- И мочканула! - радостно подхватил опер Тима.
- Уверяет, что не макала, но разговор был на повышенных.
- То-то Екатерина Самойловна разволновалась, когда зашел разговор о дочери, - отметил следователь.
- Еще бы ей не волноваться, раз Заграйский покойник, а примерно в то же время дочка там побывала.
- Мне кажется, Ваня хочет взять на себя вину Марины, - предположила Люлю.
- А она, быть может, ни в чем не виновна. Девушка держится очень спокойно и уверенно. Не думаю, что Марина была бы столь хладнокровна, соверши она злодейство. С ней я тоже пообщаюсь и разговорю ее, - заверила Алла. - А ты кончай мандражить и возьми себя в руки. Среди гостей было столько желающих Борькиной смерти, что опера вкупе со следователем закопаются с этим делом. До твоего Ваньки очередь еще не скоро дойдет, а за это время мы предпримем меры, и ничего страшного с ним не случится, уверяю тебя.
- Ох, Ал, как же с тобой легко. А я уже обзванивала знакомых, хотела занять денег на гонорар адвокату.
- Адвокатов у нас навалом, а Наташа Покровская - один из лучших защитников по уголовным делам, и три шкуры с тебя драть не станет. Она, бывает, вообще не берет гонорар, если человеку нечем платить, но он заслуживает хорошего отношения. Но, думаю, до этого дело не дойдет. Кстати, я только сейчас вспомнила, что не видела Ивана ни утром, ни позже, когда приехала следственная группа. И это обнадеживает. Значит, первичному допросу парня не подвергли, студенты вряд ли его сдадут, Марина и подавно. Есть шанс, что твой Ваня вообще не попадет в поле зрения органов. А Марину, если, паче чаяния, она виновна, отмажем, сделаем ей алиби. К примеру, версия такая. Ирина Кузнецова решила предоставить свою комнату юной парочке и отсидеться где-нибудь. Устроилась на стуле в коридоре, неподалеку от опочивальни новобрачных, зная, что Борис занят водными процедурами и решив уйти как только он появится. За время ее бдения никто не проходил. А не сказала об этом на первом допросе, потому что постеснялась. Хоть и выглядит дико, пусть докажут, что это не так. Делать подругам алиби Иришке не впервой[67]. Это пока навскидку, а по ходу дела придумаем еще какой-нибудь лихой сценарий. Студенты так перепились, что не помнят, кто где был. Можно подговорить одного из них, и тот скажет, что перепутал комнаты и по ошибке ломился в спальню супругов, а потом рухнул на пороге и проспал всю ночь, а за это время дверь не открывалась. Организовать лжесвидетельство - нам запросто, опыт у нас богатый. - Видя, что сокурсница приободрилась, Алла решила поднять ей настроение перифразом: - Самая невероятная ложь всегда выглядит невероятно правдивой.
На следующий день следователь Молчанов вызвал свидетельницу Мазуркевич на второй допрос.
- Лайза, почему в прошлый раз вы скрыли, что в ту ночь, когда утонул Заграйский, вы играли на бильярде поблизости от бассейна?
- Разве это существенно? Я же не имею никакого отношения к его смерти!
- Но вы могли что-то увидеть или услышать.
- Да, я и в самом деле кое-что слышала... - призналась Лайза после некоторого молчания. - Но не хотела об этом говорить.
- Почему?
- Хотя эта женщина малосимпатична, она не виновна в гибели Бориса, вот я и решила - не стоит причинять ей неприятности.
“Однако о незнакомой даме в изумрудном туалете наговорила столько, что сразу возникла мысль о ее причастности”, - мысленно поехидничал следователь. Ему и в голову не пришло, что хитроумная Лайза только что подсунула ему еще одну наживку.
“Крокодил Гена” внимательно вгляделся в лицо свидетельницы - не наводила ли та сознательно подозрение на таинственную незнакомку? К примеру, из женской зависти? Или все же Мазуркевич говорила искренне, и блондинистая дама не имеет отношения к смерти Заграйского?
