«Но сейчас он знает нас всех, знает наши слабые места. Он может воплотить наши страхи в жизнь, и мы не отличим их от реальности. Во что мы ввязываемся?» — думала Дженни.
Остаток полета она смотрела в овал иллюминатора, сжимая холодные металлические края подлокотников.
В Питтсбурге в шесть пятьдесят шесть утра было холодно. И небо было такое синее, каким оно редко бывает в Южной Калифорнии ранним утром. В Виста-Гранде, где жила Дженни, майское небо было серого цвета.
Им пришлось взять от аэропорта такси, потому что машину напрокат не дадут никому младше двадцати пяти. Ди посчитала это оскорбительным и собралась поспорить, но Дженни вовремя оттащила ее в сторону.
— Мы стараемся не привлекать к себе внимания, — прошипела она.
Но дороге в Монессон они видели реку с огромными уродливыми судами.
«Монангаэл и угольные баржи», — припомнила Дженни.
Они видели деревца со стройными стволами и воздушными розовыми почками.
«Багряник, — узнала Дженни, — А вон там, с белыми цветами, — кизил».
Затем на горизонте появился металлургический завод — белый дым, поднимаясь, становился серым.
— Здесь повсюду были домны, — сказала Дженни. — Когда они работали, местность напоминала ад. В самом деле. Все эти трубы, изрыгающие огонь и черный дым… Когда я была маленькой, я думала, что ад выглядит именно так.
Они добрались до маленького городка Монессон. Майкл следил за счетчиком такси с нарастающей озабоченностью. Все остальные смотрели в окно.
— Мощеные улицы, — удивилась Ди. — Вы можете себе представить?
— C'est drole ca![2] — пожала плечами Одри. — Как необычно!
— Они не все мощеные, — возразила Дженни.
— Зато крутые, — ответила Ди.
Город стоял на холмах.
«На семи холмах», — вспомнила Дженни.
Когда они с Заком были детьми, это казалось…
«Не надо думать о Заке. И не думать о Томе», — но, как всегда, от имени Тома у Дженни заныло в груди.
— Мы на месте, — сказала она вслух, с усилием отвлекаясь от своих мыслей.
— Сентер-драйв, дом три, — подтвердил водитель и вышел, чтобы вытащить их вещи из багажника.
Одри, отец которой работал в дипломатическом корпусе и которая выросла, путешествуя по всему миру, заплатила таксисту. Она проделала это с потрясающим изяществом, добавив чаевые.
— Деньги… — начал было Майкл страдальческим шепотом.
Одри проигнорировала его. Такси уехало. Дженни задержала дыхание и огляделась. На всем пути от Питтсбурга ее преследовали обрывочные воспоминания. А сейчас, напротив дедушкиного дома, что-то знакомое и родное стремительным напором буквально поглотило ее.
«Я знаю это! Я знаю это место! Я помню!»
Конечно, она все помнила. Она здесь выросла. Широкий зеленый газон без тропинки посередине — они с Заком играли здесь. Низкий кирпичный дом с белым крыльцом — сколько раз она взлетала по его ступенькам!
Тем не менее это было странное воспоминание. Дом казался меньше и не совсем таким, каким она его представляла.
«Может, потому, что он пустовал десять лет, — подумала Дженни. — А может, он действительно изменился…»
Да нет, дом-то остался прежним — это она изменилась. Она была здесь последний раз, когда ей было пять лет.
Память об этом, как брызги ледяной воды, вернули Дженни к цели приезда.
«Хватит ли у меня смелости? Хватит ли смелости вернуться в ту комнату и пережить снова все, что произошло тогда?»
Тонкая рука, сильная, как у мальчишки, легла ей на плечи. Дженни оглянулась и увидела устремленные на нее глаза друзей.
Одри молчала, ее блестящие золотисто-каштановые волосы отдавали медью в лучах утреннего солнца, а карие глаза были полны спокойного сочувствия. Круглое лицо Майкла казалось особенно серьезным. Ди, держа руку на плече Дженни, грубовато ухмыльнулась.
— Ну, давай, Тигренок! Сделаем это! — сказала она.
Дженни выдохнула и попыталась изобразить улыбку.
— Надо пройти на задний двор. Там должны быть… м-м-м… каменные ступеньки, ведущие в подвал, и дверь. Если мне не изменяет память…
Память не изменила Дженни. На заднем дворе Ди вытащила ломик из своего рюкзака.
Они хорошо подготовились. В рюкзаках были также полотенца, чтобы расстелить их под окнами, которые им, возможно, придется разбить, молоток и отвертка.
— Хорошо, что дом пустует. В противном случае нам не удалось бы это сделать, — сказала Ди, ловко орудуя ломиком.
— В противном случае не было бы никакого смысла делать это, — возразила Дженни, — Если бы кто-то въехал, то вычистил бы подвал. Кстати, мы не можем быть уверены, что этого еще не сделали…