Ученые считают Граалем упомянутое только что блюдо с головой лишь потому, что оно фигурирует в том самом эпизоде «Мабиногиона», в котором в послуживших источниками для «Мабиногиона» романах выступает Грааль наряду с кровавым трофеем, имевшим отношение к страданию присутствовавших и встречающимся и в «Мабиногионе», – Грааль, который не упоминается в «Мабиногионе» и, очевидно, утерян им[56]. Но голова на блюде была в pendant (для) к копью, как скоро оно получило назначение напоминать об убиении дяди Передура; она явилась также кровавым монументом этого события, а блюдо, бывшее под ней, заменило собой tailloer dargent Кретьена де Труа. Голова была придумана для объяснения главного подвига Передура, так же как подробность о дяде Передура, запретившем ему просить у кого-нибудь объяснения виденного.
Итак, в доказательство того, что Грааль быль взят у галлов, Вилльмару представил несколько галльских легенд о чудесных сосудах. В каждой из них сосуду усвояется одно или два из качеств, приписывавшихся Граалю, но ни в одной не представляются все эти качества, или, по крайней мере, значительное их количество в соединении.
Последние в ряду приведенных Вильемарком легенд могли образоваться в позднейшее время под влиянием россказней, ходивших о романическом Граале[57]. Равным образом нет доказательств, чтобы и все остальные легенды предшествовали роману о нем.
Кретьен де Труа на гравюре неизвестного художника XVI в.
Но если бы даже эти поверья о чудесных сосудах были в обращении у кельтов задолго до появления романа о Граале, все-таки сближение этого последнего с названными сосудами, вследствие общности им некоторых чудесных свойств, не имеет значения в науке для доказательства выработки поверий о Граале из кельтских легенд о сосудах. Известно, сколько общего в представлении чудесного у различных народов. Метод сближения – в том виде, в каком он употреблен у Вильемарка, – приносит лишь вред в занимающем нас вопросе и не привел к положительным результат там. Сближения на основании отдельных только черт сходства давали, как увидим, возможность другим ученым выводить Грааль из блюда с головой Иоанна Крестителя, из суеверий о коралле, из легенд о вечном рае и приводить в связь с тайным учением тамплиеров. На таких же сближениях основывались совершенно отжившие в науке теории касательно сюжетов бретонских романов вообще: восточная, скандинавская и классическая (назовем их так). По образцу и при посредстве такого рода сближений можно бы построить еще несколько гипотез. Да и почему, держась такого метода, не выводить Грааль из чаш, на которые указывал Гёррс?
В прологе к роману о св. Граале, у Геливанда[58], а равно и в романах нет ни малейшего намека на образование Грааля из сосуда бардских преданий, нет ничего, что давало бы право связывать Грааль, по фабуле, с этими преданиями, а следовательно, и выводить из них. Напротив, мы надеемся указать элементы легенды о Граале вне кельтских поверий. В христианском мире была своя чаша, могшая занять воображение без помощи с их стороны, и те или иные чудеса могли быть приписаны ей без заимствования материалов для того у кельтов.
Мы остановились так долго на мнении Вильемарка потому, что оно принято многими учеными, а в последнее время получило новую поддержку и развитие в книге Хучера, составляющей новейшую работу по нашему вопросу[59]. Хучер называет свои соображения подкреплением и пополнением теории Вильемарка.
56
С этим согласуется, что идея «Мабиногиона» совсем не та, что романа, хотя подробности последнего и «Мабиногиона» совпадают весьма часто.
58
Он говорит о бриттском отшельнике на основании пролога. Вообще, как видно из «Legenda aurea», в XIII столетии роман о Граале считали английским произведением, имея в виду, вероятно, составление его трувером, жившим в Англии.
59
Le saint Graal, publié par E. Hucher. Т. I. Au Mans Ed. Monnoyer, A Paris chez tons les Libraires, MDCCCLXXV.