...Владислав Анатольевич Бармин сам поговорил с сыном, велев жене не присутствовать при мужском разговоре. Глава семьи пользовался непререкаемым авторитетом, и Люлю не сомневалась, что Ваня послушается отца, но в этот день вся извелась, представляя, о чем ее муж говорит с сыном, и во что все выльется.
Очевидно, Владислав Анатольевич нашел убедительные аргументы. Иван был подавлен, молчалив, прятал глаза, но без пререканий согласился перейти в другую школу. Осуществить это в разгар учебного года было сложно, но “карманная женщина” Люся Бармина могла развить бешеную энергию, когда требовалось. Она использовала свои журналистские связи, нашла знакомых директрисы новой школы, которые повлияли в нужном ключе, пообещала вести семинары для школьников, интересующихся журналистикой, а сын директрисы, бизнесмен средней руки, получил в Люсиной газете целую полосу под бесплатную рекламу, и вскоре Ваня сменил школу.
С тех пор Люлю ни разу не видела Марину. Видимо, мать с ней сурово поговорила, и девочка больше не звонила. Ваня перешел в десятый класс, усиленно занимался, подружки у него не было. Через некоторое время сын уже выглядел как обычно, и Люся призналась мужу:
- Владик, ты, как всегда, был прав. Трудно сказать, во что вылились бы отношения Вани с Мариной, возможно, они сами бы расстались, но сын и в самом деле легко пережил разрыв. И это ему пошло на пользу - сидит за учебниками, все репетиторы отмечают его успехи, теперь я не сомневаюсь, что он поступит в институт. Марина, я полагаю, тоже быстро утешилась, как обычно бывает в этом возрасте.
- Иногда приходится отрубить, причинив боль, и это оптимальный выход из положения, - согласился с любимой женой Владислав Анатольевич.
- Лайза, а вас какие отношения связывали с Заграйским? - Молчанов не сомневался, что собеседница ответит откровенно, - он верил ей.
- Когда-то мы были любовниками, но с тех пор виделись всего несколько раз, да и то случайно.
- Кто был инициатором разрыва?
- Борис.
- Обида у вас осталась?
- В первый момент мне было неприятно, но обошлось без рыданий. Кто-то всегда уходит первым, и я отнеслась к случившемуся без драматизма.
- А почему вы решили прийти на свадьбу?
- Мы с Борисом разошлись мирно, правда, банальной фразы: “Давай останемся друзьями”, - не произносили. У меня была определенная цель - хочу открыть свое дело. А для этого нужны средства. Вот я и надумала предложить Борису вложиться в модельный бизнес. Кроме того, я надеялась с помощью Заграйского расширить клиентуру из людей его круга.
- Ну и как - получилось?
- К сожалению, мне не удалось с ним пообщаться, - не моргнув глазом, соврала Лайза. - В первый день была суета, да и на второй Борис постоянно находился в обществе какой-либо гостьи или нескольких человек. Подойти и попросить уделить мне время я не рискнула, но все же мое присутствие на торжестве принесло кое-какую пользу. Там все общались запросто, и я решила, что потом договорюсь с Борисом о встрече и сделаю ему деловое предложение. Все же на свадьбе обращаться с просьбой неэтично. Даже если бы у меня была возможность остаться с ним наедине, я уже раздумала вести разговор о делах.
- Видимо, теперь с мечтой придется распрощаться?
- Отнюдь, - улыбнулась собеседница. - В доме Заграйского я познакомилась с тремя деловыми женщинами, и у меня появилась перспектива. Двое из них совладелицы большого магазина и очень заинтересовались моим предложением. Они согласны организовать отдел, в котором будут продаваться мои эксклюзивные туалеты, и выделить помещение для демонстрации моделей одежды - для них это реклама. А третья дама, любительница элегантных нарядов, тоже пожелала принять участие в новом для нее бизнесе.
“Так, и тут лихая троица отметилась”, - подумал Молчанов.
- Очевидно, вы имеете в виду Нору, Регину и Аллу? - спросил он, хотя и так не сомневался.
- Да. На редкость приятные дамы.
“Значит, вскоре предстоит убийство какого-нибудь модельера или кого-либо из присутствующих на демонстрации мод[65]”, - мысленно съехидничал следователь.
