Выбрать главу

Лариса Исарова

ЗАПИСКИ СТАРШЕКЛАССНИЦЫ

ПОВЕСТЬ

ДОРОГОЙ ЧИТАТЕЛЬ!

Эта повесть о твоей современнице, о ее жизни, ее отношениях со школьными учителями, с товарищами, с родителями.

Надеемся, что эта книга найдет у тебя отклик.

Напиши нам по адресу: Москва, А-47, ул. Горького, 43. Дом детской книги.

Рисунки А. Солдатова

У нас появилась новая учительница по литературе — Марина Владимировна; кажется, воображала. Она заявила, что не признает ответов по учебнику, ей, видите ли, обязательно нужно знание текстов. А когда в классе начали галдеть, она так иронически усмехнулась, слегка приподняв брови, что самые нахальные мальчишки унялись. Хотя ей не больше двадцати пяти, ходит она неторопливо, обожает выразительные паузы. Задаст такие вопросы, что человек теряется, а она чуть улыбается краешком губ, точно перед ней законченный дурень, и вообще строит из себя опытную, пожилую учительницу.

Меня, правда, она не трогала, пока я не сдала ей сочинение о Чацком, содранное из разных критических статей. Мама считает, что мне необходима «эрудиция», и притаскивает мне из своей библиотеки уйму книг о всех писателях, которых мы зубрим по программе. И даже закладки делает для меня в нужных местах, даже цитаты отмечает галочками — могу сдувать все готовенькое. И сходило, пока не появилась эта Марина. Короче, вернула она мне сочинение и сказала, что для восьмого класса работа, в которой нет ни одного своего слова, кажется ей «дебильной».

Я не сразу поняла и не обиделась, а дома посмотрела в словаре и взвилась. На другой день вызвала ее из учительской и говорю: «Я теперь знаю, что такое «дебильная» работа».

А она не смутилась:

— Лучше поздно, чем никогда, услышать правду и вовремя изменить отношение к литературе, — и засмеялась.

И тогда я решила ее проверить. Я написала в сочинении о Молчалине, что мне больше он понравился, чем Чацкий, хотя многие считают Молчалина подлецом, а Чацкого героем и правдолюбцем. Но ведь у Молчалина были обстоятельства, заставлявшие его подхалимничать, он же в «бедности рожден», он живет в чуланчике у Фамусова.

Я показала маме черновик сочинения. И тут началось! Мама возмутилась, что я восторгаюсь лицемером, начала переживать, волноваться, точно со мной первый день знакома и не знает, что я иногда ради красного словца… А я подлила еще масла в огонь и добавила, что Молчалина сделало плохим фамусовское общество, ведь дворяне считали, что можно «согнуться в перегиб» ради карьеры. Молчалин это наблюдал с рождения, вот он и брал пример. Да и потом он молчит временно, а стоит ему «выйти в люди», он выскажется не хуже Чацкого, ведь он людей знает и понимает лучше.

Мама заявила, что просто неприлично сравнивать борца с обществом Чацкого и подхалима Молчалина. А что тут героичного — рассыпать бисер перед свиньями? Неужели Чацкий всерьез думает речами перевоспитать фамусовых? Тогда он глупее их. И потом, Чацкому всегда есть, где найти «оскорбленному чувству уголок», он ведь богат, в отличие от Молчалина.

Тогда мама вдруг пожалела Софью, она заявила, что с ней Молчалив поступил подло. А ведь Софья сама к нему приставала! Он не зря говорил: «Любила Чацкого когда-то, меня разлюбит, как его…» Другой бы воспользовался случаем, оставаясь ночью с дочерью хозяина, а о Молчалине Софья сама говорит Лизе: «враг дерзости», «ни слова вольного — и так вся ночь проходит…».

Конечно, я не полностью оправдываю Молчалина, но в то время нельзя было стать Личностью иным путем, если ты беден. Даже Сперанский угодничал перед царем, а потом был одним из судей декабристов…

В общем, мама сказала, что двойка мне обеспечена, что за такое «оригинальничание» вызовут родителей, что я совсем обнаглела, считая себя умнее всех. Она припомнила мне столько грехов, что я совершенно раскисла. И какой же было неожиданностью, когда Мар-Влада в классе сегодня прочла мое сочинение и поставила за него «пять» дробь «три»! Первая оценка за литературу, вторая — за русский язык.

Она заявила, что ей нравится мой самостоятельный подход к теме, но что я еще не умею быть логичной, что стилистически у меня много «ляпов», но что она рада, если в нашем классе есть такие ученики, как я. Вот!!!

Значит, я не дебильна, и, значит, с ней можно иметь дело, ведь другая учительница литературы меня живьем съела бы за такое сочинение…

Оказывается, мы живем рядом с Мар-Владой. Мы уже несколько раз шли утром вместе в школу. Я начала с ней говорить о книгах, мне все хотелось ей окончательно доказать, что я не «дебильна». Даже о классных делах в мини-дозах беседовали, и вот вчера она меня пригласила домой.