Коммандер Стив Лэнг, стоявший сейчас на мостике эсминца "Шон Эдвартс" (названного так в честь одного из знаменитых героев Гражданской войны — если в ВМС США линкоры обычно носят имена штатов, крейсера — городов, авианосцы — славных американских битв и побед, то эсминцы и корабли рангом ниже зовутся в память простых людей, совершивших когда-то подвиг во благо Америки) не был сентиментален. Но когда впереди страшный бой со смертельно опасным врагом — то умирать лучше за действительно великие идеалы.
Что такое Американская Идея? Это не вера в то, что твоя нация или религия, или идеология — самые лучшие. Это вера в то, что любой человек способен добиться всего, чего захочет! Короли прошлого и тоталитарные диктаторы настоящего, без разницы нацистские, фашистские или коммунистические, всегда разделяли людей по их национальности или происхождению. В Соединенных Штатах это абсолютно неважно — в минувшей войне американским флотом командовал немец Нимитц, а армией — такой же немец Эйзенхауэр! Без разницы, кем ты родился, без различия сословий и религии — в Америке ты можешь добиться всего, если тебе повезет. Учись, работай, стремись к своей мечте — и к тебе придет успех. Любому американцу известно, кем были предки Рокфеллера, Моргана, Дюпона — не герцогами и графами! А простыми парнями, которые трудились больше всех.
В прошлую войну Лэнг встречался с русскими и они показались ему неплохими ребятами — сильными, простыми, честными, открытыми. Но каждый раз, когда заходила речь о жизни в России и Стив задавал какой-нибудь каверзный вопрос по поводу современных коммунистических порядков — русские лишь простодушно отвечали "Так сказал товарищ Сталин, кто мы такие, чтобы с ним спорить!" Их вера в своего вождя была настолько по-русски наивной и безграничной, что Лэнгу становилось не по себе. Целое поколение людей, воспитанных в покорности диктатору… Что же будет, если их вождь прикажет им воевать со всем свободным миром?!
Русские рабочие-пролетарии гордились своим "классовым происхождением". Наверное, даже больше, чем реальными достижениями. Дед Лэнга тоже был простым лесорубом. И очень гордился, найдя себя на открытке, которую можно было купить даже в Нью-Йорке — фотография, сделанная каким-то заезжим репортером, одиннадцать человек сидят на свежем пне гигантской секвойи, как рыцари короля Артура на их круглом столе, двадцать футов в диаметре, "мы сделали это", всего за один день свалили дерево, которое, как утверждают, росло тысячу лет. Мы — первые, мы — лучшие, в какой другой стране простой парень с топором мог гордиться своим делом, как английский лорд своей родословной? Уж точно не в России, где такие парни были на положении поротых рабов, а тон задавали бездельники-аристократы с их пирами, охотой и балами, как в кино где Грета Гарбо играла роль русской княжны[19]. Русская революция свергла царей и аристократов и объявила людей свободными. Но на самом деле на смену рабства под властью аристократов — пришло еще более тяжелое рабство под властью тоталитарного государства. Золотые цепи сменились стальными, но русские, с которыми говорил Стив, не понимали этого, веря, что действительно свободны. Ведь "Так сказал товарищ Сталин"! Может быть, для них "свобода" — это выполнять его волю?..
Отец Лэнга подался в Нью-Йорк. Работал там строителем — вот фотография, как десяток человек сидят на стальной балке и обедают, а под ногами триста футов пустоты. Небоскребы научились строить, когда изобрели стальной каркас, на который опирались стены и перекрытия — и чтобы склепать балки на большой высоте, требовалось цирковое искусство. Когда рабочий у печки находит, что заклепка готова (слабо нагреть — не расклепается, сильно — будет крутиться в отверстии), то он щипцами выхватывает ее из печки и с силой бросает работающим, иногда на сто футов по расстоянию, и на два или три этажа вниз или вверх — ведь передвигать горячую печь в течении рабочего дня нельзя. Этого "подающего" члена бригады зовут "повар", а трех его напарников "вратарь", "упор" и "стрелок". Первый должен летящий в него раскаленный докрасна стальной цилиндр, четырех дюймов в длину и полтора фунта весом — поймать в жестяное ведро, или даже обычную консервную банку, стоя на голой балке рядом с местом клепки. Затем он щипцами загоняет заклепку в отверстие, тут же "упор" стальным стержнем и собственной силой прихватывает ее с внешней стороны, а "стрелок" бьет с внутренней, расклепывая хвостовик, и хорошо если пневматический молот есть, а не простая кувалда. И все это, балансируя на узких помостах без ограждения, или прямо на голой балке, "страховку придумали трусы". Поскольку хорошая бригада должна так забить пятьсот заклепок за смену, и каждый раз отвязываться и привязываться было бы непозволительной тратой времени. Зато лучший клепальщик получал пятнадцать долларов в день[20]! И несказанно гордился своей профессией, между бригадами были состязания как между бейсбольными командами, кто сегодня лучший, кто чемпион (не только репутация, но и право более высокой оплаты). Могли бы так работать — подневольные рабы при тоталитаризме? Рассказывают, у советских есть что-то похожее, "ударник труда" и "социалистическое соревнование", только с довеском — будешь работать плохо, тебя в ГУЛАГе сгноят как вредителя. И не было у них никакой дополнительной платы за работу в сверхурочные часы, никаких премий лучшим работникам, их пропаганда говорила, что они просто обязаны работать еще лучше, чем работают сейчас, и что работать сверхурочно — надо "из уважения к нашему любимому товарищу Сталину". Нет у несчастных русских рабочих истинной гордости за свою работу, как в подлинно свободном мире!
20
Доллар 1910 года был примерно в 20 раз дороже современного. Так что выходило в пересчете на наше время — 300 в день, свыше 7000 в месяц, при шестидневной рабочей неделе. Что выше даже современной зарплаты в США по таким профессиям как бухгалтер, офис-менеджер, низший административный персонал.