– Виноват в чем?
– У тебя талант, и вот уже сколько лет я уговариваю тебя выполнять эту дерьмовую подработку! Мне следовало бы раньше это понять. Ты заслуживаешь гораздо лучшего.
– Я думал, ты сейчас устроишь мне скандал!
– Зачем же, сейчас найдем решение. Мне не впервой вешать лапшу на уши. На студию недавно приняли двух других типов, а из-за такой ерунды Земля не перестанет крутиться. В конце концов, этот фильм не «Гражданин Кейн»[91].
– Я заплачу тебе твою долю.
– Плевать мне на эти деньги! Работа мне служит лишь для того, чтобы иметь цель в жизни. Представь себе: я целый день просиживаю в шезлонге, окруженный хорошенькими девушками. Я буду набирать по двадцать кило в год и закончу в обществе анонимных алкоголиков! Не беспокойся за сценарий, я обо всем позабочусь.
– На самом деле я тебе звоню не поэтому.
Я услышал, как он вздохнул.
– Из-за Эбби? Что ты ей еще сделал?
– Сейчас у нас с ней не все хорошо, но я о другом. Попрошу тебя внимательно выслушать меня. Предупреждаю, мой рассказ может затянуться.
– Можешь располагать всем моим временем.
– Очень хорошо. На следующий день после моего дня рождения мне позвонил человек, который представился Сэмюэлем Кроуфордом. Ты, должно быть, о нем слышал, он долгое время был доверенным сотрудником Уоллеса Харриса…
Вот так я все рассказал Катберту, в мельчайших подробностях.
9
Дата: 27.02.1959
кому: директору ФБР
от кого: офис в Лос-Анджелесе, Калифорния
тема: Бадина Элизабет Сьюзан
Уровень национальной безопасности – С
Значительная огласка, которая имеет место по делу пропавшей без вести Элизабет Бадина, может нанести ущерб Бюро. В недавно вышедших статьях средства массовой информации ставят вопрос об эффективности работы сил полиции и правительственных агентов. Согласно имеющейся у нас информации журналисты западного побережья сейчас проявляют активный интерес к прошлому вышеуказанного объекта, что создает риск раскрытия контакта, который мы установили с объектом перед пропажей без вести. Раскрытие таких деталей может оказаться катастрофическим для Бюро и поставить под угрозу значительное количество операций, выполняемых в данный момент и необходимых для безопасности Соединенных Штатов Америки.
Просим отправить нам в кратчайшие сроки все бумаги с грифом «С», имеющие отношение к Элизабет Бадина, и настоятельно не рекомендуем сохранять копии с них. Сведения, которые были собраны, не должны разглашаться за пределами агентства.
Также необходимо, чтобы агент Джон Сеймур проявлял наибольшую осторожность и держался в стороне от новых расследований. Любая информация, связанная с деятельностью прессы относительно этого дела, должна быть незамедлительно предоставлена нам.
10
Когда зазвонил мой мобильник, я еще пребывал в объятиях Морфея. Моя рука нащупала его на подушке и схватила. Я устало приоткрыл один глаз, но когда увидел, кто мне звонит, кровь так и хлынула мне в голову. Пробуждение было резким.
– Эбби, это ты?
Тишина в трубке немного тревожила. Я начал опасаться, как бы она не разъединила вызов.
– Здравствуй, Дэвид.
Выпутавшись из простынь, я присел на краю кровати. Рот у меня был словно полон вязкой каши, голову как будто сжимали в тисках – не лучшая форма, чтобы начать разговор, которого ждал целую неделю. Я провел рукой по лицу.
– Слушай, я хочу извиниться за все, что произошло…
– Не сейчас. Я звоню, так как хотела бы с тобой увидеться.
Тон ее голоса вряд ли можно было назвать обнадеживающим. У меня сложилось впечатление, что она решила окончательно поставить точку на наших отношениях.
– Тебе стоит только прийти, когда хочешь.
– Нет, я в городе. Если в «Спаго» в половине первого? Я уже зарезервировала столик.
– Эбби…
– До встречи. У нас еще будет время, чтобы все обсудить.
Она разъединила вызов. Некоторое время я сидел, по-идиотски таращась на мобильник, а затем отправил его вальсировать через всю комнату.
Эбби задумчиво крутила ломтик лимона в своем стакане с газированной водой. Я выбрал белое вино. С тех пор, как я присоединился к ней в «Спаго» на Хорм-авеню, мы не обменялись ни единым словом. Мы даже не поцеловались при встрече.
– Полагаю, ты получила мое письмо? – наконец спросил я.
Она кивнула.
91
Фильм О. Уэллса (1941), сильно повлиявший на современную киноэстетику; один из самых известных фильмов мирового кинематографа.