Несколько дней спустя, прогуливаясь по берегу Евфрата, Хасан заметил Рабию. Он расстелил свой молитвенный коврик на воде и пригласил её:
– Подойди. Давай совершим здесь два раката молитвы.
– О наставник, – промолвила Рабия, – на базаре этого мира ты выказываешь нрав обитателей будущей жизни. Так уж яви себя таким, чтобы другие были не в силах подражать тебе.
Расстелив свой коврик в воздухе, Рабия предложила: «Вознесись сюда, где ты будешь укрыт от людских взоров».
Желая утешить его, она добавила: «Твое умение присуще любой рыбе, мое – любой мошке. Истинное духовное тружение – вне этого».
12
«Я провел день и целую ночь с Рабией, беседуя о тарикате и хакикате, – рассказывает Хасан аль-Басри. – У нас и в мыслях не было, что мы – женщина и мужчина, оставшиеся наедине. Однако когда я ушел от нее, я почувствовал себя совершенно опустошенным, она же, я видел, осталась в своей самоотверженности абсолютно чистой (мухлис)».
13
Однажды поздно вечером к Рабие зашел Хасан с друзьями. У Рабии не было светильника, но поскольку собравшиеся подумали, что он бы не помешал, Рабия легонько подула на свои пальцы, и они засветились, до самого рассвета заменяя им лампу.
Если бы кто-то высказал возражения по этому поводу, я ответил бы так:
– Это то же самое, что белая рука Моисея.
– Но ведь он был пророком, – возможно, возразили бы мне. На это я бы ответил:
– Похожим образом последователи Пророка в какой-то мере напитываются его чудодейственными свойствами (карамат).
Божественная одаренность пророка (наби) включает в себя чудеса (муджиза), святой же (вали) благословлен добродетелью повиновения пророку с похожими чудодейственными способностями (карамат)[21].
Как говорил Пророк: «Всякий, кто отвергает не стоящее и гроша недозволенное, поднялся на одну ступень к тому, что значит быть Пророком». Он также сказал: «Истинный сон – сороковая часть пророчества».
14
Рабия как-то послала Хасану три вещи: кусочек воска, иголку и волос.
«Освещай мир, сжигая себя как воск, – завещала она ему. – Как иголка, будь всегда занят духовным тружением, внешне пребывая бездеятельным. Преуспев в этих добродетелях, уподобься волосу, чтобы не видеть себя – и твоя внутренняя работа не окажется пустой тратой времени».
15
Хасан как-то спросил Рабию, как бы она отнеслась к замужеству. Она ответила:
– Брачный договор касается индивидуума. Здесь же никого нет. Я не осознаю себя, существуя лишь посредством Его и под сенью Его произволения. У Него мне следует искать себе супруга.
– Как ты достигла такого состояния? – спросил Хасан.
– Утратив все мои достижения в Нем.
– Как же тогда ты ведаешь Его?
– Ты ведаешь с «как», я – без «как», – ответила Рабия.
16
Однажды Хасан пришел к Рабие и вовлек ее в разговор о «знании, которое не может быть получено посредством обучения или слушания». Он попросил ее привести пример знания, которое вошло в ее сердце непосредственно. Она ответила:
«Я спряла несколько мотков пряжи, чтобы заработать на жизнь, и выручила за них два дирхема. В каждую руку я взяла по дирхему, убоявшись сложить их вместе – чтобы богатство не стало мне преградой. Таким было мое сегодняшнее духовное достижение[22]».
17
Рабие передали, что Хасан аль-Басри сказал: «Если в раю даже на мгновение явление Истины скроется с моих глаз, я буду горевать так, что все обитатели небес сжалятся надо мной».
«Красивые слова, – заметила Рабия. – Однако если в этой жизни человек не в состоянии взывать к Богу с каждым вдохом и потому предается горестному плачу и стенаниям – это признак того, что и в будущей жизни его состояние будет таким же. В противном случае этого не произойдет».
18
Люди спросили Рабию: «Почему бы тебе не выйти замуж?»
Она ответила: «Меня смущает то, что я вынуждена печься о трех вещах. Если вы снимете с меня это бремя, я выйду замуж.
Прежде всего, достанет ли моей веры в момент смерти, чтобы спастись?
Второе: скрижаль моих деяний будет вложена мне в левую или в правую руку?[23]
Третье: в тот час, когда людей левой руки призовут к геенне, а других – правой руки – к небесам, где окажусь я?»
– Об этом нам неведомо, – сказали ей.
– С таким бременем, как мое, помышлять ли мне о замужестве?
Шейх Шуайб ибн Абдул-Азиз аль-Хурейфиш в книге аль-Рауз аль-Фаик добавляет четвертый довод к переложению этой истории, приведенному у Аттара: «Когда ангелы смерти Мункар и Накир сойдут ко мне в могилу, сумею ли я ответить на их вопросы?».
21
В традиционной исламской терминологии чудодейственные способности пророков именуются муджиза; те же действия, совершаемые святыми, называются карамат. –
23
Скрижаль деяний, согласно Корану, в Судный День вкладывается в правую руку праведникам, в левую – неправедным.