О том, какие причины породили слухи о «золотой» Японии, я распространяться не буду. Отмечу только, что они были далеки от действительности и что проверить их достоверность европейцы не могли. Дело в том, что еще в XVII в. японцы запретили европейцам посещать свои порты. Исключение было сделано лишь для голландцев, которым разрешалось торговать в Нагасаки. Однако условия коммерции были довольно унизительные для набожных голландцев, в частности их заставляли попирать ногами распятие.
Значит ли это, что никто из европейцев, кроме голландцев, в те времена не вступал в контакты с населением Японских островов?
— Разумеется, нет! Ведь изолировать от внешнего мира целое государство практически невозможно. Не контролируемые властями встречи японцев с иностранцами, конечно, происходили. Например, когда японские суда терпели бедствие у побережья Сибири или Камчатки, казаки оказывали им помощь. Именно от спасенных моряков и купцов узнавали русские люди разного рода новости. Например, что страна Япония богата и могуча. Есть в ней царь, большие города, регулярная армия, богатое купечество, искусные мастера. Неудивительно, что Москва проявила интерес к соседям. В Сибирь был направлен указ — доставлять спасенных японцев в столицу, и история сохранила имена некоторых из них: Саним, Денбей, Гонза, Сода.
Жизнь и деятельность этих людей в России достойны отдельного описания, но я отмечу только одну деталь русской биографии некоего Денбея — торговца из Нагасаки. В 1702 г. он был отправлен в Москву, где имел многочасовую беседу с Петром I. Сохранившаяся запись этой беседы позволяет заключить, что спасенный казаками японец звезд с неба не хватал и образованием не блистал: географию, историю, экономику родной страны знал слабо, а недостаток своих знаний компенсировал пересказом слухов и вздорных домыслов[89]. Ясно, что он хотел поднять свои акции в глазах тех, от кого зависело его будущее, а потому не жалел красок в описаниях богатств Японии, где золота и серебра так много, что им отделывают царские дворцы, из него же делают статуи богов и посуду. Да и сам он, Денбей, взял в плавание два ящика с золотыми монетами, по два пуда каждый.
Вскоре после этой беседы в Петербурге по царскому указу была основана специальная школа, в которой русских юношей стали обучать японскому языку. Вышеупомянутый Денбей был назначен преподавателем сего учебного заведения, а его соотечественник Сода опубликовал первый русский учебник по японскому языку.
На основании всего изложенного можно заключить, что в Петербурге всерьез поверили в перспективность русско-японской торговли. Но для этого необходимо было сначала проложить дорогу к землям восточного соседа и установить с ним контакты на официальном уровне. Именно эти цели (в числе прочих) имела Вторая Камчатская экспедиция. Но не только о Японии думали организаторы этого предприятия. Предполагалось, что на северо-западе Тихого океана есть свободные земли, весьма волнующие воображение и других монархов, и предприимчивых коммерсантов. Так, Марко Поло писал, что вблизи Анианской провинции есть острова, богатые золотом и медью[90].
Примерно в этом же районе в начале XVII в. португалец Жуан да Гама видел землю, нареченную впоследствии его именем. Затем к северо-востоку от Японии на европейских картах появились Земли Иезо, Штатов, Компании и даже Гога и Магога. Кроме того, ходили слухи о наличии там некоей Страны золота и себера (Rico de Ora, Rico de Plata)[91]. Разумеется, со временем эти Земли исчезли с карт или сменили названия (острова Хоккайдо, Итуруп, Уруп), но произошло это значительно позднее, а в начале XVIII в. слухи на сей счет будоражили умы мореплавателей и государственных деятелей.
Как известно, Петр I бывал в Голландии, Англии, Франции, Австрии, Германии. И если учесть любовь царя к морю, а также его глубокие познания в области морских наук, то можно вполне обоснованно предположить, что он имел достаточно подробную информацию о вышеупомянутых Землях.
Однако не подумайте, что организация Камчатской экспедиции является следствием одних недоразумений в географии. Земля Гамы была мифом, но богатая золотом Аляска была реальностью. Реальностью были и стада морских бобров — каланов у берегов этой части Америки. Одним словом, неосвоенные земли на севере Тихого океана могли многое дать Русской державе. Большие выгоды сулила России и торговля с азиатскими государствами.
С другой стороны, я вовсе не хотел внушить вам ту мысль, что научное обоснование Камчатской экспедиции всего лишь маскировка. Исключительная научная ценность результатов первой и особенно второй экспедиций признается историками самых различных школ.
91