– Как вы думаете, сколько времени существовал этот приют?
– Откуда мне знать? – Старушка так резко пожала плечами, что Бетти испугалась, как бы ее острые лопатки, натягивавшие велюр спортивного костюма, не выскочили из суставов. – Когда я приехала, он здесь уже был. Хотите узнать – спросите в церкви. Спросите у этих благотворителей! – Ее плечи расслабленно опустились, и она вздохнула. – А кто он?.. Кто тот счастливец, который получит ваше наследство?
– Я точно не знаю, – призналась Бетти. – Но полагаю, что это кто-то из тех вопящих младенцев, которые не давали вам спать. Мне известно только имя – Клара Каперс. Впоследствии – Клара Джонс.
– А год рождения?
– Неизвестен.
Старушка покачала головой.
– Ну и как вы собираетесь ее искать?
Прежде чем ответить, Бетти бросила еще один взгляд на здание напротив, в котором, быть может, началась таинственная жизнь Клары Каперс.
– Не знаю, – сказала она и вздохнула.
– Ничего-то вы не знаете, как я посмотрю! – Старушка с сомнением поглядела на нее. – Спросите в церкви, – повторила она и постучала себя по лбу узловатым скрюченным пальцем. – Может быть, там вы что-то наконец узнаете.
Выйдя из дома, Бетти некоторое время стояла у подъезда, с жадностью глотая чистый, прохладный воздух. Ей не хотелось думать о старой леди, чье имя она так и не узнала, не хотелось думать о ее унылой повседневной жизни и о том, каково это – быть таким старым, что сама жизнь больше не имеет для тебя никакого значения. Отдышавшись, она повернулась и направилась к церкви Святой Анны на Уордор-стрит, от души надеясь, что хоть там-то ей наконец повезет по-настоящему.
Англиканская церковь Святой Анны выглядела довольно странно в окружении ресторанов, баров, залов игровых автоматов и букмекерских контор. Казалось, она оказалась здесь по чистой случайности. Согласно висевшей у входа мемориальной доске, в самом начале Второй мировой войны церковь была уничтожена во время бомбежки и восстановлена из руин попечением принцессы Анны[46] только в 1990 году. Как бы там ни было, этим погожим субботним утром новенькая церковь так и сверкала на солнце, а расположенный рядом приходской досуговый центр был заполнен до отказа. Бетти сочла это обнадеживающим.
Когда в одном из коридоров Бетти разыскала викария, тот как раз беседовал с унылым, чумазым бродягой, который то и дело громко шмыгал носом и вытирал его рукавом драного пиджака. Присев на скамеечку, она стала терпеливо ждать. Через несколько минут разговор закончился, бродяга широко улыбнулся, обнял викария, подобрал с пола грязный рюкзак и, дружески кивнув Бетти, направился к выходу.
– Доброе утро, дочь моя, – прогудел викарий, поворачиваясь к ней. В его голосе Бетти уловила легкий шотландский акцент. – Чем могу служить?
Бетти поспешно поднялась на ноги.
– Не могли бы вы уделить мне несколько минут? – спросила она.
– С радостью. Сегодня как раз мой приемный день, следовательно, «уделять минуты» – моя прямая обязанность. – Он улыбнулся, и Бетти просияла в ответ.
– Скажите, вам что-нибудь известно о приюте для незамужних женщин на Сент-Эннз-корт, который когда-то находился в ведении вашего прихода?
Священник улыбнулся и протянул ей руку.
– Это нам лучше обсудить в моем кабинете. Идемте.
Бетти послушно двинулась за ним и вскоре уже входила в небольшой аккуратный офис, расположенный в дальнем крыле досугового центра.
– Мы перебрались в это здание всего несколько лет назад, – сказал викарий, придерживая для нее дверь, – но, к счастью, все архивы переехали вместе с нами. На протяжении почти полувека никакой церкви как таковой здесь просто не было – одни развалины, так что нам поневоле приходилось сохранять документы особенно тщательно. Насчет приюта для одиноких молодых матерей… что-то такое я действительно припоминаю. Садитесь.
– Благодарю.
Выглянув в соседнюю комнату, викарий попросил кого-то принести две чашки чая, потом снова повернулся к Бетти.
– Итак, расскажите мне, что именно вам хотелось бы узнать.
– Я разыскиваю женщину, которая по завещанию моей бабушки получила небольшое наследство. Ее зовут – или звали – Клара Каперс. Какое-то время назад она была зарегистрирована по адресу, где находился приют. Это, пожалуй, все, что мне известно.
– То есть даже даты рождения вы не знаете?
– Нет, к сожалению. Я, впрочем, предполагаю, что она могла быть смешанной расы, а ее мать могла носить имя Арлетта, но это не точно. Если ее мать звали по-другому, тогда… тогда я даже не представляю…
46
Принцесса Анна – член британской королевской семьи, единственная дочь королевы Елизаветы II.