– От вас исходит тишина, вы – не местный! – Юркая карлица дотронулась до его спины и затрубила в рог. – Чужак!
Марк смотрел в её маленькие глаза, зажатые могучими щеками, и искал тень улыбки на лице, изрезанном морщинами. Тщетно.
Несколько хорошо подвыпивших мужчин откликнулись на призыв и лениво потащили Марка к некой Коре.
На окраине селения Рхъйаджри располагались шатры. Павильон, в который вели Марка, отличался огромными размерами. Наружный полог был изготовлен из верблюжьей шерсти, а внутренний – отделан красной тафтой. В центре павильона находился главный зал, от которого, как спицы в колесе, радиально расходились маленькие комнатки. Стоял сильный запах мускуса. Из комнаток доносился призывный смех.
На черном шелковом покрывале, расписанном экзотическими цветами, восседала горлица. Марк моргнул. Не горлица, человек. Лицо женщины закрывала маска, длинную голубую шею обхватывало ожерелье из перьев. Тонкие пальцы были увенчаны рубиновыми перстнями.
– Так-так-так, – голос оказался неожиданно высоким, – и кого к нам принесла нелегкая?
– Марк. Странствующий цирюльник, к вашим услугам!
– Сколько вас на острове? – горлица сняла маску. Темные маслянистые глазки впились в переносицу Марка. – Нам нужны новые люди, чтоб ветер забвения не стер нашу память.
– Нынче ночью будет славная пирушка, – из-под подола пышного платья Коры вылезла карлица. Её тонкие губы брезгливо сжались. – Мы всегда рады чужакам.
– Не бойтесь, – Кора усмехнулась, обнажив почерневшие зубы, – мы не причиним вам зла. – И в доказательство своих слов поднесла руку к губам Марка. Земля дрогнула, но не ушла из-под ног. Мускусный запах усилился, перед глазами все поплыло.
Очнулся Марк уже сидя за столом, в одной руке он держал кубок с медовухой, в другой – жареную утиную ножку. Уже знакомая карлица суетливо бегала по залу и подливала вино в опустевшие кубки. Большие куски хлеба выполняли роль подносов. Стол был завален многочисленными яствами. Ах, что за ароматы витали в воздухе! Особого внимания заслуживало главное блюдо – жареный олень, приправленный жгучим перцем, имбирем, корицей и шафраном. Сальвия потянулась к кабаньему мясу и наколола на вилку пару сочных медовых фиников. Несколько сидящих по соседству незнакомцев уплетали за обе щеки мясной пирог и хохотали, разбрызгивая морковный соус во все стороны. Морган раскраснелся от горячего пряного вина. Амальда отплясывала вместе с жонглерами и поглядывала на Марка. Отто перебирал струны арфы. Кто-то играл в триктрак[38], акробаты носились по комнате, стоя на голове.
– Где мы? – Марк ударил Моргана ногой под столом. – Где мы, приятель?
– О чём ты? Это же ты нас сюда привел.
– Я не понимаю…
– Мы попали на остров свободы, Марк, это не просто остров… – Моргана перебил зычный голос распорядителя пиршества.
Коренастый мужчина лет сорока с тюрбаном на голове сидел у поставца с серебряной посудой и держал в руках кинжал, служивший ему универсальным столовым прибором. Распорядитель пробовал кушанья, прежде чем их подавали гостям. Он вытягивал свой длинный змеиный язык и легонько прикасался к острию. Когда первый голод был утолен, он приказал мальчишкам поставить на стол пряности. Перец, мускатный орех, гвоздика, имбирь.
– Да будет жажда! – воскликнул он и под ликование толпы закинул себе в рот горстку жгучего перца.
Гости охотно последовали его примеру. Запивать пришлось вином! Кувшины только и успевали, что перемещаться от бочки к столу и обратно.
Наконец Кора объявила первый танец.
Самые смелые мигом подскочили и закружились в хороводе. Топот ног сопровождался ударами барабана. Четыре шага вправо! Четыре шага влево! Поворот! За музыкой не поспеваете! Быстрей. Шелест нижних юбок. Башмачный стук. Тоненький голосок треугольника. Барабанный рокот. Звон тарелок. Четыре шага вправо! Четыре шага влево! Поворот! Пьяный смех. Несколько бородатых мужчин повалили огромную голую женщину на ковер и принялись щекотать. Росту в ней было не меньше двух с половиной метров. От щекотки она задыхалась и хохотала. Барабанщики ловко подстроились под ритм её смеха. Музыка ускорилась. Карлица била серебряным кубком о поднос и довольно причмокивала. Расшитые золотом стены шатра ходили ходуном. Жонглеры подбрасывали в воздух апельсины и сочиняли стихи.
38
Французская настольная игра, популярная в XV веке. Шашки передвигают по доске, исходя из числа очков, выпавших на костях.