувствовав расположение к этому англичанину, взял со стола бутылку вина, подошел к нему.
— Я хочу с вами, лейтенант, выпить, — сказал он ему по-английски.
— О, благодарю вас, полковник! — воскликнул молодой офицер, поднимаясь.
Попивая вино с лейтенантом, Константин разговорился с ним. Молодой англичанин, польщенный вниманием русского полковника, с юношеской откровенностью рассказал о себе. Он недавно окончил офицерскую школу и вот, впервые выехав из Лондона, попал на Дон.
— Еще воевать придется с большевиками, — поощрительно похлопал его по плечу Константин. — Надеюсь, вы их ненавидите, как и мы?
— Кого?
— Да большевиков.
— А я не знаю, кто это — большевики, — пожал плечами юноша. — Чего они добиваются, тоже не знаю…
Константин уже намеревался прочитать ему целую лекцию о большевиках, но в это время к нему подошел Брэйнард.
— Я очень рад, что с вами познакомился, полковник, — сказал он, пожимая руку Константину. — Очень рад…
— Я тоже рад познакомиться, — сухо произнес Константин.
— Мне Вера Сергеевна сказала о вашем желании устроиться здесь, в Новочеркасске…
— Да… — замялся Константин. — Хотелось бы… Знаете ли, болен… здоровье неважное…
— О! Я очень вас понимаю, — дружелюбно закивал головой Брэйнард. — Не поймите это, пожалуйста, как вмешательство в ваши личные дела, но, если не будете возражать, я могу помочь вам… Я поговорю с генералом Красновым…
— Я вам буду признателен, — приложил руку к сердцу Константин. Заранее благодарю.
— О, ничего не стоит! — снисходительно похлопал его по плечу Брэйнард. — Я вам все сделаю…
Через несколько дней из атаманского дворца Константину принесли приглашение вступить в обязанности адъютанта войскового атамана.
«Черт побрал! — изумился Константин. — А ведь в самом деле иностранец-то этот влиятельный».
И он подумал, что в иных случаях, когда это полезно для дела, можно и сквозь пальцы посмотреть на поведение своей жены.