Выбрать главу

Сара Парецки

Заказное убийство

Глава 1

Лето

Ночь была душная и влажная. Проезжая на юг вдоль озера Мичиган, я слышала слабый запах гниющей сельди. Кое-где еще тлели костерки вчерашних пикников. Множество бегущих по воде зеленых и красных огоньков указывали на местонахождение людей, пытающихся укрыться от ночной духоты. Оживленное движение на набережной также показывало, что город задыхается. В Чикаго стоял июль.

Я свернула с набережной на Рэндольф-стрит и под железными подпорами надземки направилась к Уобош-стрит.

В Монро я сделала передышку.

Здесь, вдали от озера, было спокойнее. В районе Саут-Лупа[1], где нет никаких развлекательных заведений, кроме сомнительных варьете да еще тюрьмы, если, конечно, ее можно причислить к развлекательным учреждениям, я увидела лишь одного пьяного, который, пошатываясь, брел по улице: это было единственное живое существо, с которым я могла бы разделить свое одиночество.

Переехав через Уобош, я вошла в Палтиней-Билдинг, рядом с табачным магазином по улице Монро. В ночной тьме это учреждение выглядело очень убого. Грязная стенная мозаика местами осыпалась. Истертый линолеум, похоже, давно уже никто не мыл. Вестибюль, вероятно, производил отталкивающее впечатление на клиентов, если такие и находились.

Я нажала кнопку лифта. Еще и еще раз — и никакого результата. Открыв тяжелую дверь, я стала медленно подниматься по лестнице на четвертый этаж. На лестнице было попрохладнее, и в самом ее конце я остановилась, прежде чем направиться по тускло освещенному коридору в западный конец здания, где все офисы сдаются по более дешевой цене, потому что выходят окнами на надземку. В неярком свете я могла различить табличку на дверях моего офиса: «В.И.Варшавски. Частный детектив».

Прежде чем отправиться домой, принять душ, понежиться в прохладе, навеваемой кондиционером, а затем поужинать, я посмотрела на автоответчик: не было ли мне звонков, и была очень удивлена, когда узнала, что мне звонил какой-то человек, который отказался назвать свое имя. Беда с этими анонимными клиентами. Обычно они что-нибудь скрывают, нередко какую-нибудь уголовщину, и часто отказываются назвать свое имя, чтобы не опередить события.

Этот клиент предупредил, что явится в двадцать один пятнадцать, так что мой ужин откладывался на неопределенное время. Весь этот убийственно душный день я потратила на поиски печатника, который задолжал мне полторы тысячи долларов. Прошлой весной я спасла его фирму от поглощения национальным печатным трестом и теперь сожалела о содеянном. Не будь мой счет в банке столь скудным — я игнорировала бы этот поздний звонок. Но сейчас мне не оставалось ничего другого, как собраться с духом и отпереть дверь.

При электрическом свете спартанское убранство моего офиса выглядело не так уж и неприятно, и у меня немного отлегло от сердца. В отличие от моей квартиры, где у меня всегда царит легкий беспорядок, в офисе я обычно поддерживаю надлежащий порядок. Большой деревянный письменный стол я купила на полицейском аукционе. Небольшая пишущая машинка «Оливетти» досталась мне еще от моей матери, так же как и репродукция картины из галереи Уффици[2], висящая над моим архивом. Это должно было внушать клиентам, что здесь делается первоклассная работа. Обстановку довершали два прямых стула для клиентов. Бывала я здесь довольно редко и не нуждалась в особом комфорте.

За несколько дней моего отсутствия накопилась целая пачка счетов и рекламных проспектов. Компьютерная фирма предлагала продемонстрировать, как ее аппаратура может содействовать моей работе. Любопытно, подумала я, не сможет ли хороший настольный IBM подыскать мне платежеспособных клиентов.

В комнате была жуткая духотища. Я бегло проглядела счета, выбирая из них самые неотложные. Страховка машины — с этим лучше не тянуть. Остальные были новые и повторные счета — эти я отбросила, ибо имела обыкновение платить лишь по счетам, которые приходили в третий раз. Если им позарез нужны деньги, они непременно о себе напомнят. Я сунула счет на страховку в свою плечевую сумку, повернулась к окну и до отказа повернула ручку кондиционера на «холод». Свет сразу погас. Видимо, я пережгла предохранитель в не слишком-то устойчивой электрической системе. Вот дура-то! В таком здании, как это, кондиционер не ставят на максимум. Я выругала себя и обслуживающий персонал здания. Открыт или нет по ночам блок с предохранителями? За долгие годы работы в этом здании я научилась сама устранять большинство поломок, включая периодически, раз в месяц, засорявшийся туалет на седьмом этаже.

