— Слушай, девка, у тебя чувство страха напрочь отсутствует, что ли? — вдоволь на Арху насмотревшись и набарабанившись ногтями по подлокотнику, спросила она.
— Это вы меня так спрашиваете, не боюсь ли я вас? — уточнила ведунья, едва сдерживая улыбку — в последнее время хаш-эдов как-то подозрительно часто волновал этот вопрос. — Честно говоря, боюсь, конечно. Но если бы я в ступор впадала при каждом наглом и сильном клиенте, то мне давно бы жрать стало нечего. Тем более что многие же наглостью слабость прикрывают. А слабость — это следствие боли.
— Ты у нас, получается, не только ведьма, но и философ?
— В.. — Арха, по привычке хотела ее поправить, но вовремя прикусила язык. — Вы с чего взяли, что я ведьма?
Кажется, вытаращить глаза у девушки получилось вполне правдоподобно.
— Только не говори мне, что ты лекарка. Если бы ты в университете училась, то так бы не одевалась, — усмехнулась демонесса.
— Я и не говорю, — Архе пришлось снова пожимать плечами. — Я из Сарима, моя бабка была травницей. И меня кое-чему научила. Потом уж мне самой пришлось, когда в столицу перебралась. Знаете ли, в нищих кварталах с лекарями не густо.
— Ой-ей, как трогательно! Я сейчас расплачусь! — она скривила губы. — А говорить правильно тоже у нищих научилась?
— Почему? — на сей раз, лекарка изумилась вполне искренне. — У нас жил книжник один, ученый. Он бежал из империи и поселился в деревне. Он меня и учил. И говорить, и читать. Математике немножко.
Кстати, это была абсолютная и искренняя правда. Если не считать того, что Арха забыла упомянуть, из какой именно империи он сбежал. Но это к правильности произношения никакого касательства не имело.
— Ладно. Собственно, это все неважно. Мне до твоей биографии дела нет, — лекарка едва удержалась, чтобы не поинтересоваться, зачем демонесса тогда вообще ее расспрашивала. — Я хочу тебя предупредить, чтобы ты особо не усердствовала. Конечно, вчера тебе удалось меня выставить… в не самом выгодном виде. А сегодня почти удалось обвинить в отравлении. Но только это ничего не значит. Я…
— Погодите, это вы сейчас о чем? Как мне удалось вас выставить? По-моему, вазы вы начали бить без моего участия.
— Я имею ввиду когда я… Когда у меня… — ее скулы заметно порозовели.
— Вы имеете в виду, когда с вами вомитус[9] случился?
— Что?
— Ну, когда вы пол в холле загадили, — невинно хлопая глазками, пояснила Арха.
— Да ты…
— Считаем до пяти, — напомнила лекарка. — Леди, вам не кажется, что ваши логические построения слишком сложны? Вы меня сейчас обвиняете в том, что я заранее все спланировала? Уверяю вас, боднула я совершенно машинально. А что мне еще делать оставалось? Я драться не умею, да и не приходилось мне раньше. Ну, а то, что я вас… э-э-э… нагнула, так тут тоже рефлексы виноваты. Кстати, это и не гарантировало появление… вомитуса. Это я вам как лекарь говорю.
— Хочешь сказать, что сегодняшний спектакль с отравлением ты тоже устроила рефлекторно?
Все-таки, видимо скачки настроения у хаш-эдов были отличительной чертой их расы. Хотя, возможно, это было свойственно всем демонам? Но если пять минут назад золоторожка была готова разорвать лекарку, то теперь она только надменно бровки вздернула.
— Ох, Тьма! Да не было никакого отравления! Не было! Я просто переела непривычных для меня продуктов. Я что, виновата, что на боль обмороками реагирую?
— И реакции Дана ты предсказать не могла? — она снова презрительно улыбнулась Архе.
— Леди, — прилагая все усилия для того, чтобы донести до нее свою мысль, ведунья заговорила с демонессой как с душевнобольной, — мы с ним познакомились всего несколько дней назад. Как я могу предсказать, как он отреагирует? Я даже его любимый цвет не знаю, а вы о реакциях.
— Но крем же ты проигнорировала.
Архе пришлось скрипеть зубами, давя в себе жгучее желание побиться головой о стену.
— А как, по-вашему, я должна была ответить на эту выходку? Слабительного вам в чай подсыпать?
— Что-то типа этого, — невозмутимо ответила она.
— А вам-то это зачем? — оторопела девушка.
— Ну, я бы сказала, что просто хотела с тобой подружиться, но не учла разницы между кожей демона и человека. А ты слишком злобная и решила мне отомстить. Дан терпеть не может мелочность.
Архе осталось только воздух ртом хватать, да таращиться на нее.
— Вы вот это сейчас серьезно, да?
— Тебя что-то не устраивает?
— Да как вам сказать… Леди, вы никогда не слышали сказку про лису, которая так старалась запутать свои следы, что у нее голова закружилась?