КАРЛ
Ну, мой дорогой, вот мы и приблизились к финалу. Коммунистические бандиты из последних сил удирают, наложив в штаны. Значит, пора идти вперед нашему храброму авангарду.
ГЮНТЕР
Брат, позволь мне пойти с ними?
КАРЛ
Дорогой Гюнтер, я не сомневаюсь в твоей доблести. Но позволь отказать тебе, мой милый. Хотя бы пока. А там, на большом острове, посмотрим… Но здесь, на понтонах, между островами, — даже не укрыться.
ГЮНТЕР
Ты полагаешь, они способны выставить арьергардные заслоны? Не слишком ли? Для унтерменшей?
Карл неопределённо пожимает плечами.
КАРЛ
Загнанная в угол крыса способна броситься на человека.
После этих слов он подзывает к себе обер-лейтенанта Хазе и негромко отдаёт приказ. Немецкие миномёты и пулемёты продолжают безостановочно бить.
1.26. ЗМЕЕВО БОЛОТО. ОСТРОВОК БОЛЬШОЙ ЗМЕЙ. НАТ. ВЕЧЕР
АЗАРЁНОК
Да я ж не… Да я со всей радостью и гордостью, раз доверили. Только машинку клинит, с четвёртого выстрела на пятый. Сами потом скажете: мол, Азарёнок — саботажник, вредитель-предатель.
Иван что-то бурчит, ловко сдергивает пулемёт с плеча Азарёнка, вынимает из кармана так называемый складень механика — нечто вроде советского ответа швейцарскому ножу. Вытащив из складня отвёртку, начинает манипулировать с пружинкой пулемёта. Потом удовлетворённо кивает головой, проверяет свободный ход затвора.
АЗАРЁНОК
Как скажете, товарищ майор, а только не доверяю я этому… ведьминому выкормышу. Что он там накрутил? Может, теперь машинка вообще стрелять не сможет?
ВОЛОДЯ
Ты, Азарёнок, свое оружие сам должен был в исправности соблюсти. А теперь у тебя Ванька виноват.
Иван медленно поднимает глаза на Азарёнка и смотрит так, что тот в ответ даже попятился.
АЗАРЁНОК
Ты чего, дурак?! (Иван опускает взгляд и отбирает у него мешок с запасными дисками) Э-ээ! Ты чего, паря?
ОСОБИСТ
Похоже, наш Ваня решил стать героем. Что ж, похвально. Повезло тебе, Азарёнок.
ВОЛОДЯ
Но ведь Алесь Петрович приказал…
ОСОБИСТ
Ничего, я командиру сам объясню. Иван — он и духом крепче, и… Опять же, в случае чего, сможет быстро пулемёт починить. Раз уж у него руки золотые. Вы, лейтенант, лучше покажите, какую вы там позицию наметили? Времени в обрез!
Володя ставит Ивану боевую задачу.
ВОЛОДЯ
Видишь, на берегу валун большой? Вот, рядом с ним. Когда немцы попрут, приглядись, дай две-три очереди и меняй позицию — во-он туда, направо, уходи. Там чуть-чуть подождёшь, снова две-три очереди — и обратно. Главное, не лупи длинными очередями в белый свет как в копеечку. Иначе смысла в этом заслоне никакого. (Досадливо) Хотя… У тебя всего три диска, всё равно отстреляешься быстро. И тогда — сразу назад. Только пулемёт не бросай, может, ещё пригодится. И диски пустые забери, патрон-то к ним винтовочный. А я тебя здесь подожду, с винтовочкой. Постараюсь прикрыть.
ОСОБИСТ
Не стоит, лейтенант. Идите к колонне, вы там нужнее. А винтовку свою оставьте мне. Я и прикрою.
ВОЛОДЯ
Есть, товарищ майор! Удачи тебе, Ваня.
Иван кивает лейтенанту и, даже не глянув на Азарёнка и Особиста, уходит к треугольной формы камню, торчащему из земли у самого берега. Особист смотрит ему в спину с очень странным выражением лица.
1.27. ЗМЕЕВО БОЛОТО. ОСТРОВОК МАЛЫЙ ЗМЕЙ. НАТ. ВЕЧЕР
Немецкие пулемётные и миномётные расчёты поднимают прицелы и начинают работать уже совсем вглубь Большого Змея. Результатов обстрела немцы не видят, так как бьют почти вслепую. Остров тонет: то ли в тумане, то ли в жарком, душном мареве. Ветра нет совсем. Тем временем от Малого Змея стартует немецкая понтонная раскладушка, которая, словно гигантская гусеница, бодро ползёт по болоту. На понтонных плотах — передовой взвод, около 15 человек, все отлично экипированы. Братья фон Бергензее рассматривают всё происходящее в бинокли, словно театральную постановку. Миномёты и пулемёты берут паузу — чтобы не зацепить ненароком своих. После грохота выстрелов становится очень тихо. Или так только кажется.
КАРЛ
Ну, давай, Заяц. (Закуривает) Посмотрим, как быстро ты умеешь прыгать.
ГЮНТЕР
Какой заяц? Я не понял?
КАРЛ
У обер-лейтенанта, командира группы, фамилия Хазе[4]. Производят в офицеры чёрт знает кого… Ты не обратил внимания, у него ведь и впрямь зубы, как у зайца?
Гюнтер фыркает, потом ещё, а затем заходится нервным хохотом. Карл тоже начинает смеяться.