— Оборона и задержка не есть пути к победе, — категорически заявил Вильк.
— Нет, Петр, это не так, — печально согласился Герек. — И даже это становиться маловероятным, учитывая подавляющее превосходство Москвы в современных самолетах и тактических ракетах. Недавний де-факто союз России с Китайской Народной республикой дал им возможность высвободить больше количество самых передовых истребителей и истребителей-бомбардировщиков против нас. Мои аналитики оценивают их вероятное число в несколько сотен самолетов фронтовой авиации.
— Притом, что у нас их меньше семидесяти, — сказал Вильк.
— И треть из них — МиГ-29 «Фалкрум», — напомнил министр обороны. — Все мы видели, как они вчера проявили себя против российских Су-35.
Вильк нахмурился. Капитан Качор и лейтенант Чарны были храбрыми и компетентными летчиками. Они были убиты из засады, застигнуты врасплох в мирное время. Тем не менее, мнение Герика было не безосновательным. Модернизированные МиГ-29 ВВС Польши не имели реальных шансов против российских Су-27, Су-30 и Су-35, с их лучшими радарами и ракетами большей дальности.
— Так что же нам делать? — Тихо спросила премьер-министр Клавдия Рыбак. Она была одним из блестящих экономистов, чья работа помогла превратить Польщу из серой марксистской дыры в быстро развивающуюся рыночную нацию.
— Мы должны выразить протест в Совете безопасности ООН, — ответил министр иностранных дел Анджей Ванек.
— Что это нам даст? — Спросила премьер-министр.
— Точно ничего, — значительно сказал Вильк. Он покачал головой. — Давайте не будем обманываться. ООН — это посмешище. Но даже если бы и не так, русские наложат вето на любую серьезную попытку наказать их.
— Тогда следует обратиться в Совет НАТО и Европейский Союз, — предложил Ванек.
— Да, должны, Анджей, — согласился Вильк. — Но только ради нашей и моровой общественности. — Он пождал плечами. — Но я не верю, что НАТО или ЕС примчаться спасать нас. Американцы тоже сами по себе.
— Но почему? — Спросил министр иностранных дел.
— Потому что эти ублюдки в Москве эффективно подкосили их, обвинив нас в том, что мы даем убежище террористам, — сказал Вильк. — Мы все знаем, что это не так, но…
— Но знаем ли? — Внезапно спросил Герек. — Можем ли мы быть в этом уверены? — Удивленные взгляды устремились к нему. — Я не имею в виду утверждения Москвы о том, что наше правительство поддерживает тех, кто убил их генерала, — быстро добавил министр обороны. — Это полный абсурд. — Но он добавил с обеспокоенностью. — Но можем ли мы быть полностью уверены, что эти боевики не действовали с нашей территории?
Вильк тоже подумал об этом. Заявления, сделанные командирами ОБСЕ, румыном Човачи и его болгарским коллегой[26], указывали на то, что нападавшие были украинцами — вероятно, ветеранами, озлобленными на поражение от русских в 2014 году. Польско-украинская граница была дырявой и плохо охраняемой. В Польше проживало немного украинцев, но те, что были, жили, как правило, недалеко от Буга. Мог ли кто-то из них дать прибежище своим соотечественникам, возможно, даже ни о чем не догадываясь?
Он повернулся к министру внутренних дел.
— Вам следует проверить это, Ирена.
— На местах уже работают следственные группы, — решительно сказала Ирена Малиновски. Важная, хорошо выглядящая, она держала свое управление, в которое входила полиция и пограничные силы Польши, железной рукой. — Если доказательства чего-то подобного сохранились в руинах, оставленных этими русскими дикарями, то мы найдем это.
Совещание затянулось более, чем на час, но к концу все явно были не в состоянии решать что-либо, кроме как отговаривать друг друга от «решительного и молниеносного» военного ответа за российский налет на польскую территорию. По общему мнению, президенту следовало поддерживать тесные связи с НАТО и Белым Домом, предоставляя информацию о российской военной активности и стремясь получит как можно больше дипломатической и военной поддержки. Также, все согласились, что следовало развернуть больше войск и полиции, чтобы запечатать границу. Никто не хотел дать Москве новый повод для дальнейшей агрессии.
