Арчер смотрел на меня с озадаченным выражением лица, широко распахнув карие глаза и открыв рот от удивления.
— Знаешь, для такой маленькой девочки, у тебя большой рот, — наконец сказал он, совершенно серьезно.
Я густо покраснела, закатив глаза.
— Да, хорошо, на будущее тебе так просто не отделаться. Нравится тебе это или нет, я никуда не денусь в ближайшее время.
— Ты просто будешь крутиться рядом, вне зависимости от того, будут ли остальные несчастны или нет? — сказал Арчер, наполовину поддразнивая.
— Милый, не забывай об этом.
У нас обоих вырвался небольшой довольно жалкий смех, и на мгновение, мне показалось, что мы забыли обо всем, что произошло за эти последние несколько дней, и были лишь мы, стоящие за пределами здания больницы на жутком морозе.
Я выжидающе посмотрела на Арчера, ожидая, что он что-то скажет. Он просто уставился на меня, поджав губы, прежде чем вздохнуть.
Я вздрогнула от неожиданности, когда он протянул руку и откинул прядь моих волос с лица.
— Ты пугаешь меня, Хедли.
— Я пугаю тебя? — ахнула я. — В смысле? Что я сделала, чтобы…
Арчер с легкой усмешкой прервал мою речь, накрыв мой рот рукой. Сначала он ничего не сказал, вместо этого он наклонился вниз, пока не опустился до моего уровня, а затем тихо сказал:
— Ты вроде как заставляешь меня чувствовать себя самим собой. — Он был очень смущен, но слова уже фактически вышли из его рта.
Я не могла ничего сказать. Мой язык приклеился к нёбу, и было ощущение, что у меня в горле была наждачная бумага.
— Парниша, я действительно испортила тебе жизнь, не правда ли? — наконец вздохнула я, плюхнувшись головой ему на грудь.
— Lasciate che accada quel che accada. — Арчер рассмеялся.
— Переведи, пожалуйста? — Я отклонилась назад и уставилась на него, мое лицо напоминало вопросительный знак.
— Это означает, пусть будет, что будет, — сказал Арчер, бросая на меня кривую ухмылку.
Пусть будет, что будет? Это звучало как какая-то песня из Мулен Руж. Но он прав. Может быть, сильные мира сего[22] посылали мне сообщение — и по крайней мере оно не от Хэйвока, — что, возможно, всё обернется хорошо в течение этих последних нескольких дней.
Конечно, это было принятие желаемого за действительное, но я позволила себе только мимолетную толику надежды.
— Нам, наверное, нужно зайти внутрь? — сказала я, отступая от Арчера.
— Верно, — согласился он, быстро кивнув.
Я начала делать шаги к входу здания неотложной помощи и почти добралась, когда Арчер позвал меня.
— Клянусь, Хедли, если ты кому-нибудь расскажешь о том, что я только что сказал, я…
— Арчер, ты должен доверять мне, — прервала я его. — Если ты не заметил, я не особо общаюсь с кем-либо из школы.
— А что насчет той девушки? Той со светлыми волосами, которая всё время кричит «Боже мой, Хедли!».
— Тейлор хорошая подруга, но я не дура.
Ну, это к делу не относилось, но ему не нужно было это знать.
— Точно. Ловлю тебя на слове. — Арчер закатил глаза, как только последовал за мной.
Мы вошли в здание неотложной помощи вместе. Арчер направился в комнату, где была Джун, но остановился, когда заметил, что я не иду за ним.
— Идешь? — спросил он, изогнув идеальную бровь.
— Эм… — я колебалась в поисках оправдания. Мне нужно было кое-что сделать, а Арчеру нельзя было находиться рядом. Совершенно. — Мне нужно пописать!
Арчер, казался, абсолютно невозмутимым, а я просто стояла и краснела, как безумная.
— Ладно, — сказал он. — Удачи тебе с этим.
И затем он повернулся и пошел по коридору, не оглядываясь на меня.
Это было совершенно унизительно. Но необходимо.
Я быстро направилась к стойке регистрации, где пухленький на вид парень сидел в синем халатике.
— Приветик! — прощебетал он, когда я подошла. — Что я могу сделать для тебя?
— Привет. Могу я произвести здесь оплату?
К тому времени, как мы вернулись назад в дом Софии и Марка, было около трех часов дня. Вся семья собралась на крыльце, как только Реджина вырулила фургон на подъездную дорожку.