И вдруг, как гром среди ясного неба, Ваня признался матери, что был на свадьбе Марины Федоровой, уговаривал ее убежать с ним, провел с нею ночь, а потом супруг Марины погиб.
Иван заранее оповестил родителей, что идет на свадьбу знакомой, и пробудет там три дня, но не сказал - какой знакомой, а им и в голову не пришло, что речь идет о Марине. Прошло два года, как ребята расстались, пусть и не по своей воле, но у Люлю с мужем не было никаких сомнений, что это окончательно.
Подругой из числа сокурсниц Ваня не обзавелся, но Владислав Анатольевич считал, что это к лучшему, - пусть парень сначала получит образование. Основным кормильцем их семьи по-прежнему была Люся, а расходы на сына-студента возросли. Шиковать не на что, на жизнь и так еле хватало, но матери не хотелось, чтобы ее любимый Ванюша был хуже других.
Как известно, маленькие дети - маленькие заботы и расходы, большие дети - большие заботы и расходы.
Иван, понимая, как трудно матери, по мере сил старался снять тяжелую ношу с ее плеч, устроился в коммерческую фирму и тоже стал зарабатывать. Родители отнеслись к этому с одобрением, и не только потому, что сын вносил свою долю в семейный бюджет, но и из-за самой инициативы. Человек, который знает, как нелегко достаются деньги, относится к ним более ответственно. Ваня и раньше не практиковал: “Дай!”, “Хочу!” - как некоторые его ровесники, считающие, что родители обязаны выполнять все их прихоти, но с началом самостоятельной работы у него появилось чувство ответственности.
- Вы были на свадьбе одна?
- Да, - ответила Лайза. - Я разведена.
“Крокодил Гена” помолчал, а собеседница догадалась, о чем он намерен спросить, и опередила его:
- Любовник у меня есть, но я решила, что в аспекте моих далеко идущих целей будет лучше, если Борис его не увидит.
Геннадий Павлович уже хотел задать следующий вопрос, но Лайза снова предвосхитила его:
- Нет, о возобновлении отношений с Борисом и речи быть не могло. Ему нравились лишь юные девушки, с его позиций - я старовата. У меня к нему был чисто деловой разговор, а если бы я пришла с любовником, мы с Борисом увязли бы в расспросах на тему: “Как живешь?” Он бы непременно стал намекать на прошлое и рисоваться передо мной и моим спутником, и мне вряд ли удалось бы повернуть беседу в нужном направлении.
- А почему Заграйский надумал вас пригласить? Как я понимаю, расставшись, вы не поддерживали отношений.
- Да, это так. Полагаю, на торжестве было немало бывших любовниц Бориса. На мой взгляд, это своеобразная бравада. Покрасоваться он всегда любил. А еще ему нравилось унижать людей, управлять ими, как марионетками, и при этом ощущать свое превосходство.
- Вы испытали это на себе?
- Нет, наш роман был скоротечным. Я сделала этот вывод, понаблюдав за Борисом на свадьбе. Времени у меня было предостаточно, вот я и занималась психологическими этюдами.
Больше ничего интересного Лайза не поведала, и “крокодил Гена” завершил допрос.
Ну никак не могли предположить Люся и ее супруг, что их любимый сын скрытничает, да к тому же, окажется впутанным в криминальную историю!
- Ванечка, почему же ты не предупредил, что идешь на свадьбу Марины? - со слезами на глазах спросила Люся.
- Потому что вы бы мне запретили. Два года назад отец сказал, что будь я совершеннолетним, мог бы себе позволить поступать по своему усмотрению. Так вот, две недели назад мне стукнуло восемнадцать.
Люся впервые видела сына таким ожесточенным. Выражение лица Вани ее пугало - губы упрямо сжаты, глаза прищурены, смотрит на нее, будто она ему враг, а не родной человек. Владислав Анатольевич с четверга прошлой недели лежал в больнице, и сейчас она этому даже порадовалась, - новость его бы просто убила, у него и так один гипертонический криз за другим.
65
Следующий детектив этой серии и в самом деле будет посвящен преступлению в сфере модельного бизнеса.