Охрана воровала вещи заключенных. Бывший император заметил им, что нельзя присваивать вещи. Его грубо осадили: не рыпайся — ты здесь не царь, а арестант, стало быть, не хозяин вещам.
Охранники садились за стол, когда семья ела, залезали к ним в тарелки, курили, болтали, в выражениях не стеснялись. Дочерей бывшего императора вечерами принуждали играть на пианино, а и впрямь, чего они кочевряжатся… Попили народной крови…
Бывший император держался достойно, ничем не выдавая чувств. Трудно поверить, но у него не проглянул ни единый седой волос, кроме бороды — там обозначилась проседь, — да еще быстро начали портиться зубы.
Узнав о скверном питании семейства бывшего императора, послушницы Новотихвинского монастыря взялись снабжать его яйцами, творогом, молоком. Новый комендант, Яков Юровский, тут же урежет передачи. Горела душа у этого большевика на дочерей и сына бывшего самодержца. Еще чего — творог, яйца!
Исторической правды ради следует отметить врожденный антисемитизм бывшего императора. Это была традиция династии и всех правящих сословий России. Поэтому и присутствовала в России черта оседлости.
Публичного выражения своим чувствам Николай Александрович не давал, сознавая, что это недопустимо для главы государства. Однако всю свою жизнь испытывал к еврейству и еврейскому органическое недоверие.
Для бывшего императора не составляло сомнений: ленинская революция — это жидовский заговор против России, ее народа и Романовых. Именно этим объясняется его вопрос Авдееву (Авдеев воспроизводил его в своих воспоминаниях): «Скажите, пожалуйста, Белобородов не еврей?»
Бывший император не допускал мысли, что может быть иначе.
Николаю Александровичу в те страшные дни было пятьдесят лет, Александре Федоровне, урожденной Алисе Гессенской, — сорок шесть, их дочерям: Ольге — двадцать два, Татьяне — двадцать один, Марии — девятнадцать, Анастасии — семнадцать, а сыну Алексею — четырнадцать лет…
Многоголовая гидра!..
Английскими корреспондентами при ставке были Вильтон, Перс и Мьюз. За мужество, проявленное на передовых позициях, Вильтон был награжден «Анной» третьей степени. Лемке встречался с Вильтоном и отмечал в дневнике 24 декабря 1915 г.: «Английский корреспондент Вильтон отлично говорит по-русски, почти без всякого акцента».
22 ноября 1915 г. Лемке заносит в дневник:
«Когда Пустовойтенко поздравил царя с Георгиевским крестом, он, махнув рукой, сказал: „Не заслужил, не стоит поздравлять…“»
«Георгием» четвертой степени Николая Второго наградила Георгиевская дума Юго-Западного фронта 21 октября 1915 г. «за присутствие на передовых позициях», «посещение воинской части на боевой линии», «за пренебрежение опасностью».
Постановление думы скрепили подписями:
председатель думы командир 12-го армейского корпуса генерал-лейтенант Каледин[95]…
командующий 10-й кавалерийской дивизией генерал-майор Марков[96]…
исполняющий должность генерала для поручений при главнокомандующем армий Юго-Западного фронта полковник Духонин[97].
Ленин объяснял Локкарту:
«Наши пути различны. Мы идем на временный компромисс с капиталом. Это даже необходимо, так как, если капиталисты объединятся, они раздавят нас в первой же стадии нашего развития. К счастью для нас, капитализм по самой своей природе неспособен к единению».
Читать следует так.
Мы сейчас слабы, поэтому согласны на уступки (даже такие, как Брестский мир), что означает согласие на сотрудничество (так называемое мирное сосуществование), как, например, с той же Германией. Однако с того момента, когда мы поднимемся вровень, капитализм становится нашим не скрытым, а открытым врагом, то есть подлежит безоговорочному уничтожению. Кровь опять-таки не имеет значения, как и разрушения.
Нам к толкованию главного вождя остается добавить, что с того момента капитализм (по Ленину) обречен на гибель (а массы людей на истребление) вследствие прямого столкновения с государством (или государствами) социализма.
Цель существования социалистического государства — уничтожение капитализма всеми средствами («цель оправдывает средства»). Этично все, что служит данной цели: пусть кровосмесительные связи, убийства родных, пусть любое извращение, порок, пусть любые низости и преступления (имеются в виду низости и преступления «своих»), пусть нарушены любые заповеди морали, пусть любая кровь и любое количество трупов… — да за-ради Бога!
Для торжества социализма допустимо все.
95
После, с марта 1916 г., Алексей Максимович Каледин командовал Восьмой армией Юго-Западного фронта, был произведен в генералы от кавалерии. 17(30) июня 1917 г. избран атаманом Донского казачьего войска. 29 января (11 февраля) 1918 г. Каледин покончил с собой.
96
Генерал-лейтенант Сергей Леонидович Марков станет одним из организаторов белой Добровольческой Армии и кумиром белого офицерства. Отчаянно храбрый, лично будет водить войска в бой. Скончается в мае 1918 г. после тяжелого ранения.
97
Генерал-лейтенант Николай Николаевич Духонин с сентября 1917 г. начальник штаба Верховного главнокомандующего. 1 ноября, после бегства Керенского, принял должность Верховного главнокомандующего, а 9 ноября отстранен СНК. 20 ноября 1918 г. будет заколот революционным матросом.