Поздоровавшись, генерал подошел к карте. Указывая на занимаемую 14-м армейским корпусом позицию, в частности на участок 70-й пехотной дивизии, он проговорил:
— Дивизия прикрывает Двинск, другими словами — дорогу на Петроград. Надеюсь, вы понимаете это? Так вот, если немцы заставят нас отступить за Западную Двину и сдать Двинск, дорога на Петроград будет открыта…»[151]
Род Будбергов был обширен и достаточно представлен на самых разных высших должностях России «скипетра и державы». Обрусев со времен Петра Великого, Будберги служили России преданно и не щадя живота своего. Среди первых чинов дворца мы находим имена гофмейстеров баронов Андрея Андреевича и Федора Александровича, а также шталмейстера Александра Андреевича.
Барон Анатолий Александрович Будберг накануне мировой войны командовал 3-й отдельной кавалерийской бригадой 5-го кавалерийского корпуса. Летом и осенью семнадцатого года барон командовал 14-м армейским корпусом на Северном фронте. После Октябрьского переворота Анатолий Александрович некоторое время сотрудничал с новыми властями. Было такое.
Из показаний Савинкова Военной коллегии Верховного суда СССР на утреннем заседании 27 августа 1924 г.:
«…Я уехал до колчаковского переворота. Когда я приехал в Марсель, то Директории уже не было, а был Колчак. Колчак мои полномочия подтвердил. Даже больше: он меня назначил своим представителем в Париже. В качестве такого представителя я вошел в русскую заграничную делегацию.
За границу я приехал в конце 1918 года. Я ездил часто в Лондон, но жил постоянно в Париже. Обязанности были двоякого рода: одни — чисто дипломатического характера, которые делились на 2 пункта; 1-й пункт — это относительно Версальской конференции, на которой затрагивался целый ряд вопросов о России. Моей обязанностью было оберегать национальные интересы России в связи с этой конференцией (эта конференция обсуждала и решила послевоенное устройство мира. — Ю. В.). Вторая обязанность состояла в том, что я должен был поддержать перед иностранцами ходатайства сначала только Колчака, а потом, когда Деникин признал Колчака, то и Деникина, о материальной помощи Колчаку и Деникину. Кроме того, на меня возлагалась пропаганда. Я стоял одновременно во главе Бюро печати Колчака. Оно называлось «Унион» («Юнион». — Ю. В.)…»
18 ноября 1918 г. Совет Министров принимает решение: «Временно командующий Сибирской казачьей дивизией полковник Волков, командир Первого казачьего Ермака Тимофеевича полка войсковой старшина Катанаев и командир партизанского отряда Красильников, посягнув на Верховную власть с целью лишить возможности осуществлять таковую, арестовали в ночь на 18 ноября в городе Омске председателя Всероссийского правительства Н. Д. Авксентьева, его заместителя А. А. Аргунова, члена того же правительства В. М. Зензинова и товарища министра внутренних дел Н. Ф. Роговского.
Ввиду сего Совет Министров постановил:
1. За указанное выше преступное деяние, учиненное поименованными лицами, передать их, полковника Волкова и войсковых старшин Катанаева и Красильникова, чрезвычайному военному суду, учредив его в следующем составе: председатель — генерал-майор Матковский, члены — генерал-майор Бржезовский…
2. Чрезвычайному военному суду приступить к рассмотрению означенного дела двадцать первого ноября в десять часов утра.
3. На министра юстиции возложить обязанность передать чрезвычайному суду имеющиеся в распоряжении материалы дознания и следствия.
4. Суду рассмотреть дело в порядке правил о прифронтовых военно-полевых судах.
5. Приговор представить на конфирмацию Верховного Правителя».
Верховный Правитель не стал дожидаться двадцать первого ноября и отдал приказ:
«Производятся за выдающиеся боевые отличия со старшинством: из полковников в генерал-майоры — Волков[152], из войсковых старшин в полковники — Красильников и Катанаев, все трое — с 19 ноября 1918 года».
15 января 1919 г. советские газеты с гневом поведали об убийстве Розы Люксембург и Карла Либкнехта — мстит в агонии мировая буржуазия, чует свой смертный час, брызжет ядом слюны да кровью.
Ох, сколько русских людей побили большевики в отместку за убийства Розы Люксембург и Карла Либкнехта! И сколько же лет эти убийства германских революционеров служили оправданием для массового террора!
152
Генерал Волков будет предан легионерами и погибнет вместе с женой и горсткой верных офицеров и солдат под станцией Ангара в ноябре 1919- го. Белочехи, обманув, пошлют его и верных ему людей под пули красных. Чудом уцелеют шестеро человек, один из них и поведает об очередной проделке союзников.