— Готова, Джун? — спросила Реджина, оборачиваясь назад, чтобы взглянуть на Джун.
Джун лежала на плече Арчера, едва придя в себя, но ей удалось пробормотать что-то в качестве согласия.
Я выскользнула из машины как можно тише, стараясь не разбудить Джун. Одному Богу было ведомо, что бедной девочке нужно было спать как можно больше. Она определенно пережила чертовски много сегодня.
Арчер взял Джун руки, а она свернулась калачиком у него на груди, пока мы шли вверх по ступенькам крыльца. Я уверенно обошла вокруг зияющей дыры в ступеньках, молча проклиная Хэйвока на муки Ада, места, которому он и принадлежал.
— Как она? — в унисон спросили Карин, София и Виктория.
— Отлично, — настороженно ответила Реджина. — Ей в конечном итоге наложили одиннадцать швов, и врач сказал, что порез не такой уж и страшный. Но он сказал, что нам нужно серьезно беспокоиться, если вдруг Джун будет проявлять признаки заражения столбняком.
— Столбняк? Мерзкая штука. — Джон сделал резкий вдох.
Я вздохнула. Действительно мерзкая штука.
Мы прошли друг за другом через входную дверь. Было облегчением попасть внутрь из холода. Во всяком случае, температура только понизилась за последние несколько часов.
— Бедная Джун, — вздохнула Ана, поглаживая волосы Джун, как только Арчер сел на диване в гостиной со своей младшей сестрой на руках.
— Она — Инситти, — громко выпалила Виктория. Она вряд ли когда-либо была милой. — Она выкарабкается.
— Ма, ей пять, — сказал Витторио, закатив глаза. — Будь с ней помягче.
Виктория отреагировала на это утверждение чем-то на итальянском, что определенно было сказано с энтузиазмом.
Я решила, что лучше не знать, что она сказала. Все родственники Инситти обменялись утруждающими взглядами и коллективными вздохами. Марк, Джон и Ана выглядели просто ошеломленными.
— Ладно, все, закройте рот, — твердым голосом сказал Арчер. — Я отведу Джун наверх спать. Я бы предпочел, чтобы вы не разбудили её, иначе sarò al tuo culo come la mafia.
Я понятия не имела, что только что сказал Арчер, но это заставило всех маленьких детей разразиться смешками, а взрослых высказаться, чтобы он следил за языком. Виктория просто взглянула на него. Арчер, конечно же, просто зашагал вверх по лестнице без ответа.
— Что он сказал? — Я взглянула на Карло, прислонившемуся к стене, кто впервые был спокоен.
— Он сказал, что надерет нам задницы, как мафия. — Карло одарил меня дьявольской улыбкой, склонив голову.
Я ничего не могла поделать. Вероятно, это было из-за того, что день был такой напряженный, и я не выспалась. Я расхохоталась. Все в гостиной уставились на меня, и я быстро прикрыла ладонью рот. Я действительно не хотела будить Джун, бедную девочку. Вдобавок я не хотела выглядеть сумасшедшей.
— Давайте, Мэй, Эйприл, — сказала Реджина, глядя на своих дочерей. — Пойдемте спать с вашей сестрой.
Эйприл и Мэй поднялись на ноги и последовали за своей мамой с мрачными выражениями лица.
Я всегда думала, что вся эта вещь с телепатической связью близнецов или тройняшек была глупостью. И хотя я не думала, что это относилось к девочкам, было невозможно отрицать, что Эйприл и Мэй явно чувствовали такую же боль, как и их сестра.
— Ну, — своим властным голосом сказала Виктория. — Нет смысла хандрить здесь. Карин, София, Ана. Пошлите, поможете мне на кухне.
Ана, София и Карин отправились за Викторией, как их и попросили, но они не выглядели слишком счастливыми по этому поводу.
Марк наклонился и пробормотал что-то Мие, которая сидела рядом с ним на диване.
— Ладно, дети. В подвал. — Мия тяжело вздохнула после его слов, поднимаясь на ноги, подняв руки вверх.
22
В идиоматическом английском, «сильные мира сего» (с англ. The Powers That Be — иногда инициализирован как TPTB) — это термин, используемый для обозначения тех лиц или групп, которые коллективно держат власть над определенной сферой.