— А что было раньше? — поинтересовался Костя.
— Раньше любой, взявший в руки что-нибудь огнестрельное, карался в течение суток — с ним происходил несчастный случай… Такова была сила «эго» повелителя. Но это все в прошлом! — возвысил голос младенец. — Сейчас ситуация обратная: невооруженный рискует куда больше… Так что, камрады, давайте-ка вскроем тайник прямо сейчас.
Спустя малое время повстанцы приволокли брезентовые баулы. В воздухе сразу распространился густой запах оружейной смазки. Скатерть поспешно освободили от остатков трапезы, и посреди комнаты выросла груда металла: револьверы, ружья, россыпь патронов и громоздкие, немыслимого калибра штуковины, слегка смахивающие на тяжелые строительные перфораторы.
— Сан Саныч, скажи — у тебя нет чувства, будто ты сейчас делаешь чей-то не то? — тихонько спросил капитана Костя, задумчиво разглядывая весь этот арсенал.
Гаргулов лишь скрипнул зубами: чувство такое действительно имелось, и он всеми силами пытался его побороть. «В конце концов, ты оперативник, профессионал, — нашептывал ему внутренний голос. — Неужели тебе так уж нужна помощь этих придурковатых террористов?!»
Нарушить табу коренным аристопальцам оказалось нелегко: капитан видел, как на лицах заговорщиков проступали капельки пота, руки тянулись к смертоносным игрушкам и тут же отдергивались. Но этот барьер был взят; почти сразу наступила реакция — облегченное, немного истеричное веселье.
— Atencion, amigos![5] — выкрикнул Хорхе, перекрывая радостный гам. — Посмотрите, что нам удалось достать!
Шум голосов затих. Испанец с видимым усилием поднял над головой ту самую крупногабаритную дуру, которую Гаргулов не смог опознать.
— И что это за штука? — недоуменно спросил кто-то.
— Эр-Эр! — изумленно воскликнул Адорабль. — Глазам своим не могу поверить! Что ж ты молчал, а?!
— Мы хотели сделать тебе сюрприз! — улыбнулся Хорхе. — Настоящие ракетные ружья, целых пять штук… И по два комплекта ракет на каждое.
— Сколько же вы за них заплатили? — поинтересовался Адорабль.
Улыбка Хорхе немного увяла.
— Э-э… Довольно дорого…
— Так, а конкретнее? Надеюсь, не потратили все, что было?
— Ну… Фактически мы еще остались должны крупную сумму… — нехотя признал Хорхе. — Но дело того стоило! В конце концов, к утру мы будем распоряжаться всеми богатствами Термитника… Или не будем распоряжаться уже ничем.
Личико младенца налилось кровью.
— Вот как! Значит, ставим все на один-единственный удар?! А если Термитник окажется нам не по зубам?! Если придется отступать, скрываться, уходить в подполье?! Об этом ты не подумал, а?!
Хорхе с опущенной головой всем видом изображал раскаяние.
— Просто зла на вас не хватает! — Адорабль нашарил погремушку и яростно ее укусил. — Стоило мне уехать — на один день! — как тут уже все пошло вразнос…
— Да, но с РР наши шансы ощутимо возрастают… — робко заметил кто-то. — Может быть…
Тут вернулась Адриадакис, таща здоровенные сумки.
— Наконец-то! — хмуро буркнул младенец. — Объявляю военный совет законченным… Я обосрался.
Адриадакис с грохотом уронила поклажу на пол.
— Ну что ты на меня так смотришь?! — раздраженно осведомился Адорабль. — Ты же знаешь, я не могу это контролировать… И вообще, если ты устала и не хочешь возиться — я бабок попрошу.
— Справлюсь сама! — процедила девушка, с яростным хрустом надрывая упаковку памперсов.
Помимо оружия, в тайнике была припрятана еще и одежда — черная и темно-синяя.
— Под нашим солнцем любая краска начисто выгорает за неделю, — пояснил Кван. — Поэтому белый цвет считается самым практичным. Но отправляться в белом на ночной штурм — это как-то…
Бывший главный редактор подъехал к дому на своем паровом грузовичке. «Отличное прикрытие. Штурмовая группа спрячется в кузове; сейчас сезон сбора коры, и груда мешков не вызовет подозрений», — решил Адорабль. Сам младенец вместе с Адриадакис и старухами должен был оставаться на плавучем островке — его вывели из болотистой дельты и отбуксировали вверх по реке, поближе к городским стенам.
— Если все пройдет удачно, пальни из этой штуки в небо, — сказала девушка, вручая зардевшемуся Збышеку одноразовую ракетницу. — Мы будем наготове.