Идеальное попадание в целевую аудиторию.
В основном я общался со своим фан-клубом на форуме, но самые упорные находили профиль Артура в инстаграме. Закрытый профиль. Никаких хештегов. Никаких селфи. Я постил туда фотографии своего подъезда, дохлых птиц, которых находил по дороге в училище, детишек из моей группы.
Описание лаконично: Зол, черств и нелюдим.
Максимальная проработка деталей.
Иногда на меня подписывались авторы с Ficbook[53], когда-то я писал туда фанфики[54] по Гарри Поттеру, под именем Dragon’s Ball, но со временем переключился на аниме-вселенные.
Не знаю, почему я трачу столько времени на фан-арт. Если меня спросят, что я люблю читать, я обязательно закачу глаза и скажу что-нибудь высокомерное. Нелепо задавать такие вопросы. Любимый цвет, любимая музыка, любимый фильм. Жалкая попытка стать ближе через экспресс-анкетирование. Ничего не выйдет. К тому же зачем ограничивать свои предпочтения. Книги – это возможность говорить с интересными собеседниками на разные темы. Не важно какие. Важно, что они могут связно выразить свою мысль. Хотя не все. Некоторые не могут. Вернее не хотят. Тоже мне – революция в литературе.
Я закатываю глаза, но называю Уильяма Берроуза или Иэна Бэнкса. Но если говорить откровенно – в последнее время я читаю только фанфики. В основном по аниме. Как правило, яой[55]. Одно время я пытался рисовать мангу[56]. Выходило плохо. Тогда я перешел на тексты.
Не знаю, в чем тут секрет. Почему я так подсел?
Нет, дело явно не в японской эстетике, поэтичности быта, символичности образов. Иначе я бы не читал фанфики в мире, где существует Банана Ёсимото или Харуки Мураками[57].
Я даже не могу сказать, что хотел бы в Японию. Никогда не хотел путешествовать. Я хочу знать, чего ожидать от мира вокруг.
Я продолжаю существовать в полюбившейся мне вселенной. Развиваю альтернативную версию событий. Знаю имена всех второстепенных персонажей и особенности их прошлого. И всё равно скатываюсь в любовные истории. Читаю плохие тексты. С кучей штампов, нефритовыми жезлами, отчаянной надеждой и рыками страсти. Но почему-то я не могу оторваться. У меня сбивается дыхание, учащается пульс, комната сужается до размеров экрана ноута. Не знаю, почему яой. Юри[58] мне совсем не нравится, гет кажется слишком слащавым.
С кино всё совсем иначе. Ненавижу мелодрамы. От эротики тянет блевать. Я пробовал смотреть гейское порно. Не зашло. Мне не нравится влажный блеск глаз, обилие хлюпащих звуков, капельки пота, стекающие по лицу. Слишком естественно. Слишком быстро. Нет никакого сюжета. Никакой истории. Эмоции – это сексуально. Тела – это банально.
Я скачивал хентай-мангу[59] и смотрел, как блондинку-школьницу насиловал оборотень. Ей, конечно, было стыдно. В хентае героиням всегда стыдно. Не важно, кто пытается ими овладеть – инопланетный бык, робкий одноклассник или окровавленный каннибал. Они робко краснеют и хлопают ресницами, пока чудовище мнет своими лапами их нежную девичью грудь, но если понадобится, тут же нальют зеленого чаю и добавят к имени насильника приставку «-сама»[60]. Почему-то стыд делает картинку ещё более пошлой. Как будто если бы анимешная героиня с упоением позволяла себя иметь – она была бы «чище». Странный парадокс. Может, потому что я вижу в этом неискренность. Щеки-то краснеют, но лицо не выглядит недовольным. Вот что меня так бесит в Тане. Чем больше ей хочется раздеться – тем методичнее она застегивается на все пуговицы.
Я смотрел хентай и испытывал сильные эмоции. Потому что я знал, что это неправильно. Потому что я оставлял дверь открытой. Пусть Марта зайдет в комнату, пусть застукает меня. Посмотрим, что она скажет своими вишневыми губами?
Но мне быстро становилось скучно.
Это все равно не вызывало никакой физической реакции. Меня тошнило от одной мысли о том, чтоб к себе прикоснуться. Я пробовал. Но ничего не получалось. Я просто не могу…
Единственное исключение составляют эти тупые тексты. Я читал о том, как Гарри и Драко остались чистить котлы в подвалах Слизерина, потому что их наказал профессор Снейп и…
О том, как Дино из школы мафии прижимает к стене Хибари и…
…и чувствовал, что меня разрывает изнутри.
Но я так и не смог прикоснуться к себе там. Слишком уж оно все уродливое, сочащееся… Но я хотя бы почувствовал, что хочу этого. Мне просто нужно время. Время и хорошая история.