Так и не отдав предпочтения ни одному из своих предположений, следователь продолжил допрос:
- Расскажите все, о чем не упомянули в прошлый раз.
- Как раз над моей спальней расположена та, в которой собралась компания студентов. Они так топали, что я отчаялась заснуть и надумала прогуляться, надеясь, что за это время ребята разойдутся по своим комнатам. А когда спускалась по лестнице, меня обогнали двое парней, Саша и Федя. Я спросила, куда они направляются, они ответили, что в бильярдную. А я неплохо играю - бывший муж научил - и решила развлечься. Мы играли попеременно, а многие бильярдисты не любят, когда кто-то стоит над душой, поэтому я выходила, чтобы не мешать, - мои партнеры играют гораздо хуже меня, и мне не хотелось их смущать. Курила на улице, потом возвращалась. Когда ребята объявили, что сыграют последнюю партию и пойдут спать, я решила поплавать, полагая, что в это время бассейн уже свободен: у меня не было с собой купальника, я не могла себе позволить в чьем-то присутствии щеголять в нижнем белье. Прошла по коридору и услышала голоса. Женщина по имени Виолетта говорила громко, требовала какие-то документы, а Борис в ответ лишь смеялся. Потом она упомянула о какой-то кассете, а Заграйский ответил, что лучше бы ей не соваться к нему со своими доморощенными изысканиями, он, мол, никогда не использовал шантаж, но хочет напомнить, что за ней водится немало грешков, а потому в ее интересах не злить его, не то известные ему сведения будут преданы огласке. Тогда Виолетта залебезила, стала канючить, дескать, войди в мое положение, Юрий совсем распоясался, его удерживает только страх, что этим бумагам будет дан ход. На что Борис заявил: “Я уже вчера тебе сказал, что не отдам документы, а раз ты надумала за мной шпионить, - и подавно. Ты и в молодости была дурой, а сейчас твои скудные мозги и вовсе жиром заплыли”. Виолетте пришлось уйти, потому что Борис больше не пожелал с ней разговаривать.
“Однако сие не означает, что мадам Зорич не вернулась через некоторое время”, - продолжил про себя следователь.
- Честно скажу, мне было стыдно признаться, что я подслушивала, - повинилась Лайза. - Вначале, поняв, что в бассейне кто-то есть, я хотела уйти, но когда беседа приняла напряженный характер, мне стало интересно.
“А может быть вы, мадам Мазуркевич, решили на всякий случай вызнать подноготную Бориса Заграйского, чтобы потом оказать на него давление, если он не пожелал бы поучаствовать в вашем бизнесе?” - мысленно обратился к свидетельнице Геннадий, а вслух поинтересовался:
- Что вы делали дальше?
- Пошла спать.
- Преферансисты еще были в холле?
- Да.
- Заметили вас?
- Нет, они были увлечены игрой. К тому же, из ниши не видно, когда идешь от центрального входа к лестнице.
“Час от часу не легче, - подумал Геннадий Павлович, решив на днях съездить во владения покойного Заграйского и посмотреть все собственными глазами. - Любой из гостей мог выйти через центральных вход и войти незамеченным. А зачем Лайзе понадобилось выяснять, видно ли ее из ниши? - вдруг осенило его. - Вошла бы и поднялась по лестнице. А Мазуркевич, видимо, оглянулась на игроков и удостоверилась, что они ее не заметили. Или она все же не сразу отправилась почивать, а вначале посетила бассейн? Пообщалась с Заграйским, получила отказ и вспылила? Кстати, ничто не мешало ей пересечь “оздоровительный комплекс”, перекинуться парой фраз с хозяином и пройти по внутренней лестнице. Почему же Лайза избрала окольный путь?”
Алла дожидалась Ивана Бармина возле Финансовой академии и сразу заметила его в толпе студентов. Он тоже ее узнал и подошел к ней сам. Парень выглядел подавленным, и она решила не тянуть.