Сегодня в некоторых странах Европы предусмотрена уголовная ответственность за отрицание Холокоста, а Палата депутатов парламента Чехии решила, что отрицание преступлений коммунистического режима является преступлением, аналогичное постановление готовится к принятию в Латвии[431]. В Польше работодатель имеет право разорвать трудовое соглашение с работником, если факт его сотрудничества в прошлом с коммунистическими спецслужбами будет официально подтвержден[432]. Во Франции 12 октября 2006 года Нижняя палата парламента приняла законопроект, согласно которому отрицание геноцида армян 1915 года в Османской Турции является уголовно наказуемым преступлением[433] и карается годом лишения свободы, а в самой Турции сажают в тюрьму тех, кто, наоборот, говорит о геноциде.
В демократической России Росохранкультура запрещает использовать в печати название некоторых организаций — например, словосочетания «Национал-большевистская партия» и аббревиатуры «НБП». Летом 2006 года Росохранкультура разместила на своем сайте письмо к СМИ, которое запрещало употреблять эти словосочетания под угрозой лишения лицензии[434].
Поэтому если считать свободой слова возможность для гомосексуалистов выступать по телевидению — можно сказать, что свобода слова царит полная. Но если понимать ее шире, то выяснится, что никакой «свободы слова» нет. В Средние века их называли богохульниками, в советское время — антисоветчиками, сейчас — экстремистами. Слова разные, а суть процесса одна. Господствующий класс всегда устанавливает рамки идеологически дозволенного, можно говорить все что хочешь, но только в рамках дозволенного. А если ты пытаешься говорить то, что противоречит доктрине господствующего класса, то твой дом — тюрьма.
Своих политических конкурентов стремятся запретить и другие режимы, но отличительная характеристика либерального подхода заключается в том, что запрет иных взглядов, идей и партий всегда сочетается с лицемерным лозунгом свободы СМИ, идей и убеждений.
И еще одно важное обстоятельство, на которое обращают мало внимания. Свобода СМИ — это не только цель, но и инструмент. Если вы можете говорить, например, что губернатор — коррупционер, а до этого нет никому дела, зачем такая свобода нужна? Такая свобода служит лишь «выпуску пара» и является одной из методик пиара.
«Некоторые воображают, что, если вы вольны говорить все что вздумается, это и есть демократия. Однако свобода слова — это еще не вся демократия, а только лишь одно из ее необходимых условий. Слишком часто получается так, что мы свободны говорить что хотим, а те, у кого богатство и власть, свободны делать все что хотят, не обращая никакого внимания на то, что мы говорим. Демократия — это не словопрения и не упражнение в ораторском искусстве, а система власти, как и любая другая форма правления. Свобода слова, равно как и свобода политической организации, обретает смысл лишь в том случае, если обеспечивает ответственность власть имущих перед теми, над кем эта власть осуществляется»[435].
Великий французский пиар
Анализируя проблему выборов, нельзя не осветить такой феномен, как пиар. Во время Французской революции 1789–1794 гг. оформились не демократические свободы, а начали зарождаться механизмы буржуазного управления обществом. Существенную роль в управлении социальными процессами играет пиар. Пиар — сокращение английских слов public relations (p + r), которые в дословном переводе означают «общественные связи» или «связи с общественностью», как термин был введен третьим президентом США Т. Джефферсоном, создателем Декларации независимости США.
В России в понятие «пиар» чаще всего вкладывают деятельность в сфере политики. Это не совсем верно. Пиар очень тесно пересекается с рекламой и бывает двух видов — экономический и политический. Мы в дальнейшем будем говорить только о политическом пиаре. Если выразить понятие «политический пиар» (далее — пиар) одним словом, то это будет слово «политманипуляция». Если в основе капитализма лежит стремление к максимизации прибыли, то в основе пиара — стремление к максимизации рейтинга.
Главное, на что ориентируется политик в условиях пиара, — это рейтинг. А так как существует множество способов поднятия рейтинга, никак не связанных с реальными делами политика, то политик должен говорить то, что нравится обществу, а делать то, что нужно ему самому или тем, кто стоит за ним.