Я спустилась вниз по лестнице. У самого ее подножья горела единственная, не прикрытая абажуром лампочка. При ее свете я увидела висячий замок на двери распределительного блока. Том Царник, дряхлый комендант здания, не доверял никому, кроме себя. Кое-какие замки я могу отпирать, но у меня не было времени на добротный американский замок. Может, научусь как-нибудь. Я сосчитала до десяти по-итальянски и с еще меньшим энтузиазмом, чем прежде, снова поплелась вверх по лестнице.

Заслышав перед собой чьи-то тяжелые шаги, я сразу же догадалась, что это мой анонимный клиент. Добравшись до верхней ступени, я спокойно открыла дверь и стояла, наблюдая за ним в тусклом свете. Он постучался в дверь моего офиса. Я не очень-то хорошо различала его, видела только, что человек он приземистый, коренастый. Держал он себя весьма решительно и, не получив ответа на свой стук, не раздумывая открыл дверь и вошел внутрь. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. С той стороны улицы сверкал большой, в пять футов, рекламный знак компании «Арни» по производству бифштексов; этот знак наполнял своим спазматическим мерцанием мой офис.

Когда я открыла дверь, посетитель быстро повернулся ко мне.

— Я ищу Ви.Ай. Варшавски, — сказал он хрипловатым, но уверенным голосом человека, привыкшего всегда добиваться своего.

— Да, — ответила я, протискиваясь мимо него и усаживаясь за свой письменный стол.

— Что означает ваше «да»? — спросил он.

— Что Ви.Ай. Варшавски — это я. Если не ошибаюсь, это вы договаривались о деловом свидании.

— Да, но я не предполагал, что мне придется пешком взбираться на четвертый этаж, а затем беседовать с вами в темном офисе. Какого черта ваш лифт не работает?

— Все здешние сотрудники — народ крепкий, вот мы и сговорились отключить лифт; физические упражнения — лучшее средство против инфарктов.

В мерцании рекламы я увидела, как он сердито махнул рукой.

— Я пришел поговорить о деле, а не комедию ломать, — недовольно буркнул он. — Я привык получать точные ответы на свои вопросы.

— В таком случае задавайте разумные вопросы. А теперь вы, может, скажете мне, зачем вам понадобился частный детектив?

— Я и сам не знаю. Конечно, мне требуется помощь, но, Господи, здесь такая темная дыра.

— Да, погас свет, — сказала я, внутренне закипая. — К тому же вам, видимо, не нравится моя внешность. А я, признаться, не люблю анонимных посетителей. Поэтому я вас не держу, скатертью дорожка.

— Успокойтесь, успокойтесь, — примирительно сказал он. — Ваш запал ни к чему... Но неужели мы так и будем сидеть в темноте?

Я рассмеялась:

— За несколько минут до вашего прихода вылетел предохранитель. Если вам нужен свет, мы можем отправиться к «Арни». Признаться, я не прочь взглянуть на него поближе.

Он покачал головой:

— Нет уж, видно, придется остаться здесь.

После короткого колебания он уселся на один из стульев, предназначенных для посетителей.

— Как прикажете вас звать? — спросила я, пока он собирался с мыслями.

— Извините, — сказал он; порывшись в бумажнике, достал свою визитную карточку и положил передо мной на стол.

Я взяла ее и прочитала при свете рекламы «Арни»: «Джон Л. Тайер. Ответственный вице-президент банка и трастовой компании Диаборна».

Я поджала губы. Хотя судьба и не очень часто заносит меня на Ла-Салль-стрит, я все же знаю, что Джон Тайер — очень важная персона в самом большом банке Чикаго. В твои сети попалась крупная рыба, Вик, подумала я. Не упусти же ее.

вернуться

1

Луп (букв, петля, кольцо) — деловой центр Чикаго.

вернуться

2

Уффици — дворец во Флоренции, где находится Национальная галерея.