Прасутаг добровольно отдал свое племя во власть Рима, сохранив полностью управление народом в своих руках за выплату постоянной дани. Первоначально эта политика полностью себя оправдывала. Положение стало меняться с подавлением сопротивления остальных племен. Чем больше укреплялось владычество Империи, тем больше внимания уделялось земле иценов и особенно громадным богатствам Прасутага, невероятные рассказы о которых ходили по Британии. На границе с землей иценов на побережье возник поселок ветеранов Камулодун[52].
В этот критический момент, в 61 году, Прасутаг умер, оставив двух дочерей сиротами и Боудикку — вдовой, без наследников по мужской линии.
Женщины у британцев никогда не были на положении безгласных домашних рабынь, как это часто было у римлян. Они могли присутствовать на собраниях племени, открыто выражать свое мнение перед мужчинами, а иногда даже участвовали наравне с ними в войнах. В домашнем хозяйстве их слово вообще было решающим. Женщины могли стать правительницами и военачальницами племен. Поэтому, зная решительный и справедливый характер Боудикки, ицены не были смущены ее правлением.
Другое дело римляне. Они посчитали это удобным моментом, чтобы прибрать к рукам землю «женоподобных» иценов и богатства Прасутага. Предвидя эту нависающую опасность, король перед смертью пытался уменьшить ее. Свое наследство он распределил поровну между дочерьми, с одной стороны, и императором Нероном — с другой.
Но он недооценил корыстолюбие прокуратора Британии Ката Дециана и его покровителей в Риме. Вскоре после похорон Прасутага в родовой поселок Боудикки прибыл военный отряд римлян за наследством короля. Одновременно было сообщено, что прокуратор расторг договор с Прасутагом и права иценов ликвидируются. На них накладывается громадный налог, в счет чего забирается имущество знати.
Боудикка стала протестовать, на что посланец прокуратора высокомерно заявил, что ее мнение никого не интересует, так как она лишена королевских прав. Людей охватило возмущение: римляне вели себя будто на захваченной земле, а не как у союзников. Но сила была на их стороне. Стихийное сопротивление иценов быстро подавили. Начался грабеж поселка, насилие над женщинами. Этой участи не избежали и дочери короля иценов.
Схваченную Боудикку за оскорбление римских властей били плетьми посреди разграбленного поселка. И тогда, избитая до полусмерти, брошенная на пепелище своего дома королева…
— Королева решила начать борьбу с Римом, — торжественно закончил за Медра Линн. Учитывая количество паломников, прибывающих на Мону, можно было не сомневаться, что не только божественные откровения навели его на эту мысль. Но Медр невольно вздрогнул.
— Да, — кивнул он. — Но женщины хитры. И Боудикка решила действовать не только силой, но и хитростью. Римляне свыклись с покорностью женщин и, наверно, презирают их за это. Королева сделала вид, что смирилась. Это не вызвало удивления врагов, они думают, что и у нас женщины прощают свои обиды. С нашими вождями и старейшинами окончательно перестали считаться, забрали все их имущество. Ветераны из Камуло-дуна стали организовывать отряды, которые грабят наши деревни. Это происходит днем, а ночью ицены готовятся к восстанию. К нам уже примкнуло племя трино-бантов, многие отряда из других племен готовы это сделать. Римляне ничего не подозревают, потому что легат Светоний Паулин почти со всей своей армией, кроме IX легиона, двинулся на север Уэльса, оставив земли иценов далеко за собой. Для восстания все готово, и вот теперь я послан сюда, чтобы заручиться поддержкой богов и выслушать их предсказание через тебя.
— Не беспокойся, — тихо произнес друид. — Все боги Моны получат жертвы. А завтра будет заколот посвященный Бригантин бык, и я съем его мясо. А теперь ступай!..
Легат Светоний Паулин зло отбросил только что написанный свиток с сообщением о победе, перевитый веткой лавра. В его шатре стоял гонец, спешно прибывший на остров Мона из Лондиния. Землю многолюдных иценов охватило восстание. Под угрозой господство Рима над всей Британией. А его силы оказались разбросаны. Армия отрезана двухнедельным переходом от места событий. Это может оказаться причиной катастрофы и для Империи, и лично для него, Светония Паулина.