Еще одна фигура характерна для конца XV века – Перрине Грессар, наемник, обрекший Жанну д'Арк на неудачу: он был одним из приспешников англо-бургундцев. А Жан Люксембургский? Он заслуживает нашего внимания, ибо именно он держал Жанну четыре месяца в плену, а затем выдал ее англичанам. И, наконец, как не упомянуть о судье Пьере Кошоне и не рассказать, как составлялся текст обвинительного процесса, используя последние открытия историков.
Нами не забыт Робер де Флок, один из тех, кто провел большую часть своей жизни в баталиях; он не был товарищем Жанны д'Арк, но мы можем проследить за его судьбой во время начатой Жанной борьбы за возвращение королевства: его судьба характерна для соратников Девы. И в заключение – Жак Желю и Жан Жерсон, рассказавшие о духовности Жанны д'Арк и об отношении к юной крестьянке части церковников.
I. Карл VII
Часто историки слишком строго судили его. Слабость, проявленная им в первые же годы правления, его "низкий отказ" от Жанны д'Арк, его неблагодарность по отношению к Жаку Кёру и, наконец, последние годы жизни, потраченные скорее на удовольствия, чем на выполнение своих обязанностей, – все это говорит об одном: человек он малоприятный. Но нельзя сбрасывать со счетов его усилий, предпринятых для восстановления королевства.
Жорж Шателлен, бургундский хронист, описывает Францию начала XV века: "Все идет кувырком, полная неразбериха, раны, наносимые англичанами, и разгром, учиняемый разбойниками!"
Совсем другую страну оставит в наследство в 1461 году Карл VII – после тридцатидевятилетнего правления – своему сыну: "По смерти своей он оставил королевство в таком добром мире, спокойствии и справедливости, каковым оно было во времена короля Хлодвига, первого христианина".
Тот, кого враги пытались представить незаконнорожденным сыном королевы Изабо, стал после миропомазания в Реймсе, столь желанного и осуществившегося благодаря Жанне д'Арк, "королем Франции Божьей милостью", и таким образом его статус был законно подтвержден. Именно тогда Карл VII приступил к восстановлению королевства: для этого понадобилось примирить арманьяков с бургундцами, конкретным подтверждением чего стал мир, подписанный в 1435 году в Аррасе. Затем король избавился от банд мародеров[89], отправив их сражаться в Швейцарию и Германию. Но главное, Орлеанским ордонансом 1439 года он заложил основы постоянной армии и создал отряды вольных стрелков – прообраз наших современных жандармов.
Его военные реформы были не сразу поняты и одобрены современниками, ибо расквартирование армии и назначение военачальников королем далеко не отвечало средневековому духу. Реформы вызвали мятежи крупных феодалов: это была Прагерия 1440 года[90]. Карл VII провел также судебную реформу (великие ордонансы, подписанные в Монтис-ле-Тур в 1436 году). В 1454 году он предписал отредактировать кутюмы (записи обычного права) и вновь установил три традиционные палаты: большую палату, следственную палату и палату кассационного суда. Прагматической санкцией, принятой в Бурже в 1438 году, Карл точно определил отношения между церковью Франции и папством, ограничив его власть, ибо отныне епископов и настоятелей монастырей назначал сам суверен. И, наконец, процесс по реабилитации Жанны д'Арк явился актом справедливости и успокоил французов.
Этого короля, которого современники называли "победителем", следующим образом описывают жители Шалона в 1429 году: "мягкий, ласковый, милостивый, несчастный и милосердный, красивый, умеющий держать себя и очень умный". Набожность и сострадание к своим подданным – вот две черты характера, постоянно отмечаемые биографами. Жанна д'Арк сказала во время процесса: "Не говорите дурно о моем короле, он добрый христианин". Но по отношению к фаворитам его доброта довольно часто граничила со слабостью. Жорж де Ла Тремуй относился к тем, кто ловко получал от короля и власть, и разнообразные пенсии.
Жан Жювеналь дез Урсен, один из крупных епископов того времени, так пишет о короле: "Его жизнь и его правление прекрасны, честны и приятны Богу". Карл VII был человеком образованным, особенно хорошо знал историю и теологию, умел расположить к себе, обладал приятным голосом, любил искусство, часто играл на арфе и не проявлял склонности к охоте.
Иногда короля охватывали приступы ужасного страха – эхо событий его детства и отрочества: он не выносил, чтобы под ним был деревянный пол, помня о происшествии в Ла-Рошели[91]; он также не мог проехать на лошади по деревянному мосту – воспоминание об убийстве, совершенном в Монтеро, преследовало его всю жизнь. Его чрезвычайно смущало присутствие незнакомых людей; рассказывают, что, когда он видел за столом незнакомое лицо, то внимательно смотрел на него на протяжении всей трапезы и даже забывал есть.
89
См. прим. 17. Во времена Карла V главнокомандующий Дюгеклен по поручению короля впервые применил в качестве борьбы с мародерами "выведение" их отрядов за пределы Франции, туда, где требовалась военная сила.
90
Прагерия – восстание крупных феодалов во Франции в 1440 г. под руководством дофина Людовика против короля Карла VII. Восстание было подавлено, однако его участники получили помилование. Название движение получило от Праги, столицы Чехии, незадолго до этого охваченной гуситским движением. Тем самым участники Прагерии приравнивались к мятежным низшим сословиям, да еще и еретикам.
91
Карл VII был третьим сыном Карла VI, следовательно, не предполагалось, что он станет французским королем. Однако его братья Людовик и Жан умерли: один в восемнадцать, другой в девятнадцать лет (1415, 1417 гг.). Таким образом, в самом разгаре гражданской войны во Франции (борьба бургиньонов и арманьяков), а также военных успехов англичан под руководством Генриха V в северной части страны дофин Карл оказался единственным наследником французской короны. Весной 1418 г. он чудом спасся с помощью парижского прево из захваченного бургиньонами Парижа, в 1419 г. на мосту Монтеро на его глазах одним из его сторонников был убит герцог Бургундский Жан Бесстрашный (см. прим. 33). Тень подозрения в соучастии дофина в этом убийстве преследовала Карла VII всю его жизнь, ему не раз (например, перед заключением договора 1435 г. в Аррасе с герцогом Бургундским) приходилось публично отвергать эти подозрения. В 1420 г. мать Карла королева Изабелла Баварская открыто подвергла сомнению законность его происхождения, подкрепляя тем самым главный пункт договора 1420 г. в Труа, согласно которому наследником французского престола стал английский король Генрих V. В 1422 г. в комнате Карла VII провалился пол. По-видимому, это было покушение, от которого он чудом спасся, хотя многие из его окружения погибли. В результате в поведении Карла VII появилось немало странностей: он, например, боялся пройти по мосту, избегал общественных и многолюдных мест. Некоторые исследователи считают, что Карл VII страдал расстройством нервной системы, полученным по наследству от психически больного отца, Карла VI.