В середине 1968 года ЦРУ усилило свои действия в этом направлении. Система информации была реорганизована таким образом, чтобы все сведения по этому вопросу поступали только и исключительно в Группу специальных операций. Группе было присвоено кодовое название «Хаос». Отныне информация должна была передаваться по единственному каналу, который вел непосредственно к начальнику группы «Хаос». Все сообщения помечались грифом «только лично»[94]. Такая информация не подлежала передаче никому другому.
По просьбе президента Хелмс в 1968 году дал указание провести новое исследование о студенческом движении протеста во всем мире. Оно должно было называться «Бунтующая молодежь». Из этого доклада следовало, что корни духа радикализма среди студенчества следует искать в общественно-политическом недовольстве в самих Соединенных Штатах, а не в заговоре, импортированном из-за границы. Существовали два варианта доклада. Первый был передан президенту и его советнику по внутренним делам Уолту У. Ростоу. На титульном листе приложенной к нему памятной записки от 4 сентября 1968 г. Хелмс написал:
«Вы, разумеется, почувствуете весьма деликатный характер этого доклада ввиду того, что это доклад ЦРУ о деятельности студенческого движения как за границей, так и в США».
Другой экземпляр этого доклада был передан Генри Киссинджеру 18 февраля 1969 г. в связи со сменой администрации после избрания президентом Никсона. Генри Киссинджер в то время был его советником по вопросам безопасности. В сопроводительном письме Хелмс вновь подчеркивал, что по закону вопросы, рассматриваемые в докладе, не входят в компетенцию ЦРУ:
«В связи с нашим разговором по этому вопросу хотелось бы уточнить, что в докладе имеется глава, касающаяся американских студентов. Этот вопрос не входит в компетенцию ЦРУ, поэтому я позволю себе вновь обратить Ваше внимание на деликатный характер этого доклада. Если когда-нибудь кто-либо другой познакомится с его содержанием, это поставит нас всех в очень затруднительное положение».
Второй вариант, из которого была изъята глава о деятельности внутри страны, получил несколько более широкое распространение среди различных разведывательных служб.
Группа «Хаос» не участвовала в составлении доклада «Бунтующая молодежь», хотя перед его выпуском некоторые места в тексте были ею отредактированы и исправлены. Но содержавшуюся в нем информацию, разумеется, представила группа.
20 июня 1969 г. советник президента Никсона Том Чарлз Хастон попросил ЦРУ от имени президента представить доклад о поддержке, оказываемой движениям протеста в США иностранными коммунистами. Хастон считал, что в предыдущих докладах отсутствовала информация, добытая внутри самих движений протеста. Из письма Хастона следует, что президент хотел знать:
— какими средствами ведется наблюдение с целью выявления поддержки, оказываемой молодежным движениям протеста в Америке иностранными коммунистами;
— эффективны ли эти средства;
— является ли отсутствие соответствующей информации следствием недостатка средств или недостаточного внимания к данному вопросу;
— какие меры можно было бы принять, чтобы обеспечить максимально возможную эффективность наблюдения за такого рода деятельностью.
Хастон хотел знать, вправе ли ЦРУ собирать подобную информацию. Для ответа был дан десятидневный срок.
30 июня 1969 г. ЦРУ дало ответ в виде доклада, озаглавленного «Поддержка иностранными коммунистами внутренней подрывной деятельности». В докладе делался вывод, что если коммунисты и оказывают поддержку в форме проведения международных конференций, то признаков, подтверждающих возможность финансирования иностранными коммунистами американских движений и обучения их участников, слишком мало, а признаки, указывающие на то, что эти движения ими контролируются или направляются, вовсе отсутствуют.
К докладу от 30 июня ЦРУ приложило памятную записку, в которой подчеркивалось, что этим вопросом оно занимается с 1967 года. В ней отмечался также факт тесного сотрудничества между ЦРУ и ФБР и сообщалось, что «будут предприняты поиски новых независимых источников информации».
94
До этого гриф «только лично» применялся для передачи сообщений в ходе операции «Лумумба» (см. ч. 1, гл. 2).