Тут Шевченко раскрывает один лишь из аспектов своего образования – скажем так, приземлённый. А ведь кроме сопромата, светотехники и тому подобного изучать приходилось и дисциплины совершенно иного плана. Вот как рассказывает о том профессор Некрасов:
Архитектурный институт даёт широкое общее образование, кроме тех знаний, как начертить здание или как оно устроено. Были, в частности, лекции по истории архитектуры, по организации и устройству городов, которые давали представление об устройстве мира в целом. Лекции эти читались хорошо, интересно и на протяжении длительного времени. Не то только, каковы эти города сейчас, а как они возникали, складывались, развивались… У нас была большая информация о том, как строились города в России и как они строились в Западной Европе, в Северной Америке. Мы были хорошо ориентированы в географии и в пространстве: знали, как устроены Париж, Лондон, Нью-Йорк и другие мировые столицы, много читали на эту тему. На экзаменах студенты должны были объяснять или рисовать схемы разных градостроительных устройств, других городов. Всё было очень полезно… А в результате, когда я куда-то ездил, то понимал сразу, где что находится, хотя и приехал туда в первый раз.
Нет смысла объяснять, что подобное миропонимание очень помогало Юрию Анатольевичу в его будущей профессиональной деятельности – уже не архитекторской. Нередко мы видим приезжих, бестолково тыкающихся в разные стороны незнакомого города, не без труда объясняющих сердобольным прохожим (несердобольные их просто не слушают и не замечают, торопливо проходят мимо), куда именно им нужно попасть. Понятно, что для разведчика подобное поведение недопустимо даже в самом чужом и чуждом для него иностранном городе.
А ещё, как нам рассказывали, в МАРХИ большое внимание уделялось практической работе, изучению учебных предметов на реальных объектах. Причём, так сказать, собственными своими руками, то есть с проведением каких-то работ. Объекты эти были самые разные. Так, в процессе проектирования проводились экскурсии на хлебозавод, мясокомбинат, текстильные фабрики, на строящийся тогда стадион в Лужниках, в новые микрорайоны – типа ставших впоследствии знаменитыми на весь Советский Союз Черёмушек. Ребята часто ездили небольшими группами на природу – на этюды, в такие места, как Царицыно, Кусково, Коломенское, Марфино, Абрамцево, и к другим жемчужинам тогдашнего ближайшего Подмосковья. Вообще, они Москву буквально «разбирали», изучали по частям, впрочем, как и Ленинград, куда выезжали на неделю, на полторы, чтобы всё обойти, по-настоящему изучить город. Были специальные экскурсии и в другие города.
На 1-м курсе, после весенней сессии, проводились практические занятия по геодезии – по обмерам старинных сооружений, храмов, монастырей. Причём, если Юра обмерял так называемую Голицынскую больницу, расположенную в Москве на Ленинском проспекте, некогда Калужском шоссе (теперь это Голицынский корпус Городской клинической больницы № 1 имени Н. И. Пирогова), построенную в 1802 году архитектором Матвеем Казаковым[15], то Галя Чернобровкина проводила обмерную практику в Вологодской области, в старинном Ферапонтовом монастыре, прославленном фресками Дионисия. Другие студенты уезжали «на обмеры» в Новгород, Псков и иные древние русские города, а кое-кому посчастливилось даже съездить на Соловки – архипелаг в Белом море. Думается, что всё это делалось не просто так, не только в интересах подготовки будущих архитекторов: в 1967 году на островах будет открыт Соловецкий музей-заповедник.
Можно понять, что специалистов в Московском архитектурном институте готовили здорово – не только в теоретическом, но и в практическом плане. Так, после 3-го курса у них была практика по строительным работам в районе города Ельни. Как известно, во время Великой Отечественной войны, в 1941 и в 1943 годах, на территории Ельнинского района Смоленской области шли очень серьёзные бои, а сам этот город вошёл в историю как «колыбель советской гвардии». Так что совсем не случайно партийная организация МАРХИ взяла на себя шефскую помощь по восстановлению именно тамошней инфраструктуры. В частности, профессорами института были созданы проекты двухэтажных коттеджей – на две квартиры каждый. По этому плану пять коттеджей в селе Гаристове Ельнинского района планировалось построить силами студентов 3–4-го курсов МАРХИ, и эта работа засчитывалось им как строительная практика по программе обучения.
15