– На память, – пояснил он. – Я дома должен показать.
Я сжалась в комок и промолчала. В комнату зацокала шпильками девушка лет тридцати в офисной юбке и включила диктофон.
– Ну что ж, самое, – начал Тимур, вставая и соединяя подушечки пальцев. – сегодня мы собираемся накануне концерта, самое, посвященного достойному сыну нашей Родины – Халилбеку. Но, самое, на повестке дня стоит не только судьба этого труженика, учёного, гражданина, болеющего за свой народ, но и, самое, грядущий молодёжный лагерный форум. В этом лагере соберутся ребята из разных городов и сёл региона, самое. Очень важно, что наше правительство, самое, таким образом заботится о духовно-патриотическом воспитании молодёжи…
Слушатели внимали серьёзно, вперившись в безгубый Тимуров рот. Девушка даже что-то споро записывала.
– Будут, самое, организованы семинары по обмену опытом, панельные дискуссии по развитию диалога, танцевальные и спортивные площадки.
– Борьба будет? – спросил кто-то.
– Конечно, самое! – заверил Тимур. – Но главное – это дух единения, самое. Ведь что важно нашей власти для эффективной работы? Опора на молодёжь. Так давайте дружно предоставим эту опору! Мы уже проводили очень важные акции: раздача, самое, георгиевских ленточек для поднятия патриотизма среди населения, сбор гуманитарной помощи беженцам из стран империализма. Я, самое, очень рад, что ребята единодушно поддержали акцию «Лайкни хором». Несколько сот человек одновременно лайкнуло твитты руководителей нашего региона.
– Ещё будет такая акция? – оживились в комнате.
– Можно организовать. Сегодня мы заседаем коротко, потому что времени нет, самое. Сейчас начнётся концерт. Многие спрашивают, самое, почему наша ассоциация поддерживает Халилбека. Неужто, интересуются интриганы, мы решили пойти вразрез с тем, что говорят старшие из правительства.
– Да, Тимур, меня тоже этим достают! – поддакнула девушка.
– Отвечайте им так, – отчеканил Тимур. – Что наша, самое, молодёжная ассоциация действует созидательно и только в сотрудничестве с ответственными наставниками сверху. У них больше опыта и мудрости. Они оберегают нас, самое, от искушений лесного экстремизма, наркомании и других социальных язв.
– Правильно! – одобрила девушка.
– Так вот, самое, – вышагивал мой ухажёр перед круглым столом, – я сам непосредственно общался и с некоторыми депутатами, и с другими, как говорится, уважаемыми хакимами[19]. Они все, самое, признаются, что очень ценят вклад Халилбека в развитие региона. Никто даже близко не допустил, что его арестовали по справедливости. Возможно, самое, это намеренный приём, чтобы усыпить бдительность настоящих преступников. Или просто, самое, халатная ошибка следствия.
И тут чёрт меня дёрнул вмешаться.
– Ну допустим, мы ничего не знаем о громких и масштабных злодействах, которые якобы совершал Халилбек, – запальчиво заявила я, не спросив разрешения и как-то внезапно для самой себя. – Но мелочи нам известны. То, что он построил в нашем посёлке казино на незаконной земле…
– Когда это было? Сто лет назад! – перебили меня все хором.
– Патя, самое, – недоумённо уставился на меня Тимур, – твой отец же у Халилбека работал, как ты можешь? И казино, которое ты вспоминаешь, давно закрыли.
– Перенесли в подвал у мечети, – хихикнула девушка с блокнотом.
– Я просто называю факты.
– Факты! – воскликнул Тимур, поднимая указательный палец и вынуждая слушателей примолкнуть. – А ты знаешь, самое, что факты идут от иблиса[20]. То есть от дьявола.
– Объясни, Тимур, объясни, – зашепталось собрание.
– Вспомните, друзья, – начал проповедь раззадоренный Тимур, – чем искушал змей Адама, алейхи салам, и Хаву? Разумом. Он апеллировал к разуму. Он говорил: «Аллах не разрешает вам срывать с древа познания, потому что боится потерять власть над вами». И первые люди не вняли его речам. Не вняли и пали. Единственное, самое, спасение от искушающего, ведущего в ад разума, – вера. Если к вам подходит человек и начинает опровергать вашу веру фактами, аргументами и логикой и вера, самое, у вас начинает шататься, знайте, этот человек – пособник дьявола.
Этим словам я даже обрадовалась. Понадеялась, что, завидев во мне пособника дьявола, Тимур от меня отлепится. Но не тут-то было. Он стрелял глазами, морщил загорелый лоб, ораторствовал и улыбался мне безгубым ртом:
– Особенно, самое, легко оступиться красивой девушке. Вот мы смотрим на разврат, который творится на Западе, и оступаемся. Особенно – девушки, потому что у них ум слабее. Но есть одно спасение – это помнить, самое. Постоянно помнить, что вокруг нас сжимаются кольца мутации. И наша страна – единственная пока не заражённая зона.