— Полумеры! — Пробормотал Петр Вильк стройной, жесткого вида молодой женщине, идущей в ногу с ним. Они направились к бронированному лимузину, который должен был доставить их в Бельведерский дворец в нескольких километрах к югу отсюда. Четыре охранника сопровождали их, держась спереди и позади их. — Ничего, кроме полумер!
— Но что мы можем сделать еще, сэр? — Тихо спросила Надя Розек, недавно ставшая одним из личных военных помощников президента. На погонах у нее были четыре звезды капитана, а также эмблема польских сил специального назначения и нагрудный знак лётчика в виде серебряного орла, сжимающего в когтях золотой лавровый венок.
— Это дьявольщина, капитан, — признал Вильк. — У нас нет хороших вариантов. Только выбор между плохим и тем, что еще хуже! Мы именно там, где Москва хочет!
— Вы думаете, русские атакуют нас снова, сэр? — Спросила Надя.
Вильк кивнул и поморщился.
— Да, я так думаю. При всей свой так называемой современности, Геннадий Грызлов — хищник и бандит, как и все его предшественники. Единожды попробовав польской крови без наказания, он будет искать другие возможности, чтобы испытать нашу решимость. Ослабить нас.
Надя не ответила. Но ее серо-голубые глаза потемнели от мысли о еще большем количестве мирных жителей, лежащих мертвыми или покалеченными в руинах своих городов и деревень. Ее губы сжались в тонкую линию. Ее родители хотели, чтобы их единственная дочь стала ученым, врачом или инженером. Вместо этого, она пошла в вооруженные силы, чтобы помочь защитить свою любимую страну. Она не будет просто сидеть и смотреть, как Польшу топчут ногами любые враги — в особенности варвары-русские.
Она взглянула на президента.
— Что союзники, сэр? Остальные страны НАТО?
— НАТО будет бесполезно, я подозреваю, — с горечью сказал Вильк. — Немцы и остальные слишком слабы и слишком зависят от российских энергоносителей, чтобы рисковать помогать нам чем-то большим, чем слова. Или, в лучшем случае, слабыми санкциями. Как будто Грызлова и его покровителей смогут поколебать угрозы их денежным резервам!
— А американцы?
Вильк пожал плечами.
— Я не уверен в новом президенте Америки, Стейси Барбо. Или, скорее, я слишком в ней уверен. Президент Феникс, возможно, не был мудрейшим из людей, но он был человеком чести. Его преемница, похоже, больше беспокоиться о популярности у себя дома, чем о том, чтобы делать правильные вещи за рубежом. Я не считаю, что она поспешит нам на подмогу, если ее избиратели ее в этом не поддержат.
— Тогда мы должны укреплять нашу собственную оборону! — Запальчиво сказала Надя. Она ощутила, как ее щеки мгновенно покраснели от того, что она сказала это таким образом избранному главе своей страны.
Президент только улыбнулся и вздохнул.
— Совершенно верно, капитан. Но, к сожалению, мы очень мало что можем сделать в краткосрочной перспективе. Мы тратим миллиарды злотых на новые самолеты, системы ПВО, вертолеты, танки, подводные лодки и другое вооружение. Но полная модернизация наших вооруженных сил займет несколько месяцев, если нам очень сильно повезет. Что более вероятно, это займет несколько лет.
— И вы боитесь, что нам не дадут этого времени, — закончила за него Надя.
Вильк кивнул.
— Не с русским медведем, который, выпустив когда, уже рыщет у наших границ. — Он снова нахмурился. — Хоть где-то должна быть хоть какая-то альтернатива!
Надя рискнула бросить еще один взгляд на президента. Он смотрел куда-то вдаль, глубоко задумавшись.
Вдруг Вильк остановился, обернувшись к ней, так резко, что идущие сзади телохранители едва в них не врезались.
— Нам нужно получить американцев немедленно, капитан Розек! — Сказал он. — Средство, которое сразу увеличит нашу боевою мощь. В течение нескольких недель, не месяцев и не лет!
26
Так в тексте, однако в главе 2 утверждалось, что вторым командующим был капитан белорусских погранвойск