– «Дом о семи порталах» должен был стать моим третьим фильмом. Я уже начал писать сценарий, но ни один продюсер не захотел за него взяться. Надо сказать, что эта книга уже экранизировалась в 50-е…[23] кстати, очень плохой фильм, даже не вздумайте его смотреть.
Последнее замечание меня успокоило: судя по всему, недавний промах не вывел меня из игры.
– Этот сценарий у вас еще есть?
– Он не хорош, совсем никуда не годится. Тогда у меня разум был затуманен целой кучей сумбурных теорий относительно искусства экранизации литературных произведений. Я полагал, что для того, чтобы поставить свой фильм, нужно как можно дальше отойти от исходного материала. Я ошибался. В книге все уже есть: я даже думаю, что мы смогли бы начать съемки без постановочного сценария. Все, что нам требуется, – это экземпляр романа с умно сделанными примечаниями.
Если эта книга Готорна для него представляла собой полностью готовый сценарий, я спрашивал себя, что в таком случае я здесь делаю?
– Я бы хотел, чтобы вы его перечитали, сделали пометки и чтобы мы могли как можно скорее снова увидеться. У вас есть где остановиться?
Разумеется, я ничего себе не забронировал. Я думал побыть у Харриса всего день и тем же вечером вернуться в Нью-Йорк. Но я чувствовал, что этим вопросом он поймал меня в ловушку, не оставляющую никакой свободы для маневра.
– Я зарезервировал себе комнату в Стокбридже.
– Превосходно. Вы можете прочитать это до завтра?
Постаравшись не обнаруживать ни удивления, ни беспокойства, я поспешно пролистал книгу.
– До завтра, прекрасно.
– И главное, не забывайте делать заметки! Не надейтесь на память, хорошие идеи имеют свойство быстро улетучиваться.
Хотя мне не особенно понравился его менторский тон, я покорно согласился.
– И последнее, это очень важно: мне бы хотелось, чтобы все, что касается нашего сотрудничества, вы хранили в строжайшем секрете. Не говорите об этом никому, даже своему агенту. Не беспокойтесь, я распоряжусь установить наилучший срок контракта в надлежащей форме, но в ожидании…
По закону я был обязан сообщать Катберту обо всех предложениях, которые могли мне сделать. Сохранив в тайне встречи с Кроуфордом и Харрисом, я уже подложил ему свинью. До 70-х годов нередким явлением было, что сценаристы ишачили над проектом без контракта и оплаты; впрочем, эта наивность часто была источником больших разочарований, когда проект терпел неудачу. Теперь в Голливуде ни один серьезный сценарист не писал ни одной строчки, пока агент и адвокат не подготовят ему железобетонный контракт. Но главным мотивом моего присутствия у Харриса были не деньги. И, как большинство людей в своей профессии, я был бы готов бесплатно работать на него.
– Мне неловко, что прерываю наш обмен мнениями, но сейчас я чувствую, что немного устал. Думаю, не стоило тратить силы на возню в саду. Пожалуйста, передайте мне книгу.
Харрис схватил валяющуюся на столе потертую шариковую ручку и нацарапал на форзаце свой телефонный номер.
– Позвоните мне сразу, как только закончите. Сколько бы времени ни было… Я сплю очень мало, и вы меня не потревожите.
Я поднялся на ноги, чувствуя сильнейшее разочарование: проехать добрых два часа, а в результате наша встреча оказалась обставлена будто обыкновеннейшее посещение дантиста. Особенно если учесть, что во время всего разговора с Кроуфордом мы ни разу даже намеком не коснулись истории с моей матерью.
Харрис даже не проводил меня до машины. Распрощавшись со мной на крыльце, он тут же исчез в недрах своего странного жилища. Когда я пересек границу владений, меня не покидало ощущение, что вся эта встреча в конечном итоге была лишь жалким маскарадом.
5
Отыскать гостиницу было вовсе не трудно. Едва выехав от Харриса, я буквально наткнулся на очаровательную маленькую гостиницу в колониальном стиле. Без сомнения, одна из бывших резиденций богачей из Нью-Йорка. Уверен, она бы очень понравилась Эбби. Моя комната с полосатыми обоями, камин, облицованный камнем, и ванна на ножках, казалось, сошли со страниц романа XIX века, – все это помогло мне погрузиться в атмосферу «Дома о семи порталах».
Так как у меня не было никакого желания сидеть взаперти, я прогулялся по Стокбриджу – городку не особенно претенциозному, но с культурными традициями, где почти невозможно сделать шаг, чтобы тебе на глаза не попалась репродукция картины Нормана Роквэлла. На главной улице я выпил стаканчик, поглядывая на туристов, еще многочисленных сейчас, в конце августа, затем купил кое-что из туалетных принадлежностей, так как не мог и представить себе, что придется провести ночь в Беркшире.