— Папа! Останови машину!
Мама обернулась ко мне.
— О господи, Джайлс! Она вся зеленая!
Папа остановил машину. Я выскочила — и как раз вовремя. Меня вывернуло наизнанку.
Как только мы вернулись в кемпинг, мама уложила меня в кровать. Чувствовала я себя ужасно. Меня бросало то в жар, то в холод, все болело, и тошнота не проходила. В голове стучало, а ноги казались налитыми свинцом. Папа жутко переживал.
— Может, попросить курьеров позвать врача? Думаешь, это от морепродуктов?
— Дело не только в еде. Скорее всего, она с непривычки пересидела на солнце.
Не очень-то хотелось, чтобы Джейси узнал, как меня вырвало продвинутым блюдом. Но вообще-то мне было все равно. Пусть бы все ушли и оставили меня умирать в тишине! Как же! Я то и дело вставала посреди ночи и ковыляла в туалет. Даже не знаю чего мне хотелось больше — чтобы мы жили в каравилле с собственным туалетом или чтобы божественный Джейси пришел и исцелил меня!
Глава 4
Утром я довольно долго спала, а когда проснулась, солнце жарило вовсю и громко шумели машины, уезжавшие на пляж. Меня больше не тошнило. Кожа была горячей и сухой и немного побаливала, но в остальном я снова чувствовала себя более-менее человеком.
В палатке мало что сделаешь неслышно. Моя кровать явственно скрипнула, и тут же мама заглянула ко мне.
— Ну, как ты, солнышко?
— Уже лучше.
— Принести попить?
— Да ладно, мам. Я встану.
Я попробовала выбраться из постели. Оказалось это не так-то легко: обожженная кожа сильно болела. Я выползла наружу. Ух ты, какое яркое солнце!
— Надень солнечные очки.
Мама сняла очки со своего носа и водрузила на мой. Сразу стало легче. На стуле лежал мамин банный халат, она накинула его на меня прямо поверх футболки и проводила меня к туалетному блоку. Я смотрела под ноги. Вообще-то мне было не до внешности, но все же не очень хотелось в таком вот виде встречаться с людьми. Мамин халат очень старый и как будто сшит из розового махрового полотенца, короче, ужасный. А про солнечные очки а-ля Эдна Эверидж[15] я вообще молчу.
Когда мы вернулись, мама затолкала меня в гостиное отделение палатки и задернула полосатые занавески на пластиковых окнах, но я успела заметить Эмму, Марка, близнецов, еще одного мальчишку их возраста и толстую девочку-подростка. Все они пялились на меня. А еще мой зоркий глаз успел различить этикетку на джинсах толстушки. Надо быть совсем больной, чтобы не рассмотреть лейбл «Earl». Тут я услышала, что говорит мой заботливый брат Дэнни на потеху собравшимся:
— Вот зрелище для воспаленных глаз.
— Очень смешно, — пробормотала я, пока мама подавала мне завтрак — нарезанные персики и стакан минералки. С улицы доносился смех.
Вошел Дэн.
— Я к Бекки, мам.
— Вернешься к ланчу?
— Может быть.
— Дэн! — позвала я. — Бекки — это та девчонка в джинсах «Earl»?
— Не знаю, вон она, если ты ее имеешь в виду. Ну, пока!
Как можно не заметить такие классные джинсы? Шмоточная аристократия все-таки. Хороший у нее вкус. С ней, наверное, стоит познакомиться. Я снова вернулась к своему персику, но меня отвлекла мама:
— О тебе все спрашивали. Марк очень беспокоится, и их мама тоже. И эта милая голландская семья из соседней палатки. И все курьеры. Даже Джессе.
Что за Джессе?
— Джейси, мама, это как Джей-Си[16].
Хм-м… Как Джейси узнал? Приятно ли мне, что он беспокоится? Впрочем, мама всем сказала, что это из-за солнечного удара, а не из-за еды.
— Думаю, тебе сегодня не стоит находиться на солнце, — продолжала мама. — Я перетащу шезлонг в палатку.
— Ну мам! — возразила я. — Я же помру со скуки! У меня даже мобильный здесь не ловит.
— Не помрешь. У тебя есть плеер и книжки. Еще можешь подписать открытки.
— Вот здорово-то.
— Софи, мы все хотим, чтобы ты поправилась. Может, Дэниел приведет своих друзей к тебе в гости.
— Да уж, от этого мне точно станет лучше.
Я оделась на случай, если кто-нибудь зайдет. Мама суетилась, устраивая меня поудобнее. А потом высказала истинную причину своего беспокойства.
— Папа хочет поехать на рынок в Ла Рош. Я останусь с тобой, если хочешь, но если тебе действительно лучше, то мы вернемся где-то через час…
— Поезжай, мам. Я в порядке, особенно если ты не будешь суетиться вокруг меня.
— Мама Эммы и Марка предложила заглядывать к тебе время от времени, на случай, если тебе что-нибудь понадобится…
— Мам, иди!
15
Эдна Эверидж — детище австралийского комика Барри Хамфриса. Пародия на «благородных британцев» с их консервативными традициями.