Американцы говорят: «Если событие не показали на CNN, значит его не было». Это один из основных законов пиара, гласящий: неважно, что происходит, главное — как освещают СМИ. Если мэр города принял программу озеленения, в результате которой было посажено 1000 деревьев, но это соответствующим образом не отпиарено, то на рейтинг это влияет значительно меньше, чем если по местному телевидению покажут как мэр в каске с лопатой сажает три дерева. Поэтому надо сажать не тысячи деревьев, а три дерева, но перед телекамерами, которые покажут данный сюжет в прайм-тайм. Желательно, чтобы в посадке трех деревьев принимал участие известный актер, который затем скажет о мэре много хорошего: что он лучший озеленитель, много думает о простых людях и т. д.
Пиар может повышать рейтинг политика с помощью создания событий, которых вообще не существует в реальности. Пиар создает свою реальность, которая имеет на электорат большее значение, чем подлинно существующая действительность.
Поэтому нередко место реальных дел занимают реальные слова. Пиарится то, что изначально никто не собирается выполнять. Это архиважное отличие пиара от вообще лжи политика. Политик может ошибаться, хотеть как лучше, а у него «получается как всегда». Он может скрывать свои ошибки, страдать от невыполненного, стремиться воплотить то, что у него не получилось, снова. Пиар — принципиально иное, политики изначально обещают то, что выполнять не собираются, сопровождая громкие заявления красивыми лозунгами. Пиар — это всегда преднамеренный обман. Здесь можно вспомнить слова Черчилля:
«Политик должен обладать способностью предсказать, что должно случится завтра, и достаточным умом, чтобы на следующий день объяснить, почему этого не произошло».
Политик может не только не собираться выполнять обещания, а быть принципиальным противником данных мер, но, несмотря на это, страстно отстаивать чуждую ему позицию. Лицемерие может быть настолько запредельным, что избиратель, даже понимая, что его обманывают, начинает верить политику, ведь он не может допустить мысли, что можно так лгать.
Если политику в личной беседе указать на то, что он обманывает избирателя, то он улыбнется и скажет, «это же пиар». Окружающие также снисходительно улыбнутся вашей наивности. Пиар всегда включает в себя элемент обмана электората.
Вспомним эру зарождения пиара. В «Декларации прав человека и гражданина», принятой после Французской революции, говорится: «Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах», а затем выстраивается такая избирательная система, которая выгодна только определенному слою общества (8 %), а все остальные остаются без прав и свобод. Там же говорится о том, что все граждане равны перед законом, и поэтому им «…открыт в равной мере доступ ко всем общественным должностям, местам и службам», после чего с помощью имущественного ценза возможность избираться предоставляется лишь единицам и т. д.
Итак, политик в условиях пиара будет всегда говорить, что нравится избирателю, если он это не делает, значит у него плохие пиарщики, которые не могут достаточно точно определить электоральные предпочтении.я
Другими отличительными особенностями пиара являются следующие.
431
"Все - Латвии!" идет в политику, чтобы сажать в тюрьму за отрицание "советской оккупации". 06.08.2002, ИА Regnum.
433
МИД Армении выступил с заявлением в связи с принятием Францией законопроекта по Геноциду армян. 12.10.2006, ИА Regnum.
434
Росохранкультура считает, что упоминание в печати несуществующей Национал-большевистской партии гораздо хуже, чем упоминание в той же печати нецензурных выражений, намекающих на вполне существующие части тела. По крайней мере, этот вывод можно сделать из того, что ведомство обошло вниманием недавнюю статью "Коммерсанта", в которой глава "Проф-Медиа" ненормативно выразил свое отношение к судьбе "Комсомолки", и вынесло деловой газете предупреждение за употребление словосочетания "Национал-большевистская партия" и аббревиатуры "НБП". В письме "Коммерсанту", подписанном заместителем руководителя службы Александром Романенковым, говорится, что политической партии с наименованием "Национал-большевистская партия" не существует, поэтому "опубликованная редакцией газеты "Коммерсантъ" информация о существовании и деятельности политической партии с наименованием "Национал-большевистская партия", а также конкретных лицах, якобы являющихся членами и активистами НБП, может рассматриваться как фальсификация общественно значимых сведений, распространение слухов под видом достоверных сообщений и как информация, не соответствующая действительности". Предупреждение, вынесенное газете, с точки зрения Росохранкультуры, выглядит логично. Ведь часть тела с наименованием "х...", упоминавшаяся в опубликованном редакцией газеты "Коммерсантъ" комментарии Рафаэля Акопова, существует, поэтому информация о существовании части тела с таким наименованием не может рассматриваться как фальсификация, распространение слухов и информация, не соответствующая действительности. (Росохранкультура вынесла "Коммерсанту" предупреждение за слово из трех букв. 30.03.2007, Полит